Пишем прозу. Наши заметки, рассказы, размышления... ⇐ Литература

[Милена]

Aika, спаси Бог!
На душе после прочтения-тепло , грустно и светло
одновременно .

[Aika]

Милена, и тебя спаси Господи! Мне очень радостно от твоих слов!

[Aika]

Со святым вечером!
Девочки, сегодня выложила на "Прозу" новую повесть в фэнтезийном жанре. Ориентирована на возраст от подросткового и старше. Называется "Кровь царская" - https://proza.ru/2021/03/25/1864
Читателям заранее благодарна за внимание к моему творчеству и отзывы

[Aika]

Рассказ "Награда" - https://proza.ru/2021/10/20/1666

[Aika]

Сегодня выложила на "Прозу" рассказ "Шебби шик" - https://proza.ru/2022/06/15/1527

[Aika]

Всех с Великим постом!
Выложила на "Прозу" два рассказа
"Зачем мы остались?" - https://proza.ru/2023/03/14/1689
и "Жизнь, как она есть" - https://proza.ru/2023/03/14/1680

[Кофейница]

Aika, спасибо, созвучно. ПРО то что к смерти всегда надо быть готовым прям моим размышлениям в такт.

[Aika]

С Праздником Успения Пресвятой Богородицы!
Новый рассказ "Именины" на "Прозе" - https://proza.ru/2023/08/28/1116

[Aika]

Всех с Праздником Пятидесятницы и Днём Святого Духа!
Ещё один рассказ выложила на "Прозе". "БеЗсмертные" - https://proza.ru/2025/06/09/1460
У всех читателей прошу молитв. Екатерина.

[Aika]

Здравствуйте, сестры!
После ознакомления с Заявлением Архиерейского Синода РПЦЗ(МП), заинтересовалась поднятыми темами и стала искать дополнительную информацию. Результатом стал новый рассказ "Ток-шоу" - https://proza.ru/2025/08/22/948

[Aika]

Прошу прощения, что не указала дату выхода Заявления Синода РПЦЗ(МП) - 5 июня 2025 г.

[Aika]

Всех с памятью вмц. Варвары!
Выложила на "Прозу" рассказ "Двухсотлетие декабря"- https://proza.ru/2025/12/16/2124
Постаралась отразить в рассказе не самые известные страницы темы, например, о покаянии декабристов.

[Aika]

Спаси Господи всех читающих мои произведения.
Выложу миниатюру сюда.(Она есть и на "Прозе").
Преображение или мой живой Бог
Ночь. Дождик тихий, затяжной. С одной стороны стекла холодные капли, с другой – мой горячий лоб. Во дворе под фонарем мокнут машины – красная, пара синих, остальные черные или серебристые. В отдалении, на проспекте, мигает сочно-алым реклама. Громко тикают часы на комоде. Так странно, что я здесь, а не там – в моем сне.
Там был другой мир. Тот, о котором сегодня мерно читал в огромной золоченой книге диакон. На вершине горы стоял Бог, настоящий и живой. Он говорил с такими же живыми людьми – Моисеем и Илией. Они, правда, жили уже не на земле. Но там, за гранью этой жизни, они тоже осознавали себя, разговаривали, перемещались, словом, жили. Бог призвал их на Фавор, и они явились, чтобы слушать Его, Божия Сына, и беседовать с Ним о страдании.
Я лежал на склоне горы рядом с апостолами и слышал слова моего Бога. И было страшно и блаженно. Предплечья колола сухая от жары трава, в правое колено врезался камешек, и я старался пристроить ногу поудобнее. Чуть приподняв голову, я смотрел и смотрел на Божия Сына и сердце замирало от счастья и скорби, ведь Крест был еще впереди, и впереди было погребение, и то самое время, когда «молчит всякая плоть человеча».
А потом Петр предложил сделать три кущи. Нет, я помнил, что кущи не понадобятся, но сейчас, с Петром, тоже мечтал остаться здесь, продлить это время… Некстати подумалось, что кустарник растет ниже, и кущи сделать нам не из чего. Но прозвучал Глас с Небесе, и я уже ни о чем не думал, а только внимал, уткнувшись в локоть лицом. Шорох шагов… Я слышал, как стали подниматься с земли апостолы и, приоткрыв глаза, увидел Христа уже не в ризах блещащихся, а в простом, повседневном одеянии, медленно спускавшегося к нам.
И все закончилось. Я проснулся. И так мучительно тоскливо, что здесь есть машины и реклама, но Бог не ходит по земле между нами, и нет рядом ни одного апостола. Стекло уже не холодит, оно тоже стало горячим, как мой лоб. Словами Иисусовой молитвы я стараюсь раскрыть заклинившие створки моего сердца. Ведь Господь стоит и стучит. Там, вокруг холод и ненастье. А в сердце хоть и грязь и смрад греховный, но есть хоть малая теплота, хоть искорки огня, чтобы согреть моего Господа, Которому негде и главу приклонити. Но как впустить, как обогреть, когда створки проржавели эгоизмом? Как, Господи?!
И как глоток свежего воздуха – далекий колокольный звон. Еще темно, мокро. Еще почти ночь, а монахини уже собираются в храме, чтобы молиться за утреней. И неважно, что за монастырской стеной город спит крепким предрассветным сном. Жених здесь обрящет бдящих. Тех, у кого сердца горят, наполненные елеем любви. Они не тухнут от влаги саможаления, как у меня.
А я? Я смотрю туда, где за высокими домами скрывается монастырь, и мысленно стою в уголке темного храма и слышу внутренним слухом тихое: «Слава в вышних Бо-о-о-о-гу и на земле мир, в человецех благоволе-е-е-ние». И чувствую, что без этого мира Христова не станет и самой Земли, а без благоволения Божия не жить человечеству.