Культурный слойРождество Твое, Христе Боже наш!

Аватара пользователя
Автор темы
Шелест
Сообщений в теме: 5
Всего сообщений: 11102
Зарегистрирован: 03.10.2014
Откуда: Китеж-град
Вероисповедание: православное
Ко мне обращаться: на "ты"
:
Призёр фотоконкурса
Рождество Твое, Христе Боже наш!

Сообщение Шелест » 03 дек 2016, 04:59

Изображение

И слово стало плотию, и обитало с нами, полное благодати и истины (Ин.1:14).
Более двух тысяч лет назад произошло необычайное событие – вневременный, вечный Бог вошел в человеческую историю и перевернул ее. На вопрос что нового принес Христос людям, святой Ириней Лионский отвечал: «Все новое» - omnem novitatem. И это действительно так. Можно было бы перечислить множество вполне осязаемых даров Христа людям – совершенно иную нравственность и философию личности, государство и право нового типа, великую христианскую культуру и, наконец, науку, возникшую благодаря демифологизации окружающего мира. Мы к ним привыкли, для нас они временами незаметны.

Символика Праздника Рождество Христово

Праздник Рождества Христова по величию воспоминаемого события празднуется торжественнее всех праздников, за исключением Пасхи.
Святой Иоанн Златоуст называет праздник Рождества Христова «честнейшим и важнейшим всех праздников», «материю всех праздников».
Радость этого события так велика, что Церковь издревле постановила весь день праздника сопровождать церковным звоном.

Торжественное прославление Рождества Христова после Богослужения в храмах переносится в жилища верующих.

Во многих семьях к празднику Рождества устанавливают елки.
Этот обычай основывается как на словах пророка Исаии о Спасителе: «И произойдет отрасль от корня Иессеева, и ветвь произрастет от корня его» (Ис.11:1),
так и на словах церковного песнопения в честь события Рождества Христова: «Христе – отрасль от корня Иессеева и цвет от него произрос Ты от Девы».

Украшение срубленных веток елок свечами, огнями и сладостями показывает, что наша природа – бесплодная и безжизненная ветвь, только во Иисусе Христе – источнике жизни, света и радости – может принести духовные плоды: любовь, радость, мир, долготерпение, благость, милосердие, веру, кротость, воздержание (см.: Гал.5:22-23).

Поздравления с Рождеством, тем отличаются от поздравлений с Пасхой, нет обязательной, освященной веками формулы, с которой бы оно начиналось.
Это могут быть слова ирмоса из первой рождественской песни «Христос раждается, славите!»:

Когда родился Богомладенец Иисус, в небе зажглась Рождественская звезда. Поэтому звезда и является самым главным символом Рождества.
Мы помещаем ее на верхушку ёлки.

С давних времен символами Рождества были Вифлеемская звезда, ангел и вертеп.
Вифлеемской называют ту необычную звезду, которая возвестила людям о рождении Христа. Ее увидели на небосклоне восточные волхвы: звезда была необыкновенно яркой и двигалась по небу вопреки всем законам природы. Увидев ее, волхвы поняли, что произошло великое событие – сбылось древнее пророчество о рождении на земле Бога. Следуя за звездой, они пришли в Вифлеем и поклонились родившемуся Спасителю. В христианском мире сложилась традиция украшать Рождественские подарки звездами, напоминающими о той чудесной ночи. В виде звезд делались и елочные украшения, и ювелирные подарки, и лакомства.

Ангелы в Рождественскую ночь возвестили о рождении Господа пастухам, пасущим неподалеку стадо.
Тотчас за благовестием последовало явление ангельского хора, славившего Бога.

Еще один символ Рождества – вертеп. В переводе со славянского это слово означает укрытие, пристанище, пещера. Именно в пещере и появился на свет Богомладенец. С начала XVII века стала распространенной традиция устраивать в Рождественские дни театрализованные представления, рассказывающие историю рождения в мир Господа Иисуса Христа. Для разыгрывания рождественского сюжета использовался переносной ящик с миниатюрными фигурками внутри, который и назывался вертепом. Мини-спектакли устраивались как открытые, или народные, для всех желающих вспомнить евангельскую историю, так и частные, проводившиеся дома для гостей и домочадцев.

Есть и еще одно значение этого слова. Вертепом называется и традиционный рождественский подарок — «игрушечная» пещера со Святым Семейством: Младенцем Иисусом, лежащим в яслях, Матерью Его Марией и праведным Иосифом. На Младенца ласково смотрят животные, у входа стоят пришедшие поклониться пастухи и волхвы с дарами. Рождественский вертеп может быть из дерева, кости, камня. Его можно сделать своими руками из корзины: из еловых ветвей получаются красивые своды пещеры, внутрь которой ставится икона Рождества.

В убранстве дома на Рождество всегда обязательно присутствовали свечи – их свет символизирует Самого Христа, Который часто именуется Светом, просветившим мир. В старину на Руси к Рождеству делались особые восковые толстые свечи, которые зажигались накануне праздника, с вечера, и горели до исхода следующего дня.

Рождество в России всегда было одним из самых любимых праздников, к нему готовились тщательнее, чем к Новому году или Дню Рождения.
В этот светлый праздник люди старались преподнести своим близким особенный, неповторимый подарок: необычное лакомство, оригинальную игрушку – всё в красивой упаковке, обязательно с сюрпризом. Часто дарили вещи, сделанные своими руками: вышивка, гобелен.В наши дни вместе с возрождением традиции празднования Рождества возрождаются и традиции рождественских подарков.Кроме перечисленных подарков, можно добавить, что весьма уместно в великий христианский праздник подарить икону, картину христианской тематики или праздничное издание Евангелия.

Подарки и милосердие

Особой Рождественской традицией являются подарки, преподносимые по милосердию. Каждая православная семья, более или менее состоятельная, считает своим долгом на Рождество одаривать бедных, болящих, пожилых. Как правило, подарком становится какое-либо угощение. При этом главное – доброе расположение, желание помочь ближним; человек может просто угостить соседских ребятишек шоколадкой или отнести что-нибудь в храм. В дореволюционной России богатые семьи приглашали на рождественскую елку детей бедных соседей или прислуги, при этом на елку вешались помимо обычных еще и съедобные игрушки – конфеты, орешки, маленькие яблочки. Все это детворе позволялось есть. Вообще Рождественские дни считаются временем, когда необходимо совершать как можно больше дел милосердия: раздавать милостыню, посещать бедных, больных, навещать престарелых родственников и соседей. Ведь Господь пришел на землю для всех людей, Он всех любит и милует, и в святые Рождественские дни особенно хочется подражать Ему в этом.

Рождество – праздник особенный, и подарок в эти дни тоже хочется сделать необычный. В искусстве подарка, как и во многом другом, образцом часто является XIX век. В то время даже подарочная упаковка была произведением искусства, так что ее потом долго хранили, – а что уж говорить о самих подарках!

В XIX веке на Рождество было принято дарить лакомства – конфеты, фигурные пряники, золоченые орехи. Ими в изобилии украшали елку, и в праздник дети сами срезали себе угощение. Под Рождественской елкой тоже можно было найти сладкие подарки, весьма оригинально упакованные. Круглые жестяные коробки, расписанные вручную, резные ларцы, фарфоровые кружечки, деревянные сани, миниатюрные расписные домики – всё доверху наполненное шоколадом, карамелью, леденцами. Детям особенно нравились жестяные или эмалированные паровозы с конфетами. Из отдельных сладких вагончиков можно было собрать целый состав. Оформлению Рождественского подарка вообще придавалось большое значение.
Интересно, что первые цветные упаковки стали делать именно для зимних праздников – Рождества, Нового года, Святок.

Сладкий подарок часто был не только угощением, но и развлечением. Например, на конфетной обертке можно было увидеть ребус или загадку
(эти конфеты так и назывались: «Ребусы», карамель «Гадательная»).

Некоторые загадки современным детям, пожалуй, было бы сложно отгадать: например, с карамели «Детской»: «Кто родился и никогда не умирал?»
(Род человеческий). Кондитерские компании проявляли во время Рождества особую изобретательность – так, товарищество Эйнем к своему шоколаду прилагало карточки, рассказывающие о празднике. Составив несколько карточек вместе, можно было обнаружить выкройку маскарадного костюма или схему забавной игрушки. Такие карточки, очень красивые, литографированные в несколько цветов, сразу же становились предметом коллекционирования.
Кондитерские компании выпускали специальные альбомы для подобных коллекций.

Как правило, к сладкому Рождественскому подарку прилагалась еще красивая игрушка. В XIX веке к игрушкам относились серьезно.
Изготовление игрушки было таким же сложным ремеслом, как, скажем, написание картины. Фарфоровая кукла, сделанная в то время, напоминает изысканную статуэтку, выточенную профессиональным скульптором: у нее тонкие черты лица, изящные пальчики – все, как у дамы-аристократки.
Одевали фарфоровых дам по последней моде – например, в элегантное платье с оборками и шляпку с пером. Даме полагалось приданое – сундучок, в котором хранились гребень, зеркальце, духи (всё миниатюрное, но настоящее). Кукольные шкафчики, диваны и туалетные столики отделывались так тщательно – вплоть до ручек на дверках шкафа, – как будто кукла в самом деле собиралась ими пользоваться. Посуда для кукол производилась на фарфоровых заводах – например, кукольные сервизы выпускал знаменитый Кузнецовский завод.

Кроме классических аристократок были популярны куклы в русских народных платьях.
В Сергиевом Посаде выпускались целые коллекции таких кукол – каждая из них была одета в точном соответствии с традициями той или иной губернии. Например, рязанская кукла щеголяла в ярком, многоцветном полосатом наряде, калужская – носила на фарфоровой головке «сороку» (головной убор с двумя меховыми шишечками по бокам), а казачка демонстрировала расшитый накосник, украшавший прическу.

Были в XIX веке и мягкие игрушки – маленькие копии настоящих животных: например, бурый медвежонок с разинутой пастью, стоящий на четырех могучих лапках. Мальчишек всегда ожидали к празднику «мужские» подарки: лошадки, которых можно было взнуздать и прокатиться, деревянные парусники и целые взводы бравых оловянных солдат.

Изображение

Праздничное настроение

К Рождеству в старину украшали необычными игрушками ели, покрывали золотой краской корзины и орехи. Принято было дарить на Рождество вышивки, Вифлеемские звезды, фарфоровые куклы, парусные кораблики и обязательно открытки с Рождественским сюжетом: Богомладенец Христос в яслях, над Которым благоговейно склонились восточные волхвы со своими дарами.

Как и до революции, сегодня Рождественский подарок может быть не только развлекательным, но и познавательным. Так, например, можно к каждому подарку прикладывать стихотворение о Рождестве известных русских поэтов.


Афанасий Фет

***
Ночь тиха. По тверди зыбкой
Звезды южные дрожат.
Очи Матери с улыбкой
В ясли тихие глядят.
Ни ушей, ни взоров лишних, -
Вот пропели петухи -
И за ангелами в вышних
Славят Бога пастухи.
Ясли тихо светят взору,
Озарен Марии лик.
Звездный хор к иному хору
Слухом трепетным приник, -
И над Ним горит высоко
Та звезда далеких стран:
С ней несут цари Востока
Злато, смирну и ливан.


1842



В завершение – несколько слов о двух песнопениях праздника. Тропарь, или основной праздничный гимн Рождества, мог быть создан уже в IV веке.
Приведем его церковно-славянский текст:

Рождество Твое, Христе Боже наш,
возсия мирови свет разума,
в нем бо звездам служащии
звездою учахуся
Тебе кланятися, Солнцу правды,
и Тебе ведети с высоты Востока.
Господи, слава Тебе!


Этот гимн говорит о богопознании, пути к которому могут, по промыслу Божию, пролегать везде – в том числе и через внешнее, мирское знание, как это произошло с волхвами. А именование Христа «Солнцем правды» указывает на Христа как на Источник жизни и света с одной стороны,
чистоты и праведности - с другой.
Следующий за тропарем кондак «Дева днесь Пресущественнаго раждает» был написан святым Романом Сладкопевцем в 10-е или 20-е годы VI века.
Как гласит предание, святой Роман в юности не имел музыкального слуха и певческого голоса и подвергался насмешкам своих собратий по церковному хору.

Однажды во время рождественского богослужения он обратился к Пресвятой Богородице со слезами и
молитвой о даровании ему способностей к пению. После молитвы он задремал. Во сне ему явилась дева Мария и повелела ему съесть свиток, который Она держала в руке. Проснувшись, святой Роман неожиданно для всех вышел на середину храма и стал вдохновенно петь сочиненный им кондак «Дева днесь», который и до сих пор считается одной из вершин церковной поэзии:

Дева днесь Пресущественнаго раждает,
и земля вертеп Неприступному приносит;
Ангели с пастырьми славословят,
волсви же со звездою путешествуют,
нас бо ради родиси Отроча младо,
превечный Бог.


Пародоксальное соединение земного и небесного, материального и сверхсущественного, человеческого и божественного – вот сама суть христианства. Невидимый и непостижимый Бог воплотился и стал Человеком – вот, что значит день Его рождения, праздновать который мы имеем полное право.
Изображение
источник http://www.sestry.ru/church/content/chr ... traditions

Дары волхвов: что мы принесем Младенцу Христу?
Что же приносим мы и что можем принести от скудости нашей любви, от пустоты нашей души, от призрачности нашей жизни? Ужели стоим мы с пустыми руками, растерянные и смущенные, или же, что еще страшнее, рассеянные и равнодушные? Но нет, да не будет! Мы хотим принести Ему дары, и мы имеем их, ибо это Он Сам обогатил нас, обнищав для нас. Он сотворил нас сообразными по Себе, и это — Его дары, которые мы должны обрести в себе, открыв сокровища свои.

И пришедше в храмину, видеша отроча с Мариею материю Его, и падше поклонишася Ему: и, отверзше сокровища своя, принесоша Ему дары: злато, ливан и смирну (Мф.2:11).

Они пришли, мудрые волхвы, в храмину и поклонились Ему, и отверзли сокровища мудрости своей и принесли Ему дары: злато, ливан и смирну, все дары, какие только имеет и может принести Богу, пришедшему к человекам, человек, приходящий к Богу. Они предстали Ему как бы от лица всего человечества с человеческими сокровищами, которые для того только и существуют, чтобы стать дарами, приносимыми Христу. Вместе с ними и вслед за ними входим и мы ныне в храмину и видим отроча с Мариею Матерью Его и поклоняемся Ему в мудрости и веселии любви благодарящей.

Что же приносим мы и что можем принести от скудости нашей любви, от пустоты нашей души, от призрачности нашей жизни? Ужели стоим мы с пустыми руками, растерянные и смущенные, или же, что еще страшнее, рассеянные и равнодушные? Но нет, да не будет! Мы хотим принести Ему дары, и мы имеем их, ибо это Он Сам обогатил нас, обнищав для нас. Он сотворил нас сообразными по Себе, и это — Его дары, которые мы должны обрести в себе, открыв сокровища свои. И мы не обделены у Господа, и мы призваны принести Ему и злато, и ливан, и смирну, — злато яко Царю, ливан яко Богу, и смирну яко вкусившему нас ради смерть Человеку.

Злато... В темных недрах земли заключена его сверкающая слава, его звонкая полнозвучность, его нержавеющая чистота.
Это как бы преображенная земля, это откровение темных недр, в которых таится сияние света. Тяжелым трудом, настойчивым терпением, по малым крупицам извлекается это злато, пока не соберется оно в таком количестве, чтобы озарить своим светом, озолотить своим сиянием. Таковы и недра человеческого духа, в которых и из которых человек своим творчеством извлекает умную красоту и ею мир облекает. Это злато принадлежит Царю Славы, и человеки должны принести Ему Им данную нашу собственную славу, Им данные дары Святого Духа. Каждый человек имеет свой дар Духа Святого, свою сокрытую в нем славу, свое злато, и он должен обрести его в себе, чтобы не тщетным, не с пустыми руками войти в храмину.
Принесем же Ему творческий порыв нашего духа и плод его.

Ливан... Благовонный фимиам, возносящийся к небу и в нем истаевающий, как человеческая душа, восходящая на свою небесную родину.
Душа крылата, она причастна ангельским воинствам, воспевающим в небесах славу в вышних Богу, она возлетает к престолу Божию в молитвах и созерцаниях своих. Ангельская природа человеческого духа есть этот ливан души, сокрытый в сердце его. Человек не знает, какие богатства имеет, какие сокровища даны ему, пока сам не изведает их, принеся их Христу-Богомладенцу. Очи Младенца, смотрящие в очи нашей души, ее нам открывают, и она возгорается благоговением любви, яко кадило пред Тобою... Но надо восстать от сна, в котором мы пребываем, надо пойти в дальний путь, не по земным межам, но по звездам, чтобы обрести храмину своего духа, в которой покоится в яслях убогих Христос, и, поклонившись Ему, принести ему ливан свой.

И всякая душа призвана быть этим кадилом благовонным, всякая душа имеет свою молитву, знает свой путь в священную храмину...
Да не убоится она малости своей, ибо в этой храмине ее почиет сам Христос, пеленами повитый, Ему поклонимся...

И смирну... Погребальное миро любви, принесенное любовию, души — мироносицы, погребающие Возлюбленного Жениха, и сами соумирающие с Ним в сердцах своих. Да, мы должны принести Ему не только жизнь, но и смерть свою, с Ним соумирать, дабы с Ним воскреснуть...
Мудрые волхвы познали, что Рождество Его было и началом смертного пути к Голгофе, и что ясли — символ гроба. Путь любви есть жертва, а цена жертвы — смерть. Он рожден был на земле для смерти, и вся жизнь Его есть жертвенное заклание. Но и наш путь не иной, и мы должны принести Ему свою смерть, свое умирание с Ним... «Иже хощет по Мне ити, да отвержется себе», и кто хочет прийти к Нему, да принесет Ему свою собственную смерть, решимость жить в Его смерти и воскресать Его воскресением... Не звучит ли это скорбью в этот ликующий день, в свете славы и в пении ангелов?

Но эти дары наши суть выражения величайшей радости, блаженства любви. Ибо «сильна как смерть любовь», ибо любовь есть жизнь, и любовь есть смерть, смерть нашего себялюбивого, мертвого я. Смерть во Христе и есть жизнь, есть воскресение с Ним. Да будут наши дары угодны Ему, да призрит Он милостиво на нас, к Нему пришедших, да укажет Он дланию на нас, как братьев Своих, Матери Своей, Его и нашей. Нас бо ради родися отроча младо, предвечный Бог. Аминь.

протоиерей Сергий Булгаков

источник http://azbyka.ru/days/p-dary-volhvov

Изображение
Все улеглось! Одно осталось ясно — что мир устроен грозно и прекрасно,
Что легче там, где поле и цветы.
Николай Рубцов

Реклама
Аватара пользователя
Сентябринка
Сообщений в теме: 2
Всего сообщений: 2652
Зарегистрирован: 24.02.2015
Откуда: Город-герой
Вероисповедание: православное
Сыновей: 1
Дочерей: 1
Образование: высшее
Профессия: педагог
Ко мне обращаться: на "ты"
С Днём Рождения!
Re: Рождество Твое, Христе Боже наш!

Сообщение Сентябринка » 03 дек 2016, 19:01

можно я сюда добавлю легенду о Рождественской елочке. Многие из вас ее, наверное, знают. Очень красивая, хотя и сказка.
Мы с детками ВШ, на одном из выступлений Рождественских, делали сценку по этой легенде.
…Не только люди, но и деревья, которые росли около пещеры, где появился на свет Христос, и луговые цветы, пестреющие вокруг, — все по-своему принимали участие в великом торжестве. Но самыми счастливыми выглядели три дерева, стоящие у самого входа в пещеру: им хорошо видны ясли и покоящийся в них Младенец, окруженный сонмом Ангелов. Это стройная пальма, прекрасная пахучая маслина и скромная зеленая елка. Все радостней, все оживленнее становится шелест их ветвей, и вдруг в нем явственно слышатся слова:

— Пойдем и мы поклонимся Божественному Младенцу и поднесем Ему наши дары,— говорила, обращаясь к маслине, пальма.

— Возьмите и меня с собой! — робко промолвила скромная елка.

— Куда тебе с нами! — окинув елку презрительным взглядом, гордо ответила пальма.

— И какие дары можешь ты поднести Божественному Младенцу?— прибавила маслина. — Что у тебя есть? Только колючие иглы да противная липкая смола!

Промолчала бедная елка и смиренно отошла назад, не осмеливаясь войти в пещеру, сиявшую небесным светом. Но Ангел слышал разговор деревьев, видел гордость пальмы и маслины и скромность елки, ему стало жаль ее, и, по своей ангельской доброте, он захотел помочь ей.

Великолепная пальма склонилась над Младенцем и повергла перед Ним лучший лист своей роскошной кроны.

— Пусть он навевает на Тебя прохладу в жаркий день, — сказала она. А маслина наклонила свои ветки, с них закапало душистое масло, и вся пещера наполнилась благоуханьем. С грустью, но без зависти, смотрела на это елка. «Они правы, — думала она, — где мне с ними сравниться! Я такая бедная, ничтожная, достойна ли я приблизиться к Божественному Младенцу!»

Но Ангел сказал ей:

— В своей скромности ты унижаешь себя, милая елка, но я возвеличу тебя и разукрашу лучше твоих сестер!

И Ангел взглянул на небо. А темное небо усеяно было сверкающими звездами. Ангел сделал знак, и одна звездочка за другой стали скатываться на землю, прямо на зеленые ветки елки, и скоро вся она засияла блестящими огоньками. И когда Божественный Младенец проснулся, то не благоухание в пещере, не роскошный веер пальмы привлекли Его внимание, а сияющая елка. На нее взглянул Он, и улыбнулся ей, и протянул к ней ручки. Возрадовалась елка, но не загордилась и своим сиянием старалась осветить пристыженных, стоявших в тени маслину и пальму. За зло она платила добром. И Ангел видел это и сказал:

— Ты доброе деревце, милая елка, и за это ты будешь вознаграждена. С этих пор, когда люди будут вспоминать Рождество Спасителя, и ты не будешь забыта. Каждый год в это время ты, как теперь, будешь красоваться в сиянии множества огней, и маленькие дети будут, глядя на тебя, радоваться и веселиться. Будут радоваться и взрослые, вспоминая при виде тебя золотые дни детства. И ты, скромная. зеленая елка, сделаешься символом веселого рождественского праздника.
Господи, руководи Сам Ты моею волею и научи меня молиться, надеяться, верить, любить, терпеть и прощать.
(оптинские старцы)

Аватара пользователя
Гаечка
Победительница рукодельного конкурса-2018
Сообщений в теме: 1
Всего сообщений: 5627
Зарегистрирован: 08.02.2012
Откуда: Украина
Вероисповедание: православное
Имя в крещении: Ольга
Сыновей: 1
Ко мне обращаться: на "ты"
Re: Рождество Твое, Христе Боже наш!

Сообщение Гаечка » 18 дек 2016, 21:45

:)
Tafiychuk-L.-SHHedriy-vechir-dobriy-vechir.-50h80.-Polotno-oliya.-2013.jpeg
Gorobchuk-I.-Vertep.jpeg
0qy9AxJl368.jpeg
з-різдвом-Олеся-Магеровська.jpeg
прошу молитв о р.Б. болящем Владиславе

Аватара пользователя
Автор темы
Шелест
Сообщений в теме: 5
Всего сообщений: 11102
Зарегистрирован: 03.10.2014
Откуда: Китеж-град
Вероисповедание: православное
Ко мне обращаться: на "ты"
:
Призёр фотоконкурса
Re: Рождество Твое, Христе Боже наш!

Сообщение Шелест » 02 янв 2017, 23:43

Рождественская сказка

Святитель Николай Сербский

Расскажу я тебе сказку, которую услышал от православных арабов из села Бетджала, близ Вифлеема. В давние, давние времена, задолго до рождества Христова, жил в Вифлееме человек, по имени Иессей, сын Овида, внук Вооза и Руфи. Было у Иессея восемь сыновей; самого младшего сына звали Давид. Был он пастухом, пас вифлеемских овец.

Священное Писание говорит, что был он отроком стройным, светловолосым и красивым (см.: 1 Цар. 16, 12). Был этот молодой красивый пастух удивительно сильным и храбрым: если лев или медведь похищали овцу из его стада, он легко настигал зверя, вырывал ее из кровожадной пасти и убивал похитителя (см.: 1 Цар. 16, 18; 17, 34–35). Итак, был наш Давид воистину добрым и верным пастырем белоснежного своего стада. И отца своего почитал, как велит Господь.

Часто ночевал он в поле, на широкой земной постели, укрытый златотканым покрывалом звездного неба. Но то, что расскажу тебе, произошло не в поле под звездами, а в одной каменной вифлеемской пещере.
Выдался однажды очень жаркий день (такие дни не редкость в этой восточной стране). Овцы Давида улеглись в тени маслин. Солнце жгло немилосердно, и овцы стонали от жажды. Мучился от жажды и Давид. Вошел он в одну пещеру, чтобы укрыться от зноя и отдохнуть. В этих пещерах прохладно летом и тепло зимой. Войдя в пещеру, молодой пастух сел на камень, но дремота одолела его, и он прилег и заснул.

Только сон был недолгим: сквозь сон Давид почувствовал на теле что-то холодное, вздрогнул и проснулся. Открыв глаза, он увидел, что мерзкая змея, свернувшись на его груди, обвилась вокруг рук! Вот подняла она над лицом его свою плоскую голову и злобно, не мигая смотрела на отрока горящими, как уголь, глазами. Давид содрогнулся от ужаса. Положение его было отчаянным, спасения, казалось, не было. Стоит ему шевельнуться – змея вопьется в него и прольет ему в кровь свой яд. О, насколько легче было ему бороться с рычащим львом или ревущим медведем, чем с этим ползучим и цепким гадом!

Что делать? И тут Давид вспомнил своего неизменного помощника в бедах, своего Господа, и возопил всем сердцем, полным боли и слез: «Не оставь меня, Господи Боже мой, не отступи от меня! Поспеши на помощь мне, Избавитель мой в стольких бедах!». Лишь произнес он эти слова, как необыкновенный свет засветился в углу пещеры. Свет имел форму круга, высотой в человеческий рост. Посреди этого сияющего круга Давид увидел прекрасную Отроковицу с ласковым и серьезным лицом.

Отроковица села, голова Ее чуть склонилась к Младенцу, Которого Она держала на руках: такого прекрасного Младенца сын Иессея еще никогда не видел. Вдруг Ребенок выпрямился в объятиях Матери и зорко посмотрел на змею очами, подобными двум молниям. И перстом указал ей на выход из пещеры, словно повелевая исчезнуть. Вскочил Давид и пал ниц пред Отроковицей и сияющим Младенцем. Он хотел поблагодарить Их за нежданное спасение, но только было отверз уста, глянул и – никого не увидел. После этого вся пещера наполнилась каким-то чудным благоуханием, напоминающим аромат самого дорогого ладана или смирны.

До последнего дня своей жизни Давид не мог забыть это чудесное явление. Вознесенный Господом от пастушества на царский трон, он всегда помнил об этом чуде. Уже будучи царем, он написал две богодухновенные песни – одну Прекраснейшему из сыновей человеческих (см.: Пс. 44, 3), а другую – Царице в позлащенных ризах (см.: Пс. 44, 10). И, играя на арфе, пел эти песни в высокой башне своего Иерусалимского замка.

А ты, малыш, угадай поскорее: что это за пещера? Что означает ужасная змея? Кто эта Отроковица? Кто Младенец? Я подскажу тебе радостным приветствием: Христос родился!


Письмо 91 из книги «Миссионерские письма» святителя Николая Сербского
Все улеглось! Одно осталось ясно — что мир устроен грозно и прекрасно,
Что легче там, где поле и цветы.
Николай Рубцов

Аватара пользователя
Автор темы
Шелест
Сообщений в теме: 5
Всего сообщений: 11102
Зарегистрирован: 03.10.2014
Откуда: Китеж-град
Вероисповедание: православное
Ко мне обращаться: на "ты"
:
Призёр фотоконкурса
Re: Рождество Твое, Христе Боже наш!

Сообщение Шелест » 04 янв 2017, 20:41

Все улеглось! Одно осталось ясно — что мир устроен грозно и прекрасно,
Что легче там, где поле и цветы.
Николай Рубцов

Аватара пользователя
Автор темы
Шелест
Сообщений в теме: 5
Всего сообщений: 11102
Зарегистрирован: 03.10.2014
Откуда: Китеж-град
Вероисповедание: православное
Ко мне обращаться: на "ты"
:
Призёр фотоконкурса
Re: Рождество Твое, Христе Боже наш!

Сообщение Шелест » 04 янв 2017, 21:12

Изображение

ГОРНАЯ ЕЛОЧКА
(Рождественский рассказ для детей «потешных»)

I
Маленький Жорж сидит у окошка и смотрит на улицу. На нем синяя матросская рубаха с красным шелковым бантом, панталоны немного ниже колен и башмаки. Ему восемь лет. У окна с работою в руках, на кресле сидит его мама, молодая красивая женщина. Ей холодно и она кутается в теплый платок. Окно маленькое, вставленные наглухо рамы давно не промывались и сильно запылены. За окном видна широкая улица, по краям покрытая тонким слоем обмерзлого снега, а в середине пыльная песчаная. По ту сторону улицы громадные тополя, а за ними маленькие, низенькие домики. На улице ни души.
Восьмилетний мозг Жоржа работает быстро, быстро. Мысли несутся ураганом, задают вопросы и на эти вопросы мама должна давать ответы.
— Мама, скоро Рождество, — говорит Жорж, — у нас опять будет елка?
— Нет, милый Жоржик, нынешний год у нас елочки не будет.
— А почему?
— Где же тут достанешь елочку? Она здесь не растет.
— Почему не растет?
— Тут песок и летом слишком жарко. Елка расти не может.
— Мама, ты говорила, что Бог всемогущ. Значит, он может устроить так, чтобы здесь росли елки.
— Может, конечно, может. Только видно не хочет.
— Не хочет… — Маленький Жорж надувает губки и задумывается. По улице, на которую он смотрит, идет солдат с ружьем и сумкой.
— Мама, почему теперь больше не собирают потешных?
— Потому, что зимою холодно.
— А солдатам не холодно?
— То солдаты.
— А нам капитан говорил, что потешные те же солдаты и должны приучать себя терпеть и холод и голод и всякие нужды солдатские.
Мама молчит и с любовною тоскою смотрит на кругленькое личико с черными глазенками своего сына. Молчит и Жорж.
— Мам, — наконец говорит он, — прошлый год у нас была елка.
— Да, дружок. Ты же сам знаешь.
— Где же ты достала елку?
— В Омске много елок, я и достала.
— А почему мы не в Омске?
— Ты же знаешь! Папа пошел на службу в полк. Ты помнишь, как мы ехали?
— Помню. Ты больна была, мама. Тебе было тяжело.
Мама молчит.
— Мам, а вот Воробьев говорил, Шура Воробьев, что он здесь родился и всегда будет здесь жить. И у мамы его устроено лучше, чем у тебя.
— Воробьевы не казаки, — печально говорит мама.
— А разве, мама, казаки хуже солдат?
— Нет, дружок, перед Царем все одинаковы, что солдат, что казак.
— Нет, мама. У казаков всегда беднее.
— У казаков, дружок, льгота. Вот это и тяжело.
— Мама, когда я вырасту большой, я пойду к Царю и скажу: не нужно льготы и тогда у меня будет елка.
— Когда ты вырастешь большой, тебе елки не будет нужно.
Жоржик молчит и напряженно думает: нужна или нет елка большому. Вдруг лицо его оживляется и он вскакивает со стула.
— Мама, Шура Воробьев идет из школы. Я побегу к нему.
— Смотри, только оденься теплее.
Но Жоржика и след простыл. На голове серенькая папаха и на теле полушубок. Он бежит на улицу и еще издали кричит: «Воробушек! Воробей!»…
Воробушек и правда похож на воробья. У него вздернутый задорно носик и ходит он, подпрыгивая с горделивым видом. Он фельдфебель потешной роты и мастер на всякие выдумки.
— А, Жорж, — покровительственно тянет он. — Ну, что в воскресенье придешь заниматься?
— Не знаю, — смущенно бормочет Жорж, — как мама пустит, или нет.
Воробьев отвечает не сразу. С одной стороны девиз потешного — «во всем слушаться родителей», а с другой он слыхал, как Жоржа называли «маменькиным сынком» и это считалось обидным. Наконец он разрешает недоразумение тем, что снисходительно говорит: «Приходи».
— Слушай, Воробей, мама говорит, что в нынешнем году елки не будет.
— Почему? А ты мне рассказывал…
— Да вот, — смущенно говорит Жорж, — мама говорит, что здесь елок нельзя достать.
— Нельзя достать? — Воробьев принимает необыкновенно таинственный вид. — Слушай, ты казак?
— Казак, — уныло говорит Жоржик и вспоминает льготу, кочевку на холоду на 2000 верст и больную маму, лежащую в тарантасе с бледным измученным лицом.
— Ну, ладно. Мы достанем елку! Мы N-ские разведчики! Ты, да я, да ты!
— Где же мы достанем?
Но Воробьев в упоении от своей выдумки.
— Отец дома?
— Нет.
— У него бинокль есть?
— Есть.
— Тащи скорее и я покажу тебе елки…
Жоржик бежит домой.
— Мама, можно взять папин бинокль? Мы хотим посмотреть.
— Смотри, дружок, только не испорти.
Жорж достает из кобуры бинокль и бежит на улицу.
— Идем, — таинственно говорит Воробьев — и два мальчика озабоченно шагают по широким улицам N-ска, между белых заиндевевших тополей и ив, шагают, пока не выходят за город. Вот деревья прекратились, пошли поля, потом каменистое русло, покрытое снегом головного арыка, а дальше песок и камни пустыни, тянувшейся до самых гор. Здесь у края пустыни Воробьев остановился.
Вдали под синим пологом неба, серебристо-белые, снегом покрытые, тянулись горы. Ярко блестели ледники и между ними чернели скалы и утесы.
— Поставь по глазам. Смотри… видишь?.. Нет, видишь? — говорил восторженно Воробьев.
Жоржик до боли прижимал бинокль к тонкому переносью и не мог оторвать очарованного взгляда. Там на снегу, так ослепительно ярко блестевшем на солнце, стояли зеленые елки. И Жоржику казалось, что они улыбаются ему радостной улыбкой, что они зовут его, манят, просят, кивают ему своими острыми головками.
— Елки! Елочки! — восторженно шептал он. — Елки, елки…
— Ну, слушай, — заговорил Воробьев. — Дело серьезное. Сегодня 21-е, завтра 22-го нас отпустят. 23-го пойдем. Прежде всего — тайна! Клянись!!.
— Клянусь.
— Нет, клянись полною клятвою N-ского разведчика! Повторяй — я, Георгий Путилов, N_ский потешный разведчик, обещаюсь и клянусь исполнить наше дело.
— Наше дело, — испуганно-восторженно повторял Жорж и его черные глазки блестели, как две изюмины.
— Хотя бы жизни угрожала смерть! И холод и голод, и всякие нужды солдатские, и слезы и отчаяние претерпеть. Никого не бояться: ни собаки, ни лихого человека, ни мертвецов, ни летучих мышей, ни лягушек, как потешному разведчику надлежит. Клянусь Богом и товариществом, Мене-текел-фарес. Ай-да!
С пресерьёзною миною повторил Жорж за Воробьевым страшную клятву.
— Припаси запас сухарей, топор, оденься теплее и послезавтра до света ожидай меня у ворот. У твоей мамы будет елка! Воробьев сказал: будет елка… А теперь домой. И вида не показывай, что между нами тайна.
И связанные страшной клятвой, они мерно и в ногу зашагали к городу, домой.
Поздно вечером, когда Жорж повторил за мамой все положенные молитвы, он с просветленным личиком повернулся к маме и промолвил:
— Мама, а если я очень, очень попрошу у Бога, чтобы была елка, Он даст?
— Не знаю, голубчик.
И сердце матери так сжалось. Неужели разрушить эту великую детскую веру, неужели юному сердцу мальчика сказать: невозможное для людей невозможно и для Бога!
— Мама… Мне кажется, у нас будет елка. Я попрошу у Бога очень крепко, очень серьезно и Он даст нам елку! Я верю… Он не откажет.
И Жоржик лег на подушку с загадочною счастливою улыбкою и так и заснул, улыбаясь…

II
Сорок верст камней и песчаной пустыни. Сорок верст непрерывного, мерного подъема. Угрюмые черные скалы наступали с гор, и дорога все шла скучная, безотрадно пустынная. И никого не встретили маленькие путники, озабоченно шагавшие по пустыне к заветной цели, к зеленой, хорошенькой елочке. Стерлись галоши и башмаки у маленького Жоржа, исхудало розовое личико за один день и осунулось, как у большого. И «воробей» шагал уже не так уверенно и чаще передавали они топор один другому, уставая его нести.
— Воробушко, сил нет. И ночь близка. Страшно!
Молчит «воробушек». Страшно и ему. Кругом снег и томительно тихо в горах, что вдруг приступили и стали со всех сторон. И воздух редкий. Трудно дышать, голова кружится.
— Воробушко! И ноги болят.
— Терпи, — мрачно говорит Воробьев. — Суворову-то труднее было идти, а шел через Альпы. Там, говорят, тоже снега, да утесы, да бездны. Ты N-ский потешный. Терпи!
И опять шагают. Лезут по кручам. Темно уже. Внизу по темному каменистому ложу бежит речка, а наверх так трудно идти.
Из-за гор показалась луна. Полная, круглая, ясная, она лукаво оглянула угрюмые горы, осветила мальчиков и словно улыбнулась ласковой приветливой улыбкой. И все засверкало от этой улыбки. Мириадами брильянтов заиграли снежинки, точно зеркало из серебра заблестел высокий ледник, и зеленая елка стала такою близкою, такою доступною.
— Дошли! — воскликнул Воробьев и упал на снег.
Жоржик трогал обмерзшими холодными ручонками свежие иглы и упивался смолистым ароматом свежей хвои. И точно чувствовала его восторг маленькая елочка, точно радовалась его радости, сверкала снежинками и горела при блеске лунного света, словно расцвеченная тысячью огней.
— Елка, елочка! — шептал Жоржик и чувствовал, как упадают и теряются последние силы.
— Рубить надо! — сказал Воробушко и занес топор.
И эхом о скалы и горы отдался первый удар. Дрогнула елка, посыпались с нее снежинки и вся она затряслась. Ухнуло что-то по долине и прокатилось далеко, далеко.
— Страшно!.. — прошептал Жоржик.
— Ничего. Не робей! Ты казак.
Жоржик обиделся.
— Я и не робею. Руби еще!
Елка упала. Но когда Жоржик с Воробушком попытались поднять ее — это оказалось им не под силу. Усталые ноги не слушались, руки безпомощно хватались за ветви и не в силах были даже оттащить елки от того места, где она лежала.
— Что же делать? — проговорил Воробушко.
Жоржик растерянно посмотрел на него. Кругом была ночь, светлая лунная ночь. Большие звезды покрыли небо; они, сверкая, что-то рассказывали Жоржу и страшен и таинствен был их рассказ.
— Что же делать!? — с отчаянием проговорил Жоржик.
Пустыня чернела внизу. Та самая пустыня, которую они проходили от рассвета и до поздней ночи; песок, камни, и опять песок, песок. Холод и голод одолевают. Зябнут промокшие на снегу ноги, мутится ум и кружится голова.
— Что делать!?
— Молиться!.. — чуть слышно пролепетал Жоржик и задорный Воробьев, со своим вздернутым носиком, опустился на колени, подле и из двух детских грудей со вздохом понеслась к небу полная слез молитва. «Отче наш!» — тонким дискантом выводил Жоржик. — «Иже еси на небесех», — вторил плачущим альтом Воробушек, и странной казалась эта молитва среди могильной тишины пустыни.
От гор поднималось туманное облако. Оно закрыло речку, сизым туманом затянуло ущелье и поползло все дальше и дальше вниз по долине. Уже не видно черной пустыни, не сверкают яркие звезды, потух улыбающийся месяц, сыро, холодно и темно кругом. Не видно пути, не найдешь в этом тумане дороги обратной.
Но слышны голоса в пустынных горах. Грубые голоса киргизов. На маленьких косматых лошадках с горной кручи спускаются три киргиза. Вот они остановились подле мальчиков.
Багровые от мороза лица, меховые малахаи низко спущены на брови, сидят на коротких стременах и смотрят на елку, на мальчиков.
— Ой вай вай… — говорит один и берет Жоржика на руки. Черные усы висят по углам пунцовых губ. Глаза косые, узкие, с белыми тонкими белками, лицо круглое. Жоржику страшно и хорошо. Вот другой забрал Воробушка, третий и елку. Едут… храпят осторожные кони, медленно спускаясь с обрыва, а снегом сыплет и сыплет на горы, на пустыню, на сады и улицы N-ска.

III
Под утро, когда тополи западной стороны улицы порозовели верхушками от зародившегося в пустыне солнца, ко встревоженной, не спавшей всю ночь и только под утро забывшейся в кресле, матери Жоржа постучали. Она бросилась к дверям. На крыльце, подле елки стоял Жоржик. Весь обмерзший, красный, он счастливо улыбался, сверкал черными, как две вишеньки, глазенками и говорил:
— Мама, мама, елка!..
Его ввели в дом, его напоили горячим чаем, ему оттерли ручки и ножки спиртом, его уложили в постель. А он весело рассказывал про свое путешествие.
— Еле дошли, знаешь, мама. Ночь. Холодно. Я промочил ноги и воробушек тоже. Срубили елку, и так стало страшно. Хотим подняться: сил нет. Ноги, мама, как чужие стали. И в голове смутно. Вижу, и Воробушек потерялся. Страх, значит, и у него. Умирать надо. А умирать неохота. Я говорю — молиться будем. И знаешь, как тогда о елке молился, так и тут о спасении стали молиться. А тут буран, мама! Вот-то ужас! И вдруг киргизы…
— Какие киргизы? — говорит мама, прислушиваясь и думая, уже не бред ли у ее Жоржика.
— Три киргиза, мама. Лошадки мохнатые, вспотелые, шерсть в кольцах, только сытые, с гор спускались. Остановились. Взяли меня, Воробушка, елку и стали спускаться. А как вышли в пустыню!.. Вот-то мчались! Дух захватывало. И страшно… и так хорошо!
— Но где же эти киргизы? Я их не видала.
— Ах, мама, до самого дома довезли. На крыльцо поставили, елку положили и уехали.
— Уехали? Ты говоришь уехали… Но ведь им надо заплатить что-нибудь за твое спасение.
— Да, мама. Я не подумал.
— Но, постой… Они приехали и уехали. Да? Трое?
— Ну да, мама.
А мама выходит уже на крыльцо.
Ярко искрится за ночь выпавший белый снег на улице и на крыльце. И ни одного следа еще нет на нем, ни конного, ни пешего. Только детские ножки у крыльца отпечатались, словно кто сверху поставил ее Жоржа на крылечко и подле елочка, свежая, зеленая, горная елочка.
Торопливо крестится мама и идет к Жоржику.
А он уже уснул здоровым, счастливым сном сильно уставшего, много пережившего за ночь, ребенка…

IV
Яркими огнями горит елочка в зале у Жоржиковой мамы. Воробушек, Жоржик, все дети N-ска, стоят и смотрят на нее умиленными глазами. Они поют тропарь празднику, они радуются зелени игл, вдруг ворвавшейся в город с голыми облезлыми деревьями, пустыми, скучными улицами.
Жоржикова мама смотрит на елку восхищенными глазами и слезами туманятся ее глаза. И вера, лучшая спутница жизни человеческой, загорается в лучистых красивых глазах молодой женщины.
Воробушек и Жоржик, герои дня, герои города. О их путешествии в горы, о таинственных киргизах идут целые басни. Сам Василий Васильевич взялся их отыскать и разослал своих джигитов опросить по всем чайханэ, не приезжал ли кто в ночь на сочельник с гор; но все аксакалы окрестных деревень, всей хозяева чайханэ единогласно заявляют, что ночью на 24-е был такой буран, что спускаться с гор было немыслимо.
— Дети рассказывают сказку, — говорит он. — Никаких киргизов быть не могло.
— Ах мама! — досадливо восклицает Жоржик. — я же отлично помню! Лицо красное, щеки такие багровее и черные усы опустились совсем к низу, а глаза узкие, узкие…
— Приснилось детям… Не может же этого быть…
Да, не может быть!.. Но елка горит яркими огнями множества свечек, сверкает на ней рождественская звезда, золотые рыбки, золоченые орехи и вся она стоит горделивая и радостная, добытая победою мальчиков-потешных…
Ведь не с неба же она свалилась?!.

Гр.А.Д.

«Русский Инвалид»,
1911 г., №277
Все улеглось! Одно осталось ясно — что мир устроен грозно и прекрасно,
Что легче там, где поле и цветы.
Николай Рубцов

Аватара пользователя
Сентябринка
Сообщений в теме: 2
Всего сообщений: 2652
Зарегистрирован: 24.02.2015
Откуда: Город-герой
Вероисповедание: православное
Сыновей: 1
Дочерей: 1
Образование: высшее
Профессия: педагог
Ко мне обращаться: на "ты"
С Днём Рождения!
Re: Рождество Твое, Христе Боже наш!

Сообщение Сентябринка » 05 янв 2017, 09:53

Очень нравится это стихотворение.
:angel: :prbird: :cry: (слов не хватает передать эмоции)

Рождественское

В яслях спал на свежем сене
Тихий крошечный Христос.
Месяц, вынырнув из тени,
Гладил лен его волос...
Бык дохнул в лицо младенца
И, соломою шурша,
На упругое коленце
Засмотрелся, чуть дыша.
Воробьи сквозь жерди крыши
К яслям хлынули гурьбой,
А бычок, прижавшись к нише,
Одеяльце мял губой.
Пес, прокравшись к теплой ножке,
Полизал ее тайком.
Всех уютней было кошке
В яслях греть дитя бочком...
Присмиревший белый козлик
На чело его дышал,
Только глупый серый ослик
Всех беспомощно толкал:
"Посмотреть бы на ребенка
Хоть минуточку и мне!"
И заплакал звонко-звонко
В предрассветной тишине...
А Христос, раскрывши глазки,
Вдруг раздвинул круг зверей
И с улыбкой, полной ласки,
Прошептал: "Смотри скорей!.."

(С. Чёрный)
Господи, руководи Сам Ты моею волею и научи меня молиться, надеяться, верить, любить, терпеть и прощать.
(оптинские старцы)

Аватара пользователя
Автор темы
Шелест
Сообщений в теме: 5
Всего сообщений: 11102
Зарегистрирован: 03.10.2014
Откуда: Китеж-град
Вероисповедание: православное
Ко мне обращаться: на "ты"
:
Призёр фотоконкурса
Re: Рождество Твое, Христе Боже наш!

Сообщение Шелест » 09 янв 2017, 00:56

Панно "Рождество", художник Смирнова Т Н,
Вологда, 2007 год
Лен, хлопок, плетение на коклюшках
image.jpg
Все улеглось! Одно осталось ясно — что мир устроен грозно и прекрасно,
Что легче там, где поле и цветы.
Николай Рубцов

Ответить Пред. темаСлед. тема
  • Похожие темы
    Ответы
    Просмотры
    Последнее сообщение
  • Рождество Христово
    Эль Ниньо » 07 янв 2014, 12:16 » в форуме Церковная жизнь
    6 Ответы
    340 Просмотры
    Последнее сообщение Лунная Лиса
    11 янв 2014, 23:35
  • Рождество Христово
    Эль Ниньо » 06 янв 2015, 22:45 » в форуме Церковная жизнь
    1 Ответы
    531 Просмотры
    Последнее сообщение Шелест
    03 дек 2016, 17:04
  • Подарки малышам на Рождество
    Кириченко Ольга » 20 дек 2014, 16:37 » в форуме Наши дети в храме
    6 Ответы
    680 Просмотры
    Последнее сообщение Эльвира
    04 янв 2015, 12:47

Вернуться в «Культурный слой»