Молитва Ефрема Сирина.

Архимандрит Кирилл (Павлов). СЛОВО О МОЛИТВЕ ПРЕПОДОБНОГО ЕФРЕМА СИРИНА.

Во имя Отца и Сына и Святаго Духа!

Дорогие братия и сестры, в продолжение Великого поста мы слышим, как за каждой Божественной постовой службой священник читает краткую, но умилительную молитву: Господи и Владыко живота моего, дух праздности, уныния, любоначалия и празднословия не даждь ми. Дух же целомудрия, смиреномудрия, терпения и любве даруй ми, рабу Твоему. Ей, Господи Царю, даруй ми зрети моя прегрешения и не осуждати брата моего, яко благословен еси во веки веков. Аминь.

Эта молитва состоит всего из десяти прошений, однако своим покаянным духом и способностью приводить человека в сердечное сокрушение она превосходит многие другие молитвословия, почему и принято ее читать Великим постом, когда Церковь зовет нас к обновлению души, к подвигу самоиспытания, к усиленной молитве и покаянию, к очищению своих грехов. Каждое слово ее находит отклик в нашей душе, и помогает нам осознать свои пороки и возжелать добродетели, и располагает нас к молитвенному обращению к Богу о помощи в борьбе со своими страстями. Составитель этой молитвы, преподобный Ефрем Сирин, всю жизнь плакал, и потому исполнена она такого глубокого покаянного назидательного чувства и утешения.

Начинает свою молитву преподобный Ефрем обращением к Богу: Господи и Владыко живота моего… Слово Божие нам открывает, что наша жизнь связана с Богом, от Него зависит и Им держится. В Его милующих руках - участь праведных и неправедных, добрых и злых и всего животного и растительного мира. Никто и ничто не может просуществовать и дня, и часа без Его зиждительной силы Духа Святаго, поддерживающей бытие всякой сотворенной живой твари. Поэтому, чувствуя в своем сердце Бога, мы не можем без молитвы к Нему, без благословения Его ни начать, ни продолжить, ни завершить никакого дела на земле. Бог действительно есть Господин, Начальник, Владыка нашей жизни.

Архимандрит Кирилл (Павлов).
СЛОВО О МОЛИТВЕ ПРЕПОДОБНОГО ЕФРЕМА СИРИНА.
(продолжение)

В первом прошении преподобный Ефрем просит Бога не дать ему духа праздности. Праздность всем понятна - это есть леность и нерадение о самых насущных делах и, прежде всего, о своем спасении. Она может довести человека до неподвижности, до полного застоя как в духовной жизни, так и в необходимых повседневных занятиях.

Внешняя праздность нам понятна почти каждому, потому что все мы в той или иной степени бываем причастниками этой душевной болезни, когда предаемся нерадению и разленению и допускаем небрежение о своей домашней молитве, опускаем хождение в храм либо когда позволяем себе на молитве поспешность, с тем чтобы поскорее закончить ее и предаться отдыху или суетной болтливости; но когда этот недуг поразит все наши душевные силы, то наступает тяжелое нравственное, душевное состояние. Тогда человек уже не живет нормальной, настоящей жизнью, потому что нет у него в душе постоянного оживотворяющего начала для полноценной человеческой деятельности, а живет жизнью призрачной, вымышленной, бесполезной, никому не нужной. Любит предаваться бесполезным мечтаниям и праздным суетным разговорам и бывает неспособен ни к какому доброму делу.

Эта праздность, это расслабление и нерадение отводят нас от главной заботы нашей - о спасении. Поэтому и молимся, чтобы Господь избавил нас от сего недуга.

Дух праздности
В молитве преподобного Ефрема дух праздности первым поставлен к отрицанию и вполне справедливо. Сегодня для нас праздность почти награда, похвала, цель в жизни. Да и количество праздников в календарях светских вызывает множество недоумений. У нас один или два месяца в году только без продолжительных дней безделья. Такое ощущение, что наша экономика первая в мире и можно уже не трудиться. Грустно на сердце от таких мыслей, ведь бездельник всегда был в нашем языке человеком не надежным и не далеким.
Божия заповедь о труде для человека непреложна. Если хлеб наш мы не приобретаем трудом и в поте лица, то едим его втуне, то есть не заслуженно. Но если тело наше без труда одебелевает, то что происходит с душей? А с ней все намного хуже. Праздная душа суть душа больная. Исцелить ее чрезвычайно трудно, она парализована духом нечувствия ни к чему духовному.
Многие даже не слышали о грехе нечувствия, а вот что о нем говорит святитель Игнатий Брянчанинов: - «это недуг души, которым хранятся в неприкосновенности все прочие недуги и который святые отцы называют нечувствием. По определению отцов, нечувствие есть умерщвление духовных ощущений, есть невидимая смерть духа человеческого по отношению к духовным предметам при полном развитии жизни по отношению к предметам вещественным.» То есть пока человек не охладеет к миру, душа остается праздной, нечувственной, глухой и слепой к Богу и ближнему. Думаю, что в известной мере это касается сегодня каждого из нас. Сколько мы трудимся для временного и вещественного, а сколько для Небесного? Увы, пропорция не в пользу Вечности.
Но за праздностью души имеется нечто большее. Именно праздность - самое прочное основание для духов нечистых, что бы овладеть человеком и подчинить его себе. Замечали, праздные люди одержимы одной или несколькими страстями. Вот поэтому праздная душа так страдает и томится унынием и тоской, так ищет новых и новых развлечений, так груба и бесцеремонна с людьми, так горда и надменна к Богу, и людям. Только скажи ей о ее недуге и ты тут же враг. Именно праздные люди - вершители революций и бунтов, заговоров и интриг. Именно ими руководят духи тьмы. Евангелие предупреждает, что праздная душа становится вместилищем семи злейших духов, если человек не наполнит душу свою Духом смиренномудрия.
Не случайно святой Ефрем ставит недуг праздности на первое место. Даже пост становится вредным и опасным при таком состоянии души. Исцеление от праздности - постоянное понуждение себя к духовному труду. А когда сил на такое понуждение не остается, нам остается плач о своей немощи. Этим плачем упраздняется духовное нечувствие и человек оживает, воскресает душей. А пост и есть путь к Воскресению, к Пасхе, вот и слышим мы с первых дней поста мольбу избавления от праздности.
Господи, дух праздности не даждь ми!

Архимандрит Кирилл (Павлов).
СЛОВО О МОЛИТВЕ ПРЕПОДОБНОГО ЕФРЕМА СИРИНА.
(продолжение)

Во втором прошении преподобный Ефрем просит Господа избавить его от недуга уныния. Уныние есть такое мрачное тоскливое душевное состояние, когда человеку все в жизни показывается лишь с темной стороны. Он ничему не радуется, его ничто не удовлетворяет, обстоятельства кажутся ему несносными, на все он ропщет, по всякому поводу раздражается - словом, сама жизнь бывает тогда ему в тягость. Приходит уныние, как учат святые Отцы, от той же праздности, от маловерия, неверия, от нераскаянности в своих грехах. К унынию могут привести и предшествовавший гнев или причиненные кому-либо обиды, отсутствие страха Божия, многословие или - неудачи в личной жизни, работе и тому подобные неприятности.
Вместе с тем очень часто само уныние приводит к другому, более опасному душевному состоянию, называемому отчаянием, когда человек нередко допускает мысль о преждевременной смерти и даже почитает ее уже существенным благом на пути своей земной жизни.
Предаться отчаянию значит прекратить связь с окружающим миром и не иметь общения с Источником нашей жизни - Богом. "Не хочу жить, пропал интерес к жизни, и нет в ней никакого смысла" - такие слова можно услышать от человека, одержимого отчаянием. Поскольку сей недуг весьма тяжек, то и Преподобный просит Господа избавить его от него. Порок этот таков, что надобно молиться против него настойчивой, неотступной молитвой. Сему и Сам Спаситель в Евангелии учит нас, говоря, что не должно никогда унывать, но должно всегда молиться (см.: Лк. 18, 1).
Настойчивая, постоянная молитва, соединенная с верою в силу молитвы и помощь Божию, восстановит связь с окружающим миром и сохранит от уныния. С молитвой же надо соединять и труд очищения своей совести в Таинстве Покаяния, чем также подается благодать Божия, укрепляющая наши духовные силы. Читать духовные книги и жить по заповедям Божиим - все это наилучшим способом будет предохранять от губительного духа уныния.

Дух уныния
Силу этого, едва приметного, но невероятно сильного духа можно понять, когда душа разрешается от него. К сожалению, это бывает не всегда, но когда бывает, поверьте, сила разрешаемого чувства очень велика. На протяжении нескольких часов потоки слез и рыданий. Вот и не приметный дух! Готов и сам плакать от радости за разрешившегося человека.
Те же, кто не может от него разрешиться, страдают многие годы. Уныние требует новых и новых жертв, забвения и развлечения, сладострастия и сребролюбия, ведь питает его гордость. Гордый человек в тесном общении с духами тьмы, видит мир глазами этих духов, всех подозревает и всем не доволен, а главное, что и себя, любимого, тихо ненавидит и изводит. Тяжек дух этот, ох тяжек!
Довелось мне общаться с людьми, этим духом одержимыми, так скорбно, что и впечатление от такого общения гнетет. Мне думается, что чувство это - отголосок тоски ада. Преподобный Макарий говорил об этой тоске в аду, когда стоящие видят только затылок друг друга, а главное, не видят света Христовой радости.
Продолжительность и боль уныния так сокрушают человека безисходностью, что ввергают его в отчаяние. А тут он - легкая добыча бесов. Представьте, что многие дни, недели, месяцы и даже годы нет солнца. А ведь именно это творится в душе - ад при жизни. Виной этому состоянию страсти и грехи, но разглядеть их в темноте уныния почти не возможно. Во мраке все обман. Вот и плачешь от бессилия над такими душами, и ждешь, когда исполнится на них мера гнева Божьего.
Опытные духовники умеют облегчать страдание таким людям, но где же их найдешь? Вот и остается нам терпеть и страдать от этого духа уныния. Но если страдания эти будут приняты нами как заслуженные, то все поправимо. Заслуженные страдания рождают раскаяние, а раскаяние привлекает к себе милость Божию, а с милостью приходит и свет радости любви Божией. И пост тут первое средство, ибо облегчает и окрыляет покаяние. Во время поста во мраке души появляется долгожданный свет надежды. А с ним можно вполне разглядеть свои страсти и вспомнить свои забытые грехи.
Господи, дух уныния, не даждь ми!

Архимандрит Кирилл (Павлов).
СЛОВО О МОЛИТВЕ ПРЕПОДОБНОГО ЕФРЕМА СИРИНА.
(продолжение)

В третьем прошении преподобный Ефрем просит Господа избавить его от духа любоначалия. Страсть любоначалия присуща нашей греховной горделивой природе, и она проявляется во всех областях человеческой жизни. Например, в отношении отца семейства к семье, начальника - к подчиненным, наставника - к своим ученикам, старших по возрасту - к младшим: каждый желает подчинить своему влиянию других, диктовать им свою волю. Такое душевное расположение противно учению евангельскому, учению Христа, Который Сам показал пример глубочайшего смирения и неоднократно говорил, что тот, кто хочет быть б!ольшим, тот будь слугою всем (см.: Мф. 20, 26-27; Мк. 10, 43-44; Лк. 22, 26).

С этим пороком связана скрытая тайная гордость, и потому когда у нас есть страсть учить других, наставлять, обличать, то это - верный признак одержимости нашей души духом властолюбия, любоначалия. Дух сей делает человека противным для всех окружающих, а кроме того, и неспособным бороться со своими страстями и пороками. Поэтому-то мы и молимся Господу, чтобы Он избавил нас от него и не допустил ему овладеть нашей душою.

Дух любоначалия
Когда говоришь об этом духе, первое, что приходит на мысль, это его редкость. Да, бывают люди склонные к любоначалию, что значит жаждущие власти и начальствования над другими. Но эти люди довольно редки между нами, особенно в среде верующих людей, где самые распространенные выражения простите, или куда мне, грешному, а иногда так и просто - как благословите! Где тут любоначалию завестись, каждый норовит уступить чего нибудь ближнему. Но это на людях, как говорится, на глазах. А за глазами? Как мы относимся к воле других людей, порой даже самых близких? Готовы ли мы с радостью служить им?
Помню как один благочестивый христианин, отец четырех замечательных детей, на полном серьезе задавал мне вопрос: Что делать с непокорной супругой? Я прихожу с работы, а она на диване лежит, мол сам себе обед накрой, а я потом за тобой уберу. Я тогда посоветовал ему остаться с четырьмя детьми на день и показать добрый пример супруге. Больше он с вопросами не приходил, супруга исправилась наверно. Но сам факт говорит о многом.
Всматриваясь в собственные немощи могу заметить только то, что трудно терпеть над собой чье либо начальство, а это значит, что в глубине души каждый начальник и себе, и кому угодно. А все от того, что мы бежим и прячемся от истинного Начальства, Божественного. Желаем исполнять только свою волю, а воли Божией страшимся, а вдруг в ней скорби, или какие неприятности. Вот так, малоприметно дух любоначалия овладевает нами и требует начальствовать над собственной волей и над миром. А с виду, такой не приметный. Всегда удивляли меня слова святителя Игнатия, что ни кого он так не боится, как самого себе. Только теперь, натерпевшись от самоначалия, я начинаю понимать о чем речь.
Дух любоначалия парализует волю человека не менее, чем праздность или уныние, поэтому и поименован святым Ефремом особо. Это предостережение вполне своевременно, потому как является этот дух огромным препятствием для истинного покаяния, в котором смысл и душа самого поста. Можно сколько угодно внешне смирятся перед Богом и перед ближними, но если в душе этот дух начальственный дышит, то это смирение всего лишь лицемерие, готовое в любой момент перерасти в ненависть, чуть только прозвучит над тобой чей то командный голос.
Господи, дух любоначалия не даждь ми!

Архимандрит Кирилл (Павлов).
СЛОВО О МОЛИТВЕ ПРЕПОДОБНОГО ЕФРЕМА СИРИНА.
(окончание)

В четвертом прошении преподобный Ефрем просит Господа избавить его от духа празднословия, которому также причастны едва ли не все люди. Каждый любит посуесловить, между тем как дар слова дан для того, чтобы мы прославляли устами Бога и чрез слово же имели общение друг с другом, служа ко взаимному назиданию. Имеется мудрая народная пословица, утверждающая, что слово - серебро, а молчание - золото. И этой истины придерживались многие святые, которые закрывали свои уста, хотя и надо было - для назидательных целей - открывать их для беседы.

Многословием человек опустошает свою душу, расслабляет ее и делает рассеянною. Посмотрим на Спасителя, как Он был краток в поучениях и наставлениях! Молитва Господня дана всего только в семи прошениях, а заповеди блаженства - в девяти стихах. Ангелы славословят Бога кратко: "Свят, Свят, Свят Господь Бог Саваоф!"

Как сосуд, который часто открывают, не сохраняет крепости и аромата самого благовонного вещества, помещенного в нем, так и душа того человека, который любит многословить, не сохраняет надолго добрых мыслей и добрых чувствований, а изрыгает из себя потоки осуждения, злоречия, клеветы, лести и т. д. Поэтому-то Церковь постом и молится: Положи, Господи, хранение устом моим и дверь ограждения о устнах моих. Не уклони сердце мое в словеса лукавствия (Пс. 140, 3-4). Как сорняки засоряют почву и мешают произрастать на ней добрым злакам, так пустые, гнилые слова убивают душу и не дают возможности произрастать в ней добрым помыслам и чувствам.

Итак, дорогие братия и сестры, помня и храня сокровенные в молитве преподобного Ефрема благие уроки, последуя им, мы обязательно привлечем к себе благодать Божию и соделаемся милыми Отцу своему Небесному, удостоимся зреть Горний Иерусалим и блаженствовать со всеми Небесными Силами и душами праведных.

А поэтому всегда, и особенно в дни Великого поста, почаще будем взывать: Господи и Владыко живота моего, дух праздности, уныния, любоначалия и празднословия не даждь ми. Дух же целомудрия, смиреномудрия, терпения и любве даруй ми, рабу Твоему. Ей, Господи Царю, даруй ми зрети моя прегрешения и не осуждати брата моего, яко благословен еси во веки веков. Аминь.

1962 г

Дух празднословия
В молитве преподобного Ефрема этот дух, как дух нечистый, стоит на последнем месте, как бы на вершине всех остальных. А нам он кажется порой таким извинительным и мало значащим, отнюдь. Его незначительность очень обманчива, мы даже слабо представляем себе насколько он велик и коварен. Думаю, что и святой Ефрем подразумевал сложность избавления от этого духа, потому и расположил его на том месте, к которому надо еще дойти преодолев праздность, уныние и любоначалие.
Если на эти предидущие категории страстей смотреть с точки зрения молитвы, то все становится на свои места. Когда мы освобождаемся постом от дебелости, прежде всего, ума, тогда молящейся душе противостоит праздность, ведь молитва это тяжелый труд. Если мало по малу приучаем ум свой к этому труду, возникает уныние от потери праздности, а когда перетерпим и перетрем молитвой и этого врага, перед нами встает в полный рост дух своеволия в молитве, так бы я перевел на духовный язык любоначалие. Своеволие в молитве это постоянные попытки ума в молитве перевести ее смысл и чаяние к земному, вещественному и тем самым свести на нет ее духовный смысл. Но и эта трудность устранима покаянием и подчинением своей воли воле Божией, где земному места почти не остается.
И вот после столь многих и таких не простых усилий, встает на пути подвижника исполинский дух празднословия, это когда ум теряет смысл и напряжение молитвы, и уносится только он знает, и то вряд ли, куда. Где мы только не находим себя во время молитвы, иногда даже стыдно сказать где. Вот этот дух и представляет великую опасность, потому как борьба с ним продолжительна и изнурительна, и чуть только ослаб в ней - все начинай с начала.
Родственник и прямой родитель этому духу - само бытовое празднословие, которое мы там мало оцениваем, а ведь и за ним коварство. Празднословие - это не только говорить праздно, то есть не для спасения души и не по необходимости, это еще и говорить много. Для современного человечества празднословие один из главных источников мутного удовольствия, в котором бездна страстей и грехов. И если сам не говоришь в сладость, то обязательно слушаешь. Сегодня говорунов превеликое множество, а главное - в церковной среде, но откуда бы им взяться, если бы некому было слушать.
Святитель Игнатий писал по этому поводу «Прости, что назову теоретиков – мертвыми! Пусть эти мертвые возятся с своими мертвецами, т.е. с теми, которые хотят слышать слово Божие с целию насладиться красноречием, кровяными порывами, игрою ума, но не с тем чтобы «творить Слово». – Последним нужно сказать: «с какою приятностию мы слушали, – провели время», а первым нужно, чтоб об них сказал мир: «ах! как они умно, прекрасно говорят». Грозное обличение, то такое необходимое сегодня.
Таким образом бесплодность и тщетность молитвенного труда приобретается современным подвижником от не хранения своего языка и многословия, от рассеянности и не внимания, от неосторожности и пустого любопытства. Сколько случайного, не нужного, лишнего и душевредного впускаем мы в свою душу, создавая для духа празднословия все новые и новые укрепления, а для себя - падения. И даже грозные евангельские слова, о том, что за каждое праздное слово дадим отчет, не останавливают нас. За каждое! Подумать только... И ведь не только сказанное, а и принятое.
Вот от этого дух этот столь силен и коварен, а наш ум - игрушка в его руках. Но то, что невозможно для человека, возможно для Бога, потому мы с воздыханием и сокрушением сердца так искренне просим Его:- Господи, дух празднословия не даждь ми! Что бы хоть горсткой зерен настоящей молитвы утолить страшный голод души своей…

Дух целомудрия
Какое удивительное и глубокое слово - целомудрие, в нем благоухание чистоты и красота мудрости. Многим кажется, что это синоним девственности, но девственность лишь чистота тела, а целомудрие еще и чистота души. Вот без этой самой чистоты помыслов, желаний и ощущений пост становится слабым, не прочным, шатким. Какая польза в воздержании тела, если душа распаляется похотью, а помыслы гнетутся порочными представлениями. Целомудрие это свет далекой цельности и премудрости сотворенного Богом человека. То, что было потеряно нами в Раю, оставило в нашей душе воспоминание столь светлое и чистое, и это воспоминание очень глубоко в нашей природе.
Почему именно с духа целомудрия святой Ефрем начинает свое обращение к Богу? Отчего в столь необходимых и жизненно важных для подвига поста добродетелях, преподобный отец, сам имеющий монашескую трезвость души и тела, просит именно целомудрия? Думается мне, что этот дар Божий, приобщающий человека страстного к бесстрастной чистоте Неба, есть необходимое условие постного подвига. Зачем нужно воздержание тела, если оно не ведет к чистоте души.
Дух целомудрия облекает душу в одежду кротости. Сегодня мы имеем самое слабое и поверхностное представление о кротости, ведь ее почти нет среди нас. Кротость укрощает наш страстный и гордый нрав, в отличии от дерзости, которая стала не только нормой жизни, но даже неким вызовом Богу. Обратите внимание как мы смотрим друг на друга - дерзостно, с вызовом. Святые боялись дерзости как огня, считая ее началом всех зол, а кто среди нас сегодня ее боится? Кроткий человек уже в позапрошлом веке считался идиотом, а в наше время кротость стала сплошным лицемерием тех, кто желает что бы их видели святыми. Тяжкие времена, где научиться и у кого подсмотреть тот образ целомудрия, которым измученная душа получает хоть малое отдохновение? Увы, мало таких образов среди нас.
Без чистоты тела, чувств и помыслов нет мудрости, вот отсюда такая редкость в настоящих мудрых людях. Этой чистотой дышит Евангелие, эту чистоту принес на землю Христос, без этой чистоты человек так и не сможет отличить добро от зла. Поэтому так напряженно сегодня звучит голос святого: «Господи, дух целомудрия даждь ми! Ибо не в силах я приблизится к Тебе без него!»

Дух любви
Спроси сегодня любого человека, что такое любовь и он не затруднится с ответом. А когда после перечисления многих оттенков прекрасных чувств, задашь вопрос, как же бывает, что любовь иногда за нож хватается, убивает и калечит? Вот тут мало что приходиться услышать вразумительного.
Мы живем в такое время, когда все чего то знают и мало кто знает, что знания его не достаточны, нужны учителя. Еще меньше сегодня таких христиан, которые благоговеют перед наукой христианства и ищут учителей по самому высшему разряду. Ведь если в такой важной науке ошибиться, то ошибка будет непростительно велика.
Вот что пишет о любви один из великих учителей нашей Церкви, святитель Игнатий: «Взгляни на предметы твоей любви: они очень тебе нравятся? к ним очень привязано твое сердце? – Отрекись от них.
Этого отречения требует от тебя Господь, законоположитель любви, не с тем, чтоб лишить тебя любви и любимых, но чтоб ты, отвергнув любовь плотскую, оскверненную примесью греха, соделался способным принять любовь духовную, чистую, святую, которая – верховное блаженство.
Ощутивший любовь духовную, с омерзением будет взирать на любовь плотскую, как на уродливое искажение любви.»
В этих словах святителя грозное предостережение, что наши представления о любви не чистые, как и сама наша любовь. Все, что становится страстью - губительно для души, да и для тех, кого так не осмотрительно любишь. Но любовь настолько сильное и глубокое чувство, что отречься от такой любви бывает равносильно отречению от самого себя. Трудно, больно, страшно.
Думаю, что именно поэтому святой Ефрем поставил дух любви на самое высокое место, на последнее по лестнице добродетелей. Именно поэтому только человеческих сил для преодоления страстной и плотской любви не достаточно. Именно тут так нужна помощь Духа Святаго. Он один, одаривая нас любовью не земной, со всею очевидностью показывает нам ничтожность любви плотской. Сильное чувство вытесняется еще более сильным.
Это же сегодня пытаются делать и духи тьмы. Сколько сил положено, что бы возвести любовь на высшую ступень человеческих страстей, но самое главное, опорочить ее настоящую и истребить из нашего сердца. Сегодня можешь верить в Бога, ходить в храм, причащаться и исповедоваться, сколько угодно проповедовать, только люби одного себя и ты наш, современный, «правильный» христианин. Как не просто в наши дни разобраться в себе и в мире, как тут справиться самому?!
Господи, дух любви даждь ми! Без любви - смерть, и от любви -смерть, помоги обрести тот истинный дух любви, от которого Жизнь.

Дух смиренномудрия
Прежде чем написать о смиренномудрии, хочу рассказать одну историю. Это было много лет назад, я был еще молод, и как многие молодые люди смотрел на мир просто, или во всяком случае, проще чем сейчас. Мои встречи с отцом Кириллом Павловым стали уже регулярными, раз в два или три месяца я старался бывать у него, а за этот промежуток времени накапливались вопросы, и я их довольно тщательно записывал.
И вот в один из таких приемов у батюшки, в моем блокноте оказался вопрос - Что такое смирение, и как его достичь? Есть вопрос, будет и ответ. Глубоко вопросы обдумывать тогда не приходилось, и я задал его в числе прочих. Когда отец Кирилл его услышал, то широко улыбнулся и так же быстро ответил мне: «Достичь смирения очень просто - надо считать себя хуже всех.» Я спокойно записал ответ и подумал тогда, - как просто!
Придя домой и перечитывая ответы батюшки, я стал читать их еще раз повнимательнее. И когда дошел до этого ответа, остановился… А как считать себя хуже всех? Я посмотрел мысленно по сторонам... Подумал о многих столь разных и не всегда хороших людях, вспомнил людей и по хуже, и задумался еще крепче.
Не далеко от нашего дома был Курский вокзал и я частенько проходил мимо его постоянных обитателей, в девяностые там была такая публика, что приходилось проходить мимо почти бегом. Я мысленно представил себе их образы и ужаснулся. Ведь в словах - хуже всех…- нет исключений. Как же считать себя и хуже их?! И только тогда я понял, какое не простое дело смирение!
Теперь, говоря о духе смиренномудрия, я еще раз как будто заглядываю в глубину пропасти, а эта пропасть наука о смирении. И сегодня я думаю, что смиренномудрие, о котором мы слышим еще у преподобного Антония Великого, и которое так глубоко преподал нам святитель Игнатий Брянчанинов, которое единственное может преодолеть "сети миродержца", это наука из наук, а дух смиренномудрия, это прежде всего дух Христов.
Можно сколько угодно много молиться и поститься, но если этим духом не будет освещено сердце христианина, молитва тщетна, а пост вреден. Думаю, что именно по этому прошение смиренномудрии идет вслед за прошением чистоты и целомудрия, потому как очищенный постом человек нуждается в смиренномудрии, как в одежде, без которой нечем прикрыть свою духовную наготу. Подумайте, какие мы душами перед Богом и перед святыми, стыдно и подумать, а смирение покроет наши немощи и страсти, согреет душу от озноба гордости мира и огня похоти очей, и даст нам спасительную возможность заглянуть в себя по настоящему. Это так трудно, но так необходимо.
Господи, дух смиренномудрия даждь ми! Смирение покрывает грехи наши, ибо осудивший себя, прощен Богом. А мудрость смирения отрешает нас от грехов мира, ибо осудивший себя не судит мир, да и до мира ли ему, когда над ним самим суд…

Дух терпения
Звучит непривычно, почему дух? Терпение и есть терпение, или его нет, а тут дух. Но именно так у святого Ефрема. И это вполне оправдано, потому что терпение, а правильнее - дух терпения, это один из главных духов для христиан, которые сообщаются нам самим Святым Духом. Излишне говорить, что без терпения никакое христианское делание не состоятельно, но не лишним будет напомнить, что терпение заповедано нам Спасителем. Не случайно в нашем народе так сильна поговорка: Бог терпел и нам велел!
Сегодняшний христианин очень не терпелив, чуть что не по его или не сразу - обиды, амбиции, крайности. Наверное каждому из нас есть что вспомнить., сколько бы своих нетерпеливостей мы сейчас бы исправили. Но время упущено, многое не исправишь, зато хорошо бы сделать выводы. Но как трудно их делать. Чуть забудутся прежние ошибки и снова - все по моему и сразу.
Когда родители приводят своих детей на крещение, мне хочется спросить у них, знают ли они куда и за чем пришли. Христианство это для тех, кто добровольно готов передать себя страданиям, лишениям и насмешкам, и ненависти окружающих, а это и есть путь Христов, готовы ли вы своих детей наставить на этот путь? И как пройти его без терпения?
Преподобный Ефрем поставил прошение об этом духе на третье место, потому что без внутренней чистоты и смиренномудрия терпеть не возможно. Потерпеть можно, даже какое то продолжительное время, но терпеть по настоящему - увы. Терпеть, это значит иметь в сердце залогом радость о Христе, ведь сколько Он, Невинный, вытерпел, и терпит. Нам ли малодушничать перед Ним. Вот поэтому терпение - это первая и последняя ступенька на пути к христианскому совершенству и любви.
Господи, дух терпения даждь ми! Его всегда не хватает… А он совершенно необходим. Святитель Игнатий сравнивает христианина с солдатом в бою. Выбили тебя из первого окопа противостояния греху, иди во второй - окоп покаяния, если и оттуда выбили, иди в третий - плач о своей немощи. Оттуда тебя уже никто не выбьет, а терпение вернет тебя снова в первый окоп. Вот так и воюем помаленьку, день воюем, два каемся, три плачем, а там снова на войну.
Мир вам!

Зрети моя прегрешения
Вот казалось бы, где не должно быть сложностей, так это здесь, в этом месте молитвы святого Ефрема. Видеть свои грехи - не большая наука, они всегда перед глазами, а как забудешь, тут же напомнят о себе. Но такой взгляд вполне поверхностный. Если бы так было, то преподобному Ефрему не было бы нужды, ставить это прошение после самой любви, да еще предварять его отдельным воздыханием: «Ей Господи, Царю, даруй ми…». Это все обращает внимание на трудность в получении этого дара и на саму значимость его.
Для принятия этого дара от Бога, есть одно важное условие, которое соблюсти очень трудно. Вот что пишет об этом святитель Игнатий: «Не наследовал я покаяния, потому что еще не вижу греха моего. Я не вижу греха моего, потому что еще работаю греху. Не может увидеть греха своего наслаждающийся грехом, дозволяющий себе вкушение его – хотя бы одними помышлениями и сочувствием сердца.
Тот только может увидеть грех свой, кто решительным произволением отрекся от всякой дружбы со грехом, кто встал на бодрой страже во вратах дому своего с обнаженным мечом – глаголом Божиим, кто отражает, посекает этим мечом грех, в каком бы виде он ни приблизился к нему.
Кто совершит великое дело – установит вражду со грехом, насильно отторгнув от него ум, сердце и тело, тому дарует Бог великий дар: Зрение греха своего.»
Многие ли из нас имеют этот залог в сердце? Если тело наше не наслаждается грехом, то что скажем о сердце и уме? Не состоит ли наша жизнь из компромиссов с наслаждениями мира и страстями? Увы, трудно получить этот дар. Вот поэтому нам так трудно бывает на исповеди. Самые усердные извлекают из себя с большим трудом десяток прегрешений, а за ними сухость сердца и туман в душе. Этот туман подсказывает нам, ну не такие уж мы и грешные, по сторонам посмотрите, вон какие бывают, а мы еще ничего… В этом тумане не видно солнца, а когда выносишь белую ткань на яркий солнечный луч, ткань оказывается грязной и совсем не такой белой.
Вот и приходится жить долго без генеральной уборки в душе, так крупные пятна застирываем, глядишь и так сойдет, на общем фоне не видно.
Вспоминая слова святителя о непримиримости борьбы со страстями, становится понятным почему святой Ефрем поставил прошение о зрении своего греха так высоко. Как можно достичь непримиримости без чистоты, смирения, терпения и любви, которая есть жертва за ближнего, прежде всего.
Ей Господи Царю, даруй ми зрети моя прегрешения… так трудно видеть их, иногда для того, что бы разглядеть один забытый грех - уходят годы. Но еще трагичнее так и не увидеть их, и вспомнить о них только на Твоем Страшном суде!

На сырной седмице в среду и пятницу читаем молитву Ефрема Сирина. Готовимся к Великому посту

Постом эту молитву читаем каждый день кроме субботы и воскресенья. Очень люблю её

Девочки, когда Постом читается эта молитва в последний раз-сегодня или завтра?

В среду.

ВераNika, в будущую, в страстную среду?

Василиса,
Молитву Ефрема Сирина начинают читать во вторник и четверг (вечера) Масляной недели — подготовительной недели перед Великим постом, Далее молитва читается весь Великий пост, кроме суббот и воскресений. Вечером в воскресенье чтение молитвы Ефрема Сирина возобновляется. Последний раз молитва Ефрема Сирина читается утром в Страстную среду.

Сегодня читается молитва Ефрема Сирина

Молитва Ефрема Сирина. ⇐ Церковная жизнь