Полезно знать.Пища к размышлению... ⇐ Душа - поле битвы

[Иулия]

Что такое человекоугодие?

Давайте задумаемся, что такое человекоугодие? Это болезненная зависимость от человеческого мнения, боязнь лишиться человеческого одобрения и подвергнуться порицанию. Многие, наверное, скажут, что это не такой уж страшный грех. Но на самом деле мы часто недооцениваем опасность страстей, которые на первый взгляд кажутся невинными. Недооцениваем мы опасность и этой страсти.

Если человек думает не об угождении Богу, а об угождении людям, если для него главное — человеческое одобрение, то он, по сути, перестает быть христианином.

Нас изумляют и ужасают некоторые случаи отпадения людей от веры и нам кажется, что это может произойти только при каких-то чрезвычайных обстоятельствах. Но на самом деле причиной этого часто является обыкновенное человекоугодие. Например, до революции Россия была православной страной, и все считали это нормальным. Потом большевики вдруг разрешили в Бога не верить, и значительная часть народа вмиг отпала от веры. Люди, которые несколько лет назад ходили в церковь, исповедовались и причащались — те же самые люди совершали страшные, дикие изуверства и кощунства. Именно потому, что жили они человеческим мнением, человеческим одобрением.

Когда мы стараемся угождать прежде всего людям, то мы получаем свою награду – от них же. Но когда стараемся угождать прежде всего Богу, не боясь порицания со стороны людей, мы получаем награду от Него.

Вопрос. Как можно определить, поступаешь ли ты по любви к ближнему или по человекоугодию?

Ответ. Это часто бывает трудно определить, но когда мы потакаем страстям человека, то это, конечно, человекоугодие. Например, когда кто-то обращается к нам с пустыми, греховными разговорами, лучше ответить дружелюбно, но кратко — даже если человеку будет не очень приятно. Но если он спрашивает о чем-то по делу, или просит о помощи, или ищет поддержки в тяжелой ситуации, может быть даже душевной, а ты знаешь, что в этом случае нужно сказать (и имеешь благословение давать советы в подобных случаях), то, ответив, ты проявишь любовь к ближнему.

Вопрос. Как далеко отстоит природная доброта от евангельской любви к ближнему?

Ответ. Наверное, природную доброту можно претворить в евангельскую. А как далеко она отстоит? Иногда «природная доброта» — это просто человекоугодие: жалость к человеку в тех случаях, когда нужно проявить твердость. Бывает, человека необходимо уберечь от какого-то злого поступка, а мы потакаем ему, позволяем удовлетворить свою страсть и видим в этом проявление доброты. Об этом очень хорошо рассуждает святитель Игнатий в проповеди «О любви к ближнему». У него можно прочитать о том, как отличать любовь от человекоугодия.

Евангельская доброта чиста от примеси человекоугодия, она всегда ищет спасения человека. Кроме того, природная доброта имеет некоторые границы: человек чаще всего думает о себе или, скажем, о своей семье, о близких ему людях. Его доброта ограничивается определенным кругом людей и дальше не простирается, она ставит человека перед выбором — сделать добро близкому человеку или постороннему, другу или врагу. А евангельская доброта не имеет границ.

Схиархимандрит Авраам (Рейдман)

[Лунная Лиса]

Прощальное письмо Габриэля Гарсия Маркеса.

"Если бы на одно мгновение Бог забыл, что я всего лишь тряпичная марионетка­, и подарил бы мне кусочек жизни, я бы тогда, наверно, не говорил все, что думаю, но точно бы думал, что говорю.

Я бы ценил вещи не за то, сколько они стоят, но за то, сколько они значат.


Я бы спал меньше, больше бы мечтал, понимая, что каждую минуту, когда мы закрываем глаза, мы теряем шестьдесят секунд света.

Я бы шел, пока все остальные стоят, не спал, пока другие спят.
Я бы слушал, когда другие говорят.
И как бы я наслаждался чудесным вкусом шоколадного мороженн­ого!

Если бы Бог одарил меня еще одним мгновением жизни, я бы одевался скромнее, валялся бы на солнце, подставив теплым лучам не только мое тело, но и душу.

Господь, если бы у меня было сердце, я бы написал всю свою ненависть на льду и ждал пока выйдет солнце.

Я бы нарисовал сном Ван Гога на звездах поэму Бенедетти, и песня Серрат стала бы серенадой, которую я бы подарил луне.

Я бы полил слезами розы, чтобы почувствовать боль их шипов и алый поцелуй их лепестков.

Господь, если бы у меня еще оставался кусочек жизни, я бы не провёл ни одного дня, не сказав людям, которых я люблю, что я их люблю.

Я бы убедил каждого дорогого мне человека в моей любви и жил бы влюбленный в любовь.

Я бы объяснил тем, которые заблуждаются, считая, что перестают влюбляться, когда стареют, не понимая, что стареют, когда перестают влюбляться!

Ребенку я бы подарил крылья, но позволил ему самому научиться летать.

Стариков я бы убедил в том, что смерть приходит не со старостью, но с забвением.

Я столькому научился у вас, люди, я понял, что весь мир хочет жить в горах , не понимая, что настоящее счастье в том, как мы поднимаемся в гору.

Я понял, что с того момента, когда впервые новорожденный младенец сожмет в своем маленьком кулачке палец отца, он его больше никогда не отпустит.

Я понял, что один человек имеет право смотреть на другого свысока только тогда, когда он помогает ему подняться.

Есть столько вещей, которым я бы мог еще научиться у вас, люди, но, на самом-то деле, они вряд ли пригодятся, потому что, когда меня положат в этот чемодан, я, к сожалению, уже буду мертв.

Всегда говори то, что чувствуешь, и делай, то что думаешь.

Если бы я знал, что сегодня я в последний раз вижу тебя спящей, я бы крепко обнял тебя и молился Богу, чтобы он сделал меня твоим ангелом-хранителем.­

Если бы я знал, что сегодня вижу в последний раз, как ты выходишь из дверей, я бы обнял, поцеловал бы тебя и позвал бы снова, чтобы дать тебе больше.

Если бы я знал, что слышу твой голос в последний раз, я бы записал на пленку все,что ты скажешь, чтобы слушать это еще и еще, бесконечно.

Если бы я знал, что это последние минуты, когда я вижу тебя, я бы сказал: "Я люблю тебя и не предполагал, глупец, что ты это и так знаешь."

Всегда есть завтра, и жизнь предоставляет нам еще одну возможность,
чтобы все исправить, но если я ошибаюсь и сегодня это все, что нам осталось, я бы хотел сказать тебе, как сильно я тебя люблю, и что никогда тебя не забуду.

Ни юноша, ни старик не может быть уверен, что для него наступит завтра.

Сегодня, может быть, последний раз, когда ты видишь тех, кого любишь.

Поэтому не жди чего-то, сделай это сегодня, так как если завтра не придет никогда, ты будешь сожалеть о том дне, когда у тебя не нашлось времени для одной улыбки, одного объятия, одного поцелуя, и когда ты был слишком занят, чтобы выполнить последнее желание.

Поддерживай­ близких тебе людей, шепчи им на ухо, как они тебе нужны, люби их и обращайся с ними бережно, найди время для того, чтобы сказать: "мне жаль", "прости меня", "пожалуйста и спасибо" и все те слова любви, которые ты знаешь.

Никто не запомнит тебя за твои мысли.

Проси у Господа мудрости и силы, что бы говорить о том, что чувствуешь.

Покажи твоим друзьям, как они важны для тебя.

Если ты не скажешь этого сегодня, завтра будет таким же как вчера.

И если ты этого не сделаешь никогда, ничто не будет иметь значения.

Воплоти свои мечты.

Это мгновение пришло".

[Эль Ниньо]

http://www.pravoslavie.ru/jurnal/79411.htm

"...Разговоры о душе на Западе не идут. Запретная тема, как икона для нечистой силы. Душа-то, говорят, есть у всех, чего о ней говорить, а вот интеллект – совсем нет. Давайте лучше о конкретном. Душой самолет не собьешь, денег не заработаешь. Вообще нет удовольствия от души, одни неприятности от нее на Западе. Но на всякий случай все считают, что она у них есть. Сравнение, однако, идет не по качествам души, а по мускулам, умению играть в интеллектуальные игры, материальному успеху. Но душа мстит. Она уходит, если ее забивать алгоритмами и мелкими удовольствиями. Уходит медленно, незаметно, но фундаментально…"

"Лгут на Западе самоотверженно, как женщины, не замечая своей игры, не видя фактов. Когда предъявляешь факты, тебя просто не слушают, а говорят свое, как будто ты ничего не сказал… жесткие правила созданы для наивных, а остальным удобнее обманывать. Все равны на словах, а уж под ковром – кто сильнее. Демократия состоит в равных правах друг друга обманывать. Кто нагл, тот и съел. Но только ты попробуй вытащить это на поверхность, все ополчатся против тебя. Как у ведьм – внешне одно, внутри совсем другое…

В России человеческая сущность обнажена и крайности проявлены более ярко. На Западе крайностей меньше, все стандартизируется, выравнивается. Да и человека распознать гораздо сложнее, он обучен скрывать самого себя. Внешнее поведение сильно алгоритмизовано. Обучается видеть себя со стороны в игровой ситуации, изначально способен к интригам и провокациям. Рефлексия же на движения души, если таковые есть, существенно меньшая. Если будет убивать, морально или социально, то вежливо, тихо, утонченно. Точечными ударами…

“Во всех бедах обвиняются другие народы”

В важных дискуссиях хранят полную невозмутимость, выдавая черное за белое. На аргументы отвечают презрительным видом… Воюют открыто, только если самим ничего не угрожает. Всё делается исподтишка. Но если ничего не угрожает, ведут себя беспардонно и нагло. Чувство стеснения не приходит. А честь, совесть, мораль изымаются как из поведения, так и из языка. Вместо них есть “суд, адвокат, закон”. Во всех бедах обвиняются другие народы» (В.А. Малышев)."

[Василиса]

ПРЕДЕЛ СМЕРТИ - ВОСКРЕСЕНИЕ
«Крестный путь – он у каждого. Нет такого возраста, нет такого положения жизненного, в котором не было бы каких-то скорбей».
Проходная в городской центр по борьбе со СПИДом разделена на две части: коридор с турникетом и часовня. Здесь служит иерей Георгий Пименов. ВИЧ-инфицированных и больных СПИДом он окормляет уже 10 лет.
«Когда начинал, такое отношение было, что эти люди…ну… наркоманы, проститутки… А потом понял, что все это не совсем так», - отец Георгий завтракает больничной кашей. Впереди у него долгий служебный день: поговорить с главврачом этой больницы, потом – в психиатрическую на Пряжку. А кашей делятся на отделении добрые медсестры. Священника в больницу пригласила заведующая.
«Они здесь все очень хорошие. И врачи, и медсестры. Мы сначала на этом отделении и служили. В холле беседы проводили несколько раз, фильмы показывали. Но это до ремонта, потом сюда перевели. Но для больных это хуже. Выпускают же только по пропускам, приходится договариваться. А тех, кто не может ходить, могли привезти. Нам даже на кроватях привозили», - рассказывает батюшка. После литургии он берет Дары с собой и идет со своей помощницей Татьяной причащать Андрея.
По пути стучится в 8 палату. «Вот тут мы раньше служили», - отец Георгий открывает дверь. Неужели он не замечает ужасного запаха? Кажется, что здесь невозможно дышать. «Вот икону нам одна женщина написала», - в узкой как коридор, палате может поместиться только одна кровать. Сбоку в нише стены написана икона Богородицы. Лежащая под капельницей женщина, безумно худая, даже не пытается посмотреть на вошедших. Ей, действительно, не до кого. На лице отца Георгия ужас смертельной болезни не отражается. Он улыбается, поглаживает женщину по руке и желает здоровья.
Его широкое облачение задевает стены больничного коридора. Твердо держа крест перед собой, батюшка идет в палату к Андрею, который не может ни двигаться, ни говорить. Кроме Андрея в палате 3 человека. Пластиковые окна плотно закрыты.
-Андрюш, ну каешься в грехах? Молишься? Ну, своими словами, как можешь? На Бога надеешься?
-Бо-га-га-га, - пытается что-то ответить больной. Он очень эмоционален, и, кажется ,рад, хотя понять это не так просто.
«Как на такого Андрюшу посмотришь, свои проблемы уходят на второй план. Говорить не может, ходить не может, рукой двигать не может. Лежит в этой палате, где крутят телевизор постоянно, он даже его выключить не может. А при этом, он улыбается; вот он светленький какой. Его весь персонал любит».
Отец Георгий причащает Андрея. «Ну, с Богом! Выздоравливай, радуйся и веселись!»
Остальные жители палаты вообще не замечают ни священника, ни его помощницы; кто-то доедает кашу, кто-то неподвижно смотрит прямо перед собой.
«У них нет запроса. А я не буду же у них пульт телевизионный отбирать и о Христе рассказывать. Так все сектанты делают. Они до нас все время в этой больнице «дежурили», - поясняет отец Георгий.
Корр. - Отец Георгий, а как можно говорить такому человеку «радуйся и веселись!» Ведь мы не знаем его страданий, наш опыт радости разве превзойдет их?
-Необходимо опираться не на свою радость, а на то, что Христос дает. Он-то прошел смерть! Вся человеческая радость без этого Христового страдания, Его смерти и воскресение, она мелковата. Страдание в пределе имеет смерть. Но смерть Христова в пределе имеет воскресение.
Престол и жертвенник в больничной часовне сделаны руками бывших пациентов. Бывших, - значит, выписавшихся. Вирус ВИЧ – это еще не приговор; но сигнал к полному изменению жизни. И для некоторых, оно начинается именно с причастия.
- Виктория-то совсем загибалась, да Татьяна?
-К человеку пришли, а она при смерти. Могла только лежать и улыбаться. Врачи этого не понимали. Вчера пришли, а ее выписали уже. Это за месяц произошло. Человек первый раз приступил к таинству исповеди, причастился, батюшка еще приходил, беседовал с ней. А потом он ее уже в коридоре поймал, она бегала, еще его соком угощала… А я зашла в палату, смотрю – кровать заправлена, подумала, если честно, ну все, нету человека… А врачи сказал – все, уже дома. Это Господь все.
Конечно, бывает и не так. Жить с вирусом ВИЧ – словно постоянно быть на развилке дорог, одна из которых – в жизнь, а другая – в смерть. Но и на той, и на другой человека встречает Господь, и только Он знает, как быстро закончится это странствие.

Отсюда: https://vk.com/public77245850

[Шелест]

Спасибо, Дуняша!
Может, когда-нибудь уйдет из общества отношение с этим несчастным, как к НЕлюдям.

[Людмил@]

Может, когда-нибудь уйдет из общества отношение с этим несчастным, как к НЕлюдям.

дааа... ведь от сумы и от тюрьмы... как то прочла книгу про девушку,которая работала медсестрой и во время большой аварии на дороге,в которую попала и сама,оказывала помощь пострадавшим,кому то жизнь спасла...и во время этого подхватила от одного из пострадавших вирус... потеряла работу,родители и друзья отказались от нее,и молодой человек тоже.Единственное место работы для себя нашла в хосписе.

[Лунная Лиса]

====
Журинская
http://www.pravmir.ru/marina-zhurniskay ... oj-rugani/
Вечная память!

[Эль Ниньо]

http://www.pravmir.ru/protoierey-aleksi ... hal-tebya/
Если в Церкви “можно-нельзя” заслоняет “я тебя люблю” – это катастрофа
Как связаны благодарная старость и правильное детство? Почему не стоит умиляться на «благочестивого» прихожанина 5-ти лет? Как войти в послушание своему ребёнку? Об этом мы беседуем с протоиереем Алексием Уминским, настоятелем московского храма Троицы в Хохлах.

[Эль Ниньо]

http://www.pravoslavie.ru/jurnal/80673.htm

ЕСЛИ БЫ Я БЫЛ…
Протоиерей Андрей Ткачев

У меня есть польские корни. Если сильно поискать. Каких только корней не найдешь в человеке, если сильно поискать! Особенно польские. Огинский, написавший «Полонез», был поляком, и Пржевальский, поделившийся именем с лошадью. И Циолковский тоже. Обрусевших поляков в России множество. И у меня есть реально польские корни (хотя бы корешки), но при этом у меня нет желания быть поляком. А если бы было? А если бы было, то я начал бы искать документальные подтверждения своих польских корешков, нашел бы их и с ними бы пошел в посольство Речи Посполитой. Там бы прошел собеседование с каким-то господином, который назвал бы меня «паном», прочел бы отрывок текста из польской газеты (для любого родившегося во Львове это никакая не проблема), ответил бы на пару вопросов по истории этого народа. Разумеется, на хромающем польском. Дальше мне бы выдали «карту поляка» – документ, свидетельствующий мою кровную и ментальную связь с этим народом и страной, а значит, облегчающий получение Шенгена, вида на жительство и чего-то там еще.

Но вот я русский – и хочу быть только русским. Не вопрос доказать, что во мне как минимум половина русской крови. Это в десятки раз больше, чем у Даля, Лермонтова, Фонвизина или Беллинсгаузена. Для меня не составляет труда прочитать без акцента отрывок из русской газеты и пространно побеседовать со специалистом об извилистых путях отечественной истории. Я даже сны вижу в гамме из трех цветов – белого, красного и синего. И что? Дают мне тут же некую карту или ламинированную бумагу, в которой написано, что я кровно и ментально связан с Россией? Дают ли мне право облегченно и ускоренно получить вид на жительство или что-то в этом роде? Дулю мне дают. Самую настоящую хохляцкую дулю или русский патриотичный шиш. Будь ты хоть три раза православным, знай ты всех царей по именам и по годам правления, предпочитай ты ржаной хлеб белому и пей квас вместо пива – это и всё другое тебе не поможет. Становись в очередь за бумажками со всеми прочими, кто хочет быть русским по документам: киргизами, таджиками, афганцами…

У меня нет еврейских корней. Или есть? Кто их знает! Впрочем, я русский, и именно поэтому мне часто говорили, что я еврей. И с насмешкой говорили, и с завистью. У евреев и русских схожий архитипаж народа-Богоносца. Грехи схожие, и взлеты схожие. Жуткая судьба, путаная история. Вечная – никому более не понятная – тоска по истинному Небесному Отечеству. Множество святых и множество гениев на фоне множества негодяев. И это лишь некоторые их общие черты. Вот украинец – никакой не еврей. Их никогда не перепутаешь. И француза не перепутаешь, и эстонца. А русского с евреем перепутать запросто. Не от мира сего. То ли дурачок, то ли гений. И с Богом отношения особые.

Итак, не еврей я и быть им не хочу. А если бы хотел и был? А если бы хотел и был, то нашел бы справки, и засел бы за иврит, и познакомился бы с раввинами. И еще много чего бы сделал. Шаббат, кашрут и всё такое. Я бы доказал свое еврейство гербовой бумагой и образом жизни, а потом уехал бы туда, где желтые камни, синее небо и «на четверть – бывший наш народ». Паспорт бы, конечно, получил. И никто бы мне слова против не сказал: мол, «понаехали». Наоборот, сказали бы: «Вай ме! Ты приехал! Как хорошо. Нам тебя не хватало. Именно тебя и всех других. С тобой нас больше, и надо, чтоб все наши собрались на Землю отцов, в Эрец-Исраэль». Я бы плакал от счастья, всей душой понимая, что нашел свое место во времени и в пространстве.

Но вернемся к тому, кем я являюсь по факту. Вот я вернулся на землю отцов, крещеный, любящий Родину до последнего потроха. Я реально плачу, когда вижу русский пейзаж или читаю русскую поэзию. Я нашел свое место во времени и пространстве; мало того – в священном времени и в освященном пространстве. Про Русь и Церковь просто молчу, потому что в этой великой теме утонуть можно. Если я не русский, то покажите мне, кто такой «русский». Я ему в глаза посмотрю. Но никто никого не показывает и не плачет вместе со мной. В присутственных местах никто не размазывает по лицу счастливые слезы и не говорит: «Ты приехал! С тобой нас стало больше. Нас так выкосил и потрепал XX век-волкодав. А работы так много! Родине так нужны верные сердца и крепкие руки. Молодчина!» Вместо этого в присутственных местах говорят: «Встаньте в очередь и не забудьте справку о том, что вам нужна еще одна справка».

Для огромных, нами занимаемых просторов нас просто мало. А сотни тысяч и миллионы соотечественников наших живут шут знает где, мечтая вернуться

Конечно, всё это хорошо и правильно. Пейзаж должен быть безразличен к фигуре всадника, скачущего на горизонте. К тому же все в мире должны смиряться. Все рано или поздно смирятся, а уж кто-кто, но Русь знает эту прописную истину твердо. И не надо восторгов. Не надо слез и шампанского, красных дорожек и фанфар с барабанами. Но кое-что действительно надо. «Кое-что» – это процедурное облегчение возвращения на Родину тех, кто реально по вере, языку, сердцу и подсознанию является русским человеком. Это открывание дверей для тех, кто любит Россию и хочет связать с ней свою судьбу кровно, а не виртуально. Нас ведь не так уж и много. Для огромных, нами занимаемых просторов нас просто мало. А сотни тысяч и миллионы соотечественников наших живут шут знает где, мечтая вернуться. Они говорят по-русски, верят по-русски, думают по-русски, плачут по-русски. Разве они здесь не нужны? Среди них есть множество талантливых, работящих, состоявшихся людей, которые, вернувшись, привезут с собой, кроме тряпья в чемоданах, главное: сердца и умы. Деньги – дело наживное. А вот талант, веру, силу и широту духа, патриотизм, наконец, никакими деньгами не измеришь.

Я привел в пример поляков и евреев неслучайно. С евреями ясно: они своих берегут. Им нужно исполнить пророчества и собрать своих воедино. Всё, что связано с ними, есть тайна Божиего избрания, проходящая сквозь историю, как нож сквозь масло. Поляки тоже не лыком шиты. Это наши исторические братья-враги. Братья по славянству и враги по католицизму, в силу сложившихся исторически отношений Православия и Римского костела. Поляки тоже осознают себя как народ-Мессия и народ-Страдалец. Это уникальная, почти моноэтническая страна, в которой не-поляков кот наплакал. У них были короли и поэты, рыцари и ученые. За их спиной богатая история. И они думают о себе много такого, о чем мы в простоте душевной просто не догадываемся. Исходя из того, что они религиозно переживают собственную уникальность, они тоже берегут своих и по крошке собирают их со всего мира. Не дают своим пропадать. То же самое должно касаться русских.

Понять, что главное богатство народа не нефть, а люди; не лес, а люди; не алмазы, а люди

Не давать своим пропадать. Понять, что главное богатство народа не нефть, а люди; не лес, а люди; не алмазы, а люди. Собирать своих по крохам от всех четырех ветров. Давать зеленую улицу ученым, спортсменам, бизнесменам, многодетным семьям. То есть всем, кто вольет свежую кровь в тело народа, всем, кто обогатит его и со временем прославит. (Про священников молчу, ибо это подразумевается.) Это что-то похожее на новеллу в воображаемом тексте с изложением национальной идеи. «Русский человек! Уважай другого русского человека, как поляк – поляка. Как еврей бережет еврея, береги, русский человек, своего русского брата. Полюби наконец народ свой и защищай честь его в лице первого из попавшихся на пути братьев».

А чтобы не скатиться сначала в узколобый национализм, а затем – в нацизм, неоязычество или разновидности фашизма (как это у соседей за стенкой происходит), помни, русский человек, что на самых первых флагах Русской земли был не триколор и не серп с молотом, а образ Спаса Нерукотворного. Христос учит нас от лет древних не гордиться, не превозноситься, себя лучшими других не числить и на весь мир смотреть оком простым и чистым. Если мы со Христом будем, то избежим как растворения в бездушном интернационале, так и смертельной изоляции в гордом и фанатичном национализме.

Так думаю я и так сам с собой разговариваю, отдавая себе отчет в двух вещах. Первая: от понимания и произнесения понятого до воплощения его в жизнь сколько-то времени пройти должно. Второе: если нечто понято и сформулировано, то оно произойдет и воплотится обязательно. Согласен ли ты со мной, русский человек?

Протоиерей Андрей Ткачев

15 июля 2015 года

[Шелест]

БЕСПОЩАДНАЯ К ЛЮБОЙ МЕЧТАТЕЛЬНОСТИ
К 110-летию со дня блаженной кончины игумении Арсении (Себряковой) († 22 июля / 4 августа 1905 г.)

«Жесток путь спасения, – говорила матушка в своей переписке, – жестоко бывает иногда и слово, высказанное о нем, – это меч обоюдоострый, и режет он наши страсти, нашу чувственность, а вместе с нею делает боль и в самом сердце… И будет ли время, чтоб для этого меча не осталось больше дела в нашем сердце?»

http://www.pravoslavie.ru/put/81143.htm

[Шелест]

Огнем и мечем?

священник Георгий Максимов

Один из самых распространенных пропагандистских мифов неоязычников – что крещение Руси сопровождалось геноцидом невиданных масштабов. Вот, например, цитата из популярного у язычников фильма: «За 12 лет христианизации только в Киевской области (Киевская Русь) из 12 миллионов 9 физически были уничтожены».

Вот как, по версии язычников, проходило крещение Руси. Эти величины – 9 миллионов убитых – кочуют из одной неоязыческой публикации в другую. Такая версия, конечно, не для тех, кто станет спрашивать: а откуда данные? На каких исторических источниках это основано? Как быть с тем фактом, что в то время такое огромное количество народа никак не могло проживать «в одной только Киевской области»?

Идеологи неоязычества знают, что их целевая аудитория таких скучных вопросов задавать не будет и доверчиво проглотит любую выдумку, и чем бредовее выдумка, тем доверчивее.

Ладно, проглотили. Но давайте посмотрим, что из этого следует и как такое могло быть осуществлено практически. Сколько воинов было у Владимира? Личная дружина – около 400 человек. Если же мобилизовать всех, кого можно, то есть подключить ополчение, то самый максимум, потолок – 40 000. И это, как мы понимаем, только что крещенные вчерашние язычники-славяне, у многих из которых в этой же Киевской области родственники и друзья. Их тоже крестили насильно? 400 христиан силой заставили 40 000 славянских воинов-язычников принять крещение? И они не взбунтовались не только при крещении, но и когда их послали истреблять своих родственников? Ладно, допустим, эти 40 000 славянских воинов были настолько покорными князю, что все приказы исполнили беспрекословно. Но как быть с теми уничтоженными 9 миллионами язычников? Ведь в то время не было оружия массового поражения, только мечи, копья и стрелы, каждого человека приходилось убивать «вручную». При этом известно, что в древней Руси у каждого взрослого мужчины было оружие, и вряд ли он бы сидел сложа руки, если бы воины князя пришли убивать его семью.

Вообразите картину: 40 000 вооруженных мечами и луками христиан всего за несколько лет убивают 9 000 000 язычников, из которых не менее 1 800 000 были здоровыми мужчинами, имевшими дома такие же мечи и луки. Это какими же овощами надо быть, чтобы при более чем 40-кратном превосходстве позволить истребить себя и свои семьи? То есть вот такими были наши предки по версии неоязычников? Вот такими их сделала «родная вера»?

Тут возникает три простых вопроса.

Христиане говорят, что наши предки добровольно приняли новую веру, как свободные люди, доверившись выбору князя, который согласовал этот выбор со старейшинами. Неоязычники говорят, что наши предки не хотели креститься, но кучка христиан по приказу князя силой заставила их, а три четверти при этом попросту истребила, несмотря на колоссальное превосходство наших предков в численности. Скажите, какая из этих версий унижает память наших предков? Какая представляет их безвольными забитыми слабаками, а какая – свободными людьми?
Если христиане были в состоянии в столь короткое время победить столь многократно превосходящие силы язычников, то, значит, христианство делает человека просто супервоином. Как же это сочетается с уверениями язычников, что христианство – это религия слабаков, а язычество нас якобы сделает сильнее?
И, наконец, самый интересный вопрос: а куда смотрели в это время славянские боги? Перун, Род, Сварог, Даждьбог и прочие товарищи – они почему не вмешались? Ведь, по уверениям неоязычников, при крещении Руси происходила катастрофа невероятных масштабов: народ, который веками исправно чтил этих богов и приносил им жертвы, вдруг на три четверти истребляют, а оставшуюся четверть насильно переводят в другую веру. Уж когда бы этим славянским богам вмешаться и помочь, как не сейчас? Ведь речь идет обо всех их поклонниках! И даже более чем просто поклонниках. Неоязычники уверяют, что для славянских богов они не рабы, а дети. То есть представьте: на ваших глазах три четверти ваших детей убивают, а четверть заставляют от вас отрекаться. Вы бы не вмешались? Вы бы не сделали всё возможное, чтобы остановить это, защитить своих детей? А почему славянские боги не вмешались, не помогли? Что они делали, когда к ним взывали их убиваемые дети? Где они были?

Напоминаю: мы поверили мифам неоязычников о кровавом крещении Руси и смотрим, что из этого получается. Возможны варианты:

а) славянские боги хотели помочь, но христианский Бог оказался сильнее, и они ничего не смогли сделать;
б) славянские боги были сильны и могли помочь, но им было наплевать на своих детей и поклонников, и они даже палец о палец не захотели ударить, чтобы спасти их;
в) славянских богов просто не существует, поэтому, естественно, нашим предкам некому было помочь.

Какой бы вариант мы ни выбрали, остается непонятным, зачем нам сейчас возвращаться к этим богам? Исходя именно из неоязыческих рассказов получается, что христианский Бог о Своих рабах заботится больше, чем славянские боги – о своих детях.

Но ладно, положим, им наплевать на своих поклонников/детей. Но ведь христиане уничтожали капища этих богов, прекращали совершаемые им жертвы, свергали их идолов. Это уже, как ни крути, затрагивает самих славянских богов. Их не только лишили поклонников, но еще и самих унизили по максимуму. И что же эти боги даже тогда не вмешались?

В «Повести временных лет» есть рассказ о том, как свергали в Киеве идол Перуна. Когда его выбросили в Днепр, несколько язычников долго бежали по берегу и кричали «Выдыбай, боже, выдыбай!» Такова была последняя мольба к Перуну на русской земле. Последние его сторонники не просили, чтобы он защитил их от христиан, – они просили, чтобы Перун защитил себя, чтобы явил чудо и при всех вытащил из воды свой поверженный идол. Действительно, было бы эффектно. Может быть, и христианизация Руси остановилась бы. Но ничего не произошло. Даже более того: когда волны наконец прибили идол к берегу, то бывший там мужичок, подойдя, отпихнул его обратно в реку со словами: «Ты, Перунище, досыта ел и пил, а теперь плыви прочь». Не только против княжеских воинов-христиан, но и против одного безоружного мужичка Перун оказался бессилен.

И ведь это те самые славянские боги, которых нынешние неоязычники любят рисовать в виде могучих витязей в броне, про которых говорят, что они, мол, не как Христос, Который учил подставлять вторую щеку и не противился, когда Его распинали, эти боги учат, что надо постоять за себя и дать сдачи. Как же так получилось, что вся эта свора супермощных славянских богов схлопотала по полной от последователей Того, Кто учил подставлять вторую щеку, и ничем не могла помочь ни себе, ни своим сторонникам?

Итак, еще раз. Если неоязычники говорят правду про кровавое крещение Руси, то у нас только три варианта, как объяснить бездействие славянских богов: либо их попросту нет, либо они ничто перед христианским Богом, либо им наплевать на своих последователей и однажды они уже очень жестко кинули наших предков. Довольно странно после этого агитировать за возврат к почитанию таких богов.

Ненависть к святому равноапостольному князю Владимиру настолько ослепляет неоязычников, что они приписывают ему грехи, которые он физически не мог выполнить (истребление 9 000 000 человек). Между тем всего за несколько десятилетий до крещения Руси одно из славянских племен убило князя Игоря только лишь за то, что он хотел увеличить налог. Через подосланных убийц убивали князей и после Владимира. И нам предлагают поверить, что будто бы эти же люди так легко позволили насильно себя крестить, да еще и сопровождая это истреблением трех четвертей населения? Да Владимира убили бы еще на стадии подготовки, если только он не смог бы убедить людей добровольно последовать его выбору.

Неоязычники просто не могут признать, что Владимир, сам «переболевший» язычеством, увидел, что это тупиковый путь для Руси. Он уже тогда прозрел то, что сейчас для нас очевидно, когда мы смотрим, что стало с народами, оставшимися в своем традиционном язычестве. Народности Крайнего Севера, племена Амазонии, аборигены Австралии, жители «черной» Африки – ни собственной письменности, ни культуры, ни полноценной государственности, ни цивилизации. Князь Владимир не хотел такого будущего для русских. Поэтому он понял, что при выборе веры нужно рассматривать что угодно, кроме язычества. И заметьте, как мудро он выбирал. Сначала изучил сам. Потом отправил послов изучать веры. Потом посоветовался со старейшинами: когда послы вернулись, «созвал князь бояр своих и старцев, и сказал Владимир: “Вот пришли посланные нами мужи, послушаем же все, что было с ними”». И только когда совпало мнение и его самого, и послов и старейшин, он крестился сам и призвал жителей Киева последовать его примеру. Многие последовали, а кто не последовал, тем дозволили оставаться в прежней вере, и проповедь среди них продолжалась в последующие десятилетия, даже и после смерти Владимира.

продолжение -- http://www.pravoslavie.ru/jurnal/80926.htm

[Эль Ниньо]

http://www.pravoslavie.ru/jurnal/87427.htm

ОДНО БЕЛГРАДСКОЕ ВПЕЧАТЛЕНИЕ

"...А буквально вчера один молодой человек завел со мной разговор о том, что нужно перековать копья и мечи на серпы и орала, как и написано у Исаии. И что милитаризм диссонирует с христианством и т.д. А я, в целом ничего против серпов и плугов не имея, отвечал ему, что копья можно перековывать смело. Прямо сейчас. А вот системы ПВО и ПРО должны быть эффективно действующими и современными. Потому что если небо над нами голубое, гарью от разрывов не затянутое, то это не только атмосферное явление. Это знак того, что летчики наши и ракетчики несут боевое дежурство. Качественно несут. Оттого и высокопоставленные торговцы демократией вынуждены натягивать улыбки на хищные свои лица при встречах с российским руководством. Оттого и мы можем спокойно читать пророчество Исаии, сидя дома у окна, а не с фонариком в бомбоубежище...."


Протоиерей Андрей Ткачев

5 ноября 2015 года

Прочтите всю статью, не поленитесь.

[Иулия]

Полезное и интересное на счет того, что вера без дел мертва

Архимандрит Ианнуарий (Ивлиев)
Проповедь
21-я Неделя по Пятидесятнице, 21 октября 2007 г.

Послание ап. Павла к Галатам 2:16-20
16 Братья, узнав, что никакой человек не получает оправдание делами Закона, но только через веру в Иисуса Христа, и мы поверили во Христа Иисуса, чтобы быть оправданными верою во Христа, а не делами Закона; потому что делами Закона не будет оправдана никакая плоть (человек).
17 – Но если мы, ищущие оправдания во Христе, оказались и сами грешниками, то неужели Христос – служитель греха? Немыслимо!
18 – Ведь если я снова отстраиваю то, что разрушил, то сам себя и выставляю преступником.
19 Ибо Закон привел меня к смерти для Закона, чтобы я жил для Бога. Я распят со Христом,
20 и живу уже не я, но живет во мне Христос. А что ныне живу во плоти, то живу верою в Сына Божия, возлюбившего меня и предавшего Себя за меня.

Предложенное место из Послания к Галатам Апостола Павла содержит в себе ядро учения Апостола об оправдании верой. Если сжать до предела основную мысль этого отрывка, то она будет следующей: человека оправдывают (а следовательно, вводят в блаженство вечной жизни) не его дела, но только вера. Эта мысль уже в древности вызвала известное возражение, высказанное в Послании Апостола Иакова: «Что пользы, братия мои, если кто говорит, что он имеет веру, а дел не имеет? может ли эта вера спасти его? … Хочешь ли знать, неосновательный человек, что вера без дел мертва?» (Иак. 2 14, 20). Спор о «вере и делах» имел продолжение в новейшей истории христианского мира. Вырванные из контекста Священного Писания цитаты становились грозными оружиями противостоящих в споре сторон. Что это за «вера без дел»? И бывают ли «дела без веры»? «Спасается человек исключительно благодаря благодати Божией, никакими делами он сам себя спасти не может», – так утверждали одни. И были правы. «Вера без дел мертва; и бесы веруют и трепещут», – так утверждали другие. И тоже были правы. Да и сегодня, разве мы не слышим такие, например, утверждения: «Зачем мне вера? Зачем ходить в церковь? Разве не достаточно быть просто хорошим человеком и делать добрые дела?» И противоположное: «Разве мы не видим вокруг себя такую «веру в Бога», которая уживается с мрачным состоянием души, с недоброжелательством и даже с ненавистью?»…
Чтобы разобраться в этих двух суждениях, надо задуматься о самих понятиях «вера» и «дела». С «делами» проще. Мы понимаем, что, хотя у Апостола Павла речь идет о конкретных делах закона Моисея, в другом контексте под «делами» можно понимать и всякие дела благочестия, и просто добрые дела. Но добрые чувства и поступки возможны и без осознанной веры, ибо нравственность заложена в природу человека, сотворенного по образу Бога. Высокие образцы добра, милосердия и любви мы находим в людях любых исторических эпох, культур и религий. Да, добрые дела без веры возможны, и это очевидно.
С «верой» сложнее. Возможна ли вера, о которой пишет Апостол Павел, без добрых дел? Ответ может быть только один: нет, вера без добрых дел любви и милосердия невозможна и немыслима. Но о какой вере идет речь? Ведь за этим словом могут стоять разные понятия. Так, современный человек под верой часто понимает «уверенность в существовании Бога». И такая уверенность вполне может обходиться без добрых дел. Но библейский человек под верой понимал иное. Вера для него – это, прежде всего, «верность Богу», верность Его заповедям. И такая верность по определению неотделима от добрых дел. На библейском языке эта вера называется «праведностью». Но Апостол Павел утверждает, что уповать на свою веру как верность, то есть уповать на свою праведность – глубокое заблуждение! Думать, что я могу что-то заслужить перед Богом, выслужиться перед Ним своею верностью и потом предъявить Ему свои требования, – означает ставить абсолютно свободного Бога в зависимость от себя, от своих дел, от некоего закона, которому Бог должен следовать. Апостол Павел здраво и справедливо учит, что сам себя никакими делами, никакими усилиями человек спасти не может. Не я – спаситель себя, а Бог – Спаситель меня. И мне остается только доверять Богу-Спасителю, вверить себя Ему. И, соответственно, слово «вера» Апостолом Павлом понимается преимущественно не как «верность», а как «доверие». Доверие же к кому бы то ни было нельзя вызвать в себе по своей воле. Вера-доверие – это харизма, дар Божественной благодати.
Конечно же, Апостолу Павлу даже в голову не приходило, различая «веру» и «дела», отделять одно от другого. Высказывание Апостола Иакова «вера без дел мертва» столь же справедливо и для Апостола Павла. Доверие любящему Богу в Иисусе Христе, вера Евангелию любви и спасения, отказ от себя, от своих «дел праведности», от своих «заслуг», полное вверение себя Господу Иисусу Воскресшему, отворение своего сердца действию Духа Святого – вот прямой путь к спасению. Вверив себя благодати Божией, Апостол мог воскликнуть: «Уже не я живу, но живет во мне Христос. А что ныне живу во плоти, то живу верою в Сына Божия» (Галл. 2, 20). Но такая вера не мыслится без ее следствий: без любви, являющей себя в делах. Лишь риторически Апостол Павел пишет о парадоксе – вере без любви: «Если имею … всю веру, так что могу и горы переставлять, а не имею любви, – то я ничто» (1Кор. 13:2). Все послания Апостола Павла пронизаны любовью и призывом к делам любви, ибо он мыслит и пишет не о мертвой, а о живой вере, которая даруется самим источником жизни и любви – Богом. Поэтому, повторим, дела без веры бывают, но истинной веры без дел не существует. И такая вера – от Бога, непостижимого умом, но постижимого сердцем, которое открыто для действия Его благодати. Такая вера – жизнь в блаженстве. На эту благодать и блаженство можно ответить только делами любви и благодарностью. Как тут не вспомнить слова Державина:
… если славословить должно,
То слабым смертным невозможно
Тебя ничем иным почтить,
Как им к Тебе лишь возвышаться,
В безмерной разности теряться
И благодарны слезы лить.

http://azbyka.ru/veroj-ili-delami.shtml

[Акка Кнебекайзе]

Я помолюсь!

Редко ли бывает так, что мы даем обещания, а потом, много позже, ломаем голову и всё никак не можем взять в толк, как бы нам половчее их исполнить, чтобы не прослыть (да и не оказаться на самом деле) легкомысленными пустословами и хуже того – обманщиками? Кажется, очень часто. Случается это в основном тогда, когда мы, и правда, относимся к чьей-либо просьбе с изрядной долей легкомыслия и, даже не вслушавшись подчас по-настоящему в то, что от нас требуется или хотя бы ожидается, спешим ответить:

– Конечно! Всё сделаю, и не думайте сомневаться!

Ну а впоследствии, по сказанному выше, ищем способ, как бы нам то, на что мы уже подрядились, реализовать, и далеко не всегда результат размышлений наших оказывается удовлетворительным.

И вот удивительно: нередко подобную же ситуацию можно наблюдать, когда не о чем-то сверхсложном или до крайности необычном идет речь, а когда просят нас о вещи простой и естественной: помолиться.

Просят, и мы тотчас же с готовностью восклицаем:

– Конечно! Обязательно помолюсь!

А потом… А потом человек идет в храм и задает священнику вопрос, ответ на который, казалось бы, очевиден:


– Меня просили помолиться, я пообещал, а как мне это сделать?..

И вот действительно – как? Поминать просившего о молитве утром и вечером, полагать за него поклоны, читать акафисты и каноны, присоединять прошения о нем к чтению Псалтири и Евангелия, подавать записки на проскомидию, на молебен, заказывать сорокоуст? Наверное, правильно было бы, если бы, пообещав молиться, христианин уже представлял себе, как именно он будет это делать. Но и то правильно, что, затрудняясь, он спрашивает. Было бы хуже, если бы не спрашивал и не молился бы вообще, полагая, что для успокоения сердца просителя достаточно и обещания как такового, – так тоже бывает и не столь редко, как кто-то мог бы подумать.

Полный текст статьи:

http://www.pravoslavie.ru/88137.html

[Иулия]

Когда в человеке нет смирения, то даже его добрые дела никому не нужны.

И это страшно! С тобой могут здороваться на приходе, потому что ты пожертвовал крупную сумму денег; люди говорят тебе: «Молодец!», – потому что ты удачно провел какое-нибудь мероприятие; тебя хвалят за то, что у тебя все хорошо – прекрасная семья, много детей и т.д. Но Бога интересуют мотивы наших добрых дел.

Он смотрит на то, почему мы совершаем тот или иной поступок, и со смирением ли мы его совершаем. Потому что в противном случае все это нам не принесет пользы. К сожалению.

Не хочется говорить об этом, но надо принять такой неоспоримый факт. Иногда и мы, церковные люди – строгие к самим себе, духовные, постящиеся – не смиряемся. То есть наше сердце не становится мягче. Думали ли вы когда-нибудь о том, что иногда мы совершаем все эти духовные подвиги из обычного эгоизма? И поэтому не становимся такими, какими хочет видеть нас Бог.

Человек идет в храм, долго молится, затем исповедует свои грехи, а вернувшись из церкви, начинает осуждать, обсуждать и комментировать. И ведь как приятно искать и находить чужие ошибки! Но как же служба, как же храм, откуда мы
вернулись? Значит, посещение церкви не прибавило нам смирения?

Бесы не могут подражать этой добродетели. Они не могут даже слышать этого слова – смирение. И мы, когда упорствуем в своей гордости, не желая смириться, черпаем «вдохновение» у злых духов.

Смиренный человек не порицает, не осуждает других и не стремится занять первое место. Наоборот, он хочет быть в последнем ряду, старается встать позади всех в очереди к Чаше, и в храме стоит в самом конце, чтобы на него не смотрели. Ему не нравится быть на виду у всех.

Архимандрит Андрей (Конанос)

[Анночка]

http://tv-soyuz.ru/qna/kak-mozhno-pomoc ... ot-tserkvi
- Очень переживаю за своих близких, родственников и друзей, которые пока далеки от Церкви и от веры, в храм не ходят, в таинствах не участвуют, живут нераскаянно, будто и нет Бога. Так хочется, чтобы они веру обрели. Можно ли им помочь и как?
- Эта тема очень актуальна. Сколько я служу в священном сане, это один из тех вопросов, который чаще всего люди задают и, может быть, даже мучаются тем, что слышат разные точки зрения. Дело в том, что Бог не спасает нас без нас. Это догматическая истина. Господь создал человека разумным и свободным существом и хочет, чтобы человек сам это осознавал, что он не раб и не животное, которое можно тянуть к себе насильно, чтобы человек сам осознал величие того дара, который ему дал Господь, - свободную волю. И, конечно, если кто-то из наших близких живет вдали от Церкви, смеется над верой, попирает все заповеди Божии и не слушает никаких советов, наша душа за него переживает, мы же не можем от него отгородиться и сказать: «Живи как хочешь».
Как ему правильно помочь? Есть очень мудрый совет у святителя Николая Сербского в книге «Миссионерские письма», где в письме 37-м он ответил одной девушке, которая переживала за своего неверующего брата. Святитель приводит пример из своего опыта об одной матери, которая молилась за аморально живущего сына. Что она только ему не говорила - он над всем смеялся и даже на нее руку подымал. И однажды она перестала ему что-то говорить, по благословению священника взяла на себя еще один день поста кроме среды и пятницы, обильно давала за него милостыню и со слезами сама молилась Богу. Нужно не просто написать записку и куда-то ее отдать и самому при этом не прилагать усилий. Эта мать проявила жертву, потому что переживала за сына. Она молилась много лет и просила такими словами: «Господи, имиже веси судьбами (то есть как Ты Сам знаешь) спаси моего сына, чтобы он не погиб. Если Тебе угодно - через болезнь, скорбь, лишения, только спаси его душу». То есть она не просила ему здоровья, благоденствия, успехов, победы над всеми врагами, стать каким-то начальником - она просила спасения его души и полностью доверяла Богу, как мы доверяем любящему отцу или матери. И Господь послал ее сыну болезнь, которая привела его в чувство. Потрясающее письмо, советую его всем почитать. И вот она ухаживает за сыном у его одра, но больше ничего о вере ему не говорит, и он первый раз в жизни сказал: «Мама, помолись Господу, чтобы я не умер». А она говорит: «Сынок, я помолюсь, и Господь тебя исцелит, но обещай, что ты исправишь свою жизнь». Он со слезами на глазах обещал это, и тут же Господь исцелил его по молитвам матери, потому что Господь попустил эту болезнь для исцеления его души.

Если мы действительно хотим помочь, надо пойти на жертву, чтобы дать Господу права помочь этому человеку. Он разумный и свободный - не хочет идти к Богу, но я, зная, что Бог не будет насиловать его свободу, должен приложить усилия, чтобы ему помочь: пожертвовать своим временем, попоститься, помолиться, милостыню дать - только тогда можно помочь.

Другой очень яркий пример. Есть шестисерийный документальный фильм о старце Паисии отца Киприана (Ященко), и в 6-й серии показывают армейского товарища старца Паисия, сейчас он монах - отец Арсений (Дзекас). Ему рассказали об одной девочке, которая больна раком, и он говорит, что ему стало так больно за нее, что он стал молиться и поститься. Один день он вообще не ел, в другой день ел понемногу, а спустя двадцать дней, когда он уже изнемог от поста, ему является сам преподобный Паисий и говорит: «У Кристины ничего нет, пойди и скажи ей об этом». Сейчас она уже взрослая девушка, замужем и у нее свои дети. То есть если ты хочешь помочь - надо жертвовать.

К сожалению, чаще всего мы хотим магическим путем, не прилагая никаких усилий со своей стороны, всех исправить: просто чтобы все ближние вдруг исправились. Но при этом мы не хотим ни помолиться, ни лишить самого себя каких-то привычных удовольствий ради спасения ближнего. Так, конечно, не получится.

священник Димитрий Беженарь

Отправлено спустя 8 минут 37 секунд:
http://tv-soyuz.ru/qna/obyazatelno-li-i ... oe-pravilo
- Я прочитала у одного православного автора, что необязательно вычитывать молитвенное правило, а достаточно читать только те молитвы, к которым есть сердечное расположение; что необязательно читать именно утром, вечером, а делать это можно в любое удобное время; что такая молитва дороже Богу, чем вычитывание. Как Вы это прокомментируете?
- Мне тоже приходилось читать статьи православных авторов, которые говорят, что, например, молитвенное правило ко Причащению (три канона и Канон ко Причащению) читать не надо, а советуют лучше почитать одну-две главы Евангелия. Когда я такое читал, у меня всегда возникал вопрос: а почему «или - или»? Ведь если ты готовишься принять Христа, готовишься соединиться с Ним, твоим Творцом и Спасителем, в таинстве, наоборот, и Евангелие почитай (одну главу Евангелия и одну главу Апостола), и каноны, чтобы лучше свою душу подготовить.
Я попытаюсь ответить следующим примером, который известен любому человеку, имеющему дело с воспитанием детей: маленькому ребенку мама поставит на стол то, что она приготовила, а он не будет кушать («это я не люблю, это не хочу, это мне не нравится»), потому что хочет только конфеты и прочие сладости. Но если найдется какой-нибудь добрый дяденька, который посоветует ребенку есть только то, что ему нравится, то несложно догадаться, к чему это приведет: иммунитет начнет падать, ребенок будет больше болеть, плохо развиваться, потому что он не знает, что ему лучше и полезнее для развития, а мама это знает.
Точно так же можно провести аналогию: Святая Церковь - это наша любящая, нежная, заботливая мать. Церковь установила молитвенные правила: утренние и вечерние. Посмотрите, кто является составителем этих молитв: святитель Василий Великий, святитель Макарий Великий, святитель Иоанн Златоуст. Духом Святым просвещенные люди составили молитвословия, где как раз изложены самые правильные, нужные, необходимые для нашей души мысли и чувства. А если мы будем, подобно непослушным детям, выбирать те молитвы, к которым сердце расположено, и не будем слушаться Святую Церковь как мать, то вскоре получится, что вообще не будем молиться: сегодня у меня сердце лежит почитать только две молитвы из утренних, а завтра встану - и, может, вообще ни к одной сердце не лежит, а послезавтра сердце лежит телевизор посмотреть. К сожалению, такого рода советы - это признак очень поверхностной веры, интеллектуальной, и эти советы больше нравятся людям внешним, околоцерковным. Когда мне попадались такого рода советы, я сразу думал: «Как интересно, какой свежий взгляд - советы, лишенные какого-то фундаментализма, фанатизма». Но надо твердо помнить, что кому Церковь не мать, тому Бог не Отец.

священник Димитрий Беженарь

[Эль Ниньо]

http://www.pravoslavie.ru/89716.html

ДАВАЙТЕ БУДЕМ СОУЧАСТНИКАМИ!
Когда святая вода действительно освящает нас?

О смысле и значении праздника Крещения Господня, о том, как и когда проявляется благодатная сила святой воды и может ли она оказаться «бесполезной», рассуждает протоиерей Александр Лебедев.

Каждый православный праздник – это свидетельство о том, что Бог, несмотря на все наши грехи, немощи и недостатки, не оставляет нас Своей милостью; это напоминание о том, что Бог сделал «нас ради человек и нашего ради спасения». Вместе с тем каждый православный праздник – не только воспоминание о каких-то прошедших событиях, но еще и проекция этих событий в нашу повседневность.

Праздник Крещения Господня (или иначе – Богоявления) яркий тому пример. Мы не просто вспоминаем погружение Христа в воды реки Иордан – мы на самом деле соприкасаемся с той самой благодатью, которая вместе с нашим Спасителем снизошла на воды этой реки. Как в евангельские времена вода реки Иордан освятилась прикосновением к телу Спасителя, так и в наши времена она освящается в этот день молитвой Церкви, которая, по слову апостола Павла, есть Тело Христово. Как в давние времена Бог явил Себя в Своем Сыне – Христе, так и в наши времена Он являет Свою силу нам через благодатные свойства святой крещенской воды, которая дарует «недугов исцеление, бесам губительна, ангельския силы исполнена… ко очищению душ и телес, ко исцелению страстей, ко освящению домов и ко всякой пользе изрядна» (из молитвы на Великом водосвятии).

Благодатная сила святой воды напрямую зависит от нашей с Богом синергии
Есть в православном богословии термин «синергия», по-гречески он означает «соучастие». Спасение человека возможно лишь при его (человека) сотрудничестве с Богом: спасение и вечная жизнь – это дар Бога, но его нужно принять и сохранить, а это уже требует усилий человека. Бог не может спасти человека без участия самого человека. Таким образом, синергия означает совпадение воли и усилий Бога и человека. Я заговорил об этом для того, чтобы напомнить: благодатная сила святой воды, то, как она проявляется в нашей жизни, тоже напрямую зависит от нашей с Богом синергии. Святая вода служит «ко очищению душ и телес, ко исцелению страстей и недугов» в том случае, если мы сами стремимся к тому же – к очищению души и преодолению своих грехов.

Воспринимая святыню как инструмент благополучия, мы убиваем ее, делаем для себя бесполезной
Обывательскому сознанию свойственен потребительский взгляд на окружающее: мы чрезвычайно отчетливо видим всё то, что приносит или может принести нам доход, пользу, удовольствие, вместе с тем мы стремимся избегать того, что требует от нас усилий, труда, жертвы. В крещенской святой воде все мы видим возможность поправить или утвердить наше благополучие – прежде всего, конечно, здоровье. (Под «всеми нами» я имею в виду верующих людей, считающих себя православными; отношение атеистов или сектантов к святой воде либо равнодушное, либо враждебное – их я не беру в расчет.) Однако многие ли из нас осознают, что, прибегая к помощи святой воды, мы берем на себя обязательство трудиться над исправлением своих грехов и преодолением своих страстей? Многие ли из нас осознают неразрывную связь телесной пользы и духовных усилий? А это важно осознавать, потому что телесное и духовное в человеке связаны неразрывно, отрыв души от тела мы называем смертью, прекращением жизни. Это справедливо и по отношению к святой воде – свою живительную силу она проявляет тогда, когда человек воспринимает ее как целостную духовно-телесную реальность. Если мы расчленяем эту реальность – воспринимаем святыню лишь как инструмент, способный «сделать мне хорошо», – то тем самым мы убиваем ее, лишаем жизни, делаем для себя бесполезной. Святая вода, конечно, не перестает быть святой – она перестает быть освящающей нас. Будем об этом помнить и будем трудиться над преодолением наших грехов, тогда благодать, даруемая святой водой, станет для нас источником сил для этого труда, плоды которого – исцеление души и тела. Аминь.

Священник Александр Лебедев

19 января 2016 г.

Отправлено спустя 3 минуты 19 секунд:
Р.С. Для меня все началось с такой же баклажки на речке в Крещение! Слава Богу за все!

[Эль Ниньо]

http://www.pravoslavie.ru/90203.html

ИЩИТЕ БОГА ВО ВСЁМ, ЧТО ДЕЛАЕТЕ
Часть 2. Важно то, как ты живешь

Архимандрит Андрей (Конанос)

Мой Мир. Художник: Леонид Баранов

Один старик 92 лет однажды сказал мне:
– Отче, слава Богу! Бог услышал меня и избавил! Я победил свои страсти!
– Какие страсти?
– У меня была сильная брань. Слава Богу, Бог избавил меня!
Я сказал ему:
– Старче, Бог избавил тебя, потому что ты вел брань, но прославляй Бога, ибо это приходит с возрастом! Тебе же 92 года!
До каких же пор у тебя будут страсти? До каких пор у тебя будут свои желания? Но вы видите? Он постоянно боролся. Однако наступает момент, когда прожитое время открывает тебе смысл и говорит: «Всё суета».

На фотографиях времен молодости ты красив, но проходят годы, ты сравниваешь те фото с нынешними и говоришь: «Пресвятая Богородице! Вот эта морщина!.. Что же мне сделать, чтобы изменить что-нибудь?» И опять улыбаешься, однако получаются одни гримасы.

Одна дама наблюдала, как она смеется, потому что ей сказали, чтобы она не смеялась, старалась сдерживаться, потому что когда она начинает смеяться, то лицо у нее портится. И она страдала: «Когда я была молода, то могла смеяться, а сейчас старею и меняюсь».

Так человек понимает определенные вещи, он приземляется, смиряется, приходит в себя и готовится понять истины, находящиеся вне этих земных вещей, – то есть любовь, смирение, доброта находятся вне нашей телесной красоты или уродства, терзания, болезни и старости. Так человек обретает смысл жизни из ничего. Ты можешь увидеть какую-нибудь свою фотографию с морщинами и обрести смысл жизни, понять определенные вещи, я это имею в виду.

Не обязательно искать чисто богословских вещей, чтобы понять Бога. Все вещи – богословские, все. Бог повсюду
Сегодня, если вы поняли, я хочу, чтобы вы задумались и не искали чисто богословских вещей, чтобы понять Бога; я хочу сказать вам, что все вещи – богословские, все. Бог существует повсюду.

Вот я сказал, что ты смотришь на свою фотографию. Однажды кто-то дал мне снимок, который был сделан неудачно, и на нем видно было только небо; вместо того, чтобы снимать людей, вышло только небо. Автору сказали:

– О, какая ошибка!
А он ответил:
– Нет, Бог попустил мне сделать ее, чтобы заставить меня думать только о небе, а не о земных вещах!

Он понял смысл одного неудачного снимка. Превратил его (снимок) в богословие. Это мы и должны найти в жизни, и тогда ты сможешь богословствовать, где бы ни жил, что бы ни делал. И когда еда у тебя подгорает, ты снова можешь задуматься и понять свои ошибки и слабости; и когда готовишь ее удачно, снова можешь понять и сказать: «Хоть я и приготовила хорошо, но другие мне помогали. Муж дал денег, любовь детей вдохновляет меня на то, чтобы жить, дышать, иметь силу и готовить хорошо».

Ты можешь сделать так, чтобы всё придавало тебе душевную высоту, добродетель и святость. В этом величие жизни, когда никто не будет завидовать тебе ни из-за чего.

Я видел святых людей в этой жизни и говорю это о многих из вас, кого знаю, и некоторых, кого не знаю, и многих других неведомых миру. О людях, достигших высоких вершин, о которых, конечно, если бы святой Антоний Великий жил сейчас, то Бог как тогда послал его к сапожнику, так и сейчас послал бы в этот дом и сказал бы ему: «Святый Антоние, вот в этом доме живет человек, который, почти как ты, достиг высоких вершин». И это была бы какая-нибудь мать, отец, ребенок, одетые в свою обычную одежду.

Великое дело – чтобы вы поняли это, то есть поняли, как много вы значите и как высоко может подняться любой в том, что делает.

Один человек обрел смысл и цель жизни, когда другой, которого он очень любил и уважал, очень сильно разочаровал его. То есть внезапно что-то произошло, и он разочаровался в нем, и что-то у него в душе рухнуло. А знаете, что это было? Его идол. Идол. Он вообразил себе, будто тот – нечто, будто он очень важен, но в жизни всё случилось так, что он в нем разочаровался. Ничего страшного. Ты полюбил человека – ты разочаровался.

– Ты вышла замуж за мужчину, – сказал я одной женщине, – он сделан из этой земли, он не был ангелом, не был Богом, он был человеком. Ты разочаровалась? Ничего страшного, ты постигнешь смысл.

Она сказала:

– Найду себе теперь другого!

Нет, это решение не то, потому что если ты найдешь другого, то ты не выучила урока, ведь другой тоже будет человеком. Тайна кроется в том, чтобы ты научился жить с данным человеком правильно, чтобы ты обрел смысл вместе с ним, поэтому один святой и говорит: «Если ты полюбишь женщину, то в ней ты возлюбил всех женщин, существующих на свете». Если научишься быть терпеливым с одним человеком, то сможешь быть терпеливым и со многими другими. Следовательно, тайна и смысл кроются в этой связи между вами, которая должна укрепиться, углубиться, и чтобы мы не находили легких решений вроде: «Я ухожу!» Те, которые ушли, думая, что в следующий раз сделают более хороший выбор, сделали опять то же самое.

Ты не понял, что проблема в тебе. Если ты ее разрешишь, то, где бы ты ни поселился, там будет как в раю
Так же как и с монастырями. Тот, говорит старец Паисий, кто оставляет один монастырь, потому что ему мешает сильный шум, уходит в другой, но там его раздражает мертвая тишина, уходит в третий – там сырость, в следующем кузнечики, а еще в следующем – водосточная труба, по которой барабанят капли дождя, и это его раздражает. И всё перед ним виновато, потому что он не понял, что проблема в нем, что если ты ее разрешишь, то, где бы ты ни поселился, там будет как в раю.

Важно, как ты живешь. Живешь ли ты качественно, разумно, с любовью ко Христу, вкладываешь ли Бога в происходящее – тогда ты живешь совершенно, где бы ты ни был.

Я видел таких людей, которые окружены уютом, пониманием и легкостью. Если ты постигаешь смысл жизни, тогда ты с легкостью женишься, с легкостью выдерживаешь, всё для тебя легко. Да, я видел одного молодого человека, который хотел жениться, и друзья искали для него девушку, а он: «Она мне не нравится, не хочу, посмотрю какую-нибудь другую!» А есть люди такие простодушные! То есть он говорит: «Чтобы она была хорошей девушкой, чтобы я мог смотреть на нее и радоваться ей!» И хоп – сразу же делает шаг вперед. А другой хочет одного, хочет другого, хочет третьего: он не обрел смысла, он путается, к сожалению. И дальше совсем запутается, если не будет внимать себе.

Естественно, всё, что я говорю, не абсолютно: человек уловит тот смысл, который подходит ему, – это значит не то, что девушка выйдет замуж за первого встречного, а что в душе нам не надо быть трудными, то есть не надо иметь трудный характер.

Годы нашей жизни проходят, и мы постепенно находим смысл, сколько бы ни белели наши головы и бороды и ни выпадали волосы и сколько бы ни красили их те, кто этого хочет. Неважно, что ты красишь их, – ты ведь знаешь, что под этим.

Ты открываешь смысл в своей жизни, когда ты в зрелом возрасте.

Один дед проснулся среди ночи попить воды и пошел на кухню, это было в 3 часа ночи, он вернулся в постель, но спать не хотелось, и в свете, падающем из окна, посмотрел на свою жену, спавшую рядом. И в то время как милая спала, он наблюдал за ней, не комментируя ничего. Волосы ее рассыпались по подушке, но тут он вдруг посмотрел на ее морщины, и ему в голову ударила мысль, и он сказал себе: «Ой, чадо мое, да ты только представь себе – я же сплю рядом со старухой!»

И потом продолжил свою мысль: «Страшно не то, что она старуха, а что она – моя жена! Страшно то, что и я старик, а самое страшное знаешь что? Что женился-то я не на старухе, а на двадцатилетней девушке! Как же мы стали такими, чадо мое?»

Он думал о минувших годах. Какими они с ней начинали и какими стали. Когда-то он смотрел на нее, весь пылал, таял и говорил: «Святая Богородице»… А сейчас смотрел на нее и говорил: «О Господи!»

Когда ты углубляешься и думаешь об этом, то есть каким тебя сделало время и как оно тебя меняет и преображает, то находишь много всего в сердце, углубляешься и понимаешь это.

Много раз я спрашивал дедушку, бабушку и прадедушку, который жил до последнего, – он давал мне очень хорошие советы. Он был очень старый, и у него не было больших понятий о богословии. Вера у них была простая, но время сделало этих людей зрелыми. Когда я переживал из-за уроков, бабушка говорила мне:

– Чадо, завтра праздник святого Димитрия, ну разве он тебя оставит? Всё будет хорошо!

Простое выражение, ничего больше. Однако это простое выражение в ее устах меня утешало. То есть советы, которые взрослые дают детям, – это хорошо выверенные слова.

Сейчас, я знаю, вы говорите себе: «Батюшка, это не совсем так!» Я знаю это, потому что говорю взрослым людям, которые выросли малоцерковными, а не молодым, растущим, скажем, на фильмах «Тайны рая», «Жизнь другой», где всё обстоит по-другому. Потому что если ты оттуда берешь себе образец для жизни, то там до 70–80-летнего возраста люди всё продолжают ссориться и разводиться. Раньше с течением лет люди становились зрелыми, мудрыми и святыми. А сегодня я уже не знаю, всегда ли бывает так.

На меня произвела впечатление одна женщина, которая заботится о своей старой матери и гордится ею, переодевает ее, причесывает, купает – а та в коляске. Я ее спросил:

– А не будет ли и на твою долю отдыха?

– Да ну, я – и отдых… Как же я могу оставить свою мамочку?

Она говорила это с радостью. То есть мать постигла смысл жизни и передала это дочери.

Давайте же задумаемся об этом. Чтобы дети полюбили нас, когда мы состаримся, надо спросить себя: а делаю ли я то, чего они желают? И чтобы они говорили: «Я никуда отсюда не отдам отца и мать». Потому что если из наших уст исходят только негодование, жалобы, желчь, если мы во всё вмешиваемся и подливаем масла в огонь, если отравляем друг друга, тогда, естественно, они захотят сказать нам: «Это прекрасный дом престарелых, там даже кондиционер есть! Ты пойдешь туда и вообще больше не разговаривай!»

Эти вещи готовятся заранее, и так дело доходит до таких ситуаций; то есть редко кто – молюсь, чтобы этого не было, – неблагодарно относится к святым родителям, но и при трудных родителях необходимо идти на жертвы.

Знаешь, как ты поймешь, что обрел смысл жизни? Ты поймешь это, если у тебя будет спокойное представление о Боге, если у тебя сладкое ощущение Бога и ты и другим будешь передавать этот образ смиренного и благого Бога. Тогда ты постиг смысл и цель жизни. Другими словами, когда ты видишь человека, который говорит о Боге, будто Он каратель, деспот, террорист, диктатор, и передает тебе Бога с нескончаемыми психологическими проблемами, – то этот человек еще не понял смысла жизни: он не знает, что значит жизнь, и не знает, Кто такой Бог.

Когда ты обретаешь смысл и цель жизни, тогда вкус в твоих устах меняется – через Святое Причастие он становится слаще, в сердце твоем меняется представление о Боге, ты по-другому говоришь о Боге детям; если ты постигаешь смысл жизни, тогда дети чувствуют, что сердце их услаждается. Когда ты говоришь о Боге, а другие чувствуют такое, словно напоролись на кактус с колючками, тогда ты еще не постиг, каков Бог, какова жизнь и каков смысл этой жизни.

Преподобный Порфирий Кавсокаливит

Старец Порфирий говорил, что когда он был молодым – а мы, естественно, все проходим через это, – то у него было очень суровое представление о Боге: Он был хорошо к людям расположен, но очень суров. И когда кто-нибудь шел исповедаться к нему, то он читал книгу с епитимиями и всеми строгими вещами, и ему казалось, что Бог именно таков, и он точно так и должен делать: отругать, отхлестать, строго наказать. И говорит:

– Я делал это с добрым намерением, потому что думал, что Бог таков. Такое представление у меня было о Боге. И я стал замечать, что люди от меня уходят. Я звал их на исповедь, а мне отвечали: «Хорошо, батюшка, хорошо, когда сможем, придем! Благословите!» И уходили. И я сказал себе: «Ну, дитя мое, что же тут происходит? Я хочу дать им Бога, но что-то я не так понял!» И понял это после того, когда соприкоснулся с людьми и услышал их боль, немощи, грехи; не только грехи, но и то, почему они их совершали. Вопрос не только в том, чтобы кто-нибудь сказал тебе, что он сделал, но и почему он это сделал, что его заставило сделать это.

– Знаете, что я сделал тогда? – говорит старец. – Я стал сочувствовать им и понял, что Бог сострадателен, милосерден, смирен. Он и справедлив, но другой сам почувствует справедливость и захочет для себя наказания, воспитания или епитимии. Не мое дело – пугать людей Богом.

Дай Бог, чтобы мы поняли это до того, как состаримся, потому что если не поймем этого, то потеряем и детей своих, потеряем и тех, о ком думаем, будто помогаем им в вере.

Когда ты обретаешь смысл в своей жизни, тогда ты пытаешься приобрести брата своего, по силам своим делая малую жертву и проявляя снисхождение с целью приобрести его душу. Вопрос в том, чтобы мы молили Бога просветить нас, это и будет значить «я обрел смысл жизни».

Вы часто говорите своим детям об очень хороших вещах, но сами показываете, что эти вещи еще не усладили вас, не смягчили, даже вас самих не успокоили. Что ты говоришь мне о Боге, если сама еще не нашла в жизни ничего для Бога! Если ты целый день нервничаешь, руки всегда дрожат от волнения, а сама хочешь сказать:

– Иди, деточка, в воскресную школу, иди в церковь, ты станешь хорошим ребенком!

Но ребенок отвечает тебе:

– Я по тебе вижу. Хоть ты и ходишь туда, но с папой вы ругаетесь целыми днями, дома весь день одни ссоры и нервотрепка!


Как ты убедишь своего ребенка, когда он видит, что ты сама не нашла смысла в жизни с Богом?
Как ты убедишь своего ребенка, когда он видит, что ты сама не нашла смысла в жизни с Богом? Нужны не слова, а любовь на деле, личный опыт и чтобы свет исходил из твоей души.

Как та мать, у которой ребенок спутался с протестантами и впал в ересь. Она постоянно ругала его. А старец Софроний (Сахаров) сказал ей:

– В следующий раз помолись и говори со своим ребенком кротко, потому что совсем потеряешь его!

И вот когда она успокоилась, поняла смысл и цель своей жизни, то однажды спросила ребенка:

– Куда ты идешь?

– Да ты знаешь куда! В зал, где молятся.

Мать повернулась и сказала ему:

– Помолись и обо мне!

Он застыл на месте, а она повторила:

– Помолись обо мне, ты ведь Христу говоришь, скажи Ему что-нибудь и обо мне!

Это значит – неожиданность. А мы с вами уже не удивляем. Вопрос в том, чтобы ты не был предсказуем, а чтобы удивлял, как Бог удивляет, то есть чтобы мы были непредсказуемыми, но Божественно непредсказуемыми. «Я сказал маме, что курю, и она разбила тарелки!» Но с такой реакцией ты не Божественно, а болезненно непредсказуем.

Вопрос в том, чтобы стяжать душу, но как ты ее стяжешь? Это трудно, здесь нужна святость.

Поэтому, братия, я прошу вас найти Бога во всем, что вы делаете. Каждый день, там, где вы есть, существует Божия благодать.

Один священник, который был женат, говорил:

– Знаете, когда я чувствую Бога? Когда сижу с женой на балконе, мы пьем свой кофе и просто смотрим вдаль, на рощицу, и ощущаем любовь. Тогда я ощущаю и Бога рядом с собой, без слов, ощущаю Божие присутствие!

Яблочко. Художник: Леонид Баранов

Если научимся жить так, чтобы Бог всегда прикасался к нам, то Он коснется нас, и когда мы приступим к Чаше
Бог повсюду, мы можем найти смысл и цель жизни в любой момент, в который Бог прикасается к нам. И если научимся, чтобы Он всегда прикасался к нам, то Бог коснется нас, и когда мы приступим ко Святой Чаше.

Один человек спросил меня:

– Батюшка, я столько раз причащаюсь, но почему же не чувствую, что становлюсь Христом, – я не понимаю этого. Чувствую, что причащаюсь хлеба и вина, и ничего другого не чувствую!

Я ответил ему:

– Дорогой, это не волшебная палочка, чтобы ты почувствовал Господа в тот же миг, когда подойдешь к царским вратам: нужно предварительно почувствовать Его во всякое мгновение своей жизни.

И в кафе со своей женой, и когда ты за рулем, и когда кормишь детей, и когда идешь на работу, и когда готовишь, и когда моешься, и когда делаешь всё остальное. Когда ты почувствуешь Христа и смысл жизни, когда ощутишь цель в каждом обыкновенном моменте, тогда Святое Причастие будет вершиной, будет завершением любви, начинающейся с нашей повседневности.

К сожалению, мы религиозные люди, но только на час, пока не закончится святая Литургия, какая-нибудь беседа или лекция. Потом мы идем домой, снимаем нарядную одежду, надеваем повседневную, но, к сожалению, вместе с ней надеваем и другое – повседневное поведение и не удерживаем любовь и ощущение смысла в наших повседневных отношениях. Это тайна счастья, которую Бог ожидает увидеть, – не для Себя, а для нас. И которую дети ждут увидеть на ваших лицах, потому что дети видят всё, знают, насколько мы правдивы, ребенок понимает это на тысячу процентов:

– Мой отец, может, и не церковный человек, но гораздо искренней и чувствительней. Мама целыми днями читает мне проповеди, а отец ногой не ступает в церковь, но я его больше люблю! Потому что он честнее, правдивее, искренней!

Это страшно, но ребенок ощутил это.

Перед нами простирается путь, который мы должны пройти: тем, кто вне Церкви, надо приблизиться к Церкви, а кто в ней – тем по-настоящему войти внутрь, потому что мы не там. Я надеваю черную рясу, у меня и борода есть, и я делаюсь священником, но такой ли я священник, каким меня хочет видеть Бог? Я это имею в виду.

Архимандрит Андрей (Конанос)
Перевела с болгарского Станка Косова

Двери.Бг

1 февраля 2016 г.

[Шелест]

Архим. Серафим (Алексиев), архим. Сергий (Язаджиев).
Почему православному христианину нельзя быть экуменистом

От редакции сайта "Информ-религия": Предлагаемый труд болгарских архимандритов Серафима (Алексиева) и Сергия (Язаджиева) об экуменическом движении приводится по одноименной книге (СПб.,1992) с некоторыми сокращениями:

Сегодня много пишут, говорят и проповедуют об экуменизме, экуменических встречах, экуменическом объединении христиан, об экуменическом богословии и т. п. Но не все, употребляющие эти слова, понимают, что такое экуменизм.

Слово «экуменизм» происходит от греческого oikoumene, oikew (обитать, населять). Следовательно, «экумени» – это «населенная, обитаемая земля, ойкумена», и поначалу этим словом обозначалась область, населенная людьми на нашей планете.
И Церковь Христова в древности словом «ойкумена» называла землю и ее обитателей (см.: Мф. 24, 14; Лк. 21, 26; Откр. 3, 10; 12, 9). Соответственно, прилагательное «экуменический» означает «вселенский», т. е. относящийся ко всей земле и ее населению. Святая Православная Церковь по-гречески тоже именуется «вселенской», будучи ею по существу, ибо ее Божественный Основатель предназначил ей распространяться по всем обитаемым на земле местам (см.: Мф. 28, 19; Мк. 16, 15).

Современное экуменическое движение тоже претендует на вселенскость, но подменяет вселенское единство в истинной вере чисто механическим соединением разных исповеданий, отпавших от Православия и чуждых ему, и потому современный экуменизм есть совершенно новое явление. В качестве идеи он появился в середине XIX века в Англии и Америке с целью объединить различные христианские исповедания, которые неверно именовались «церквами». К достижению этой цели настойчиво стремится созданный на Амстердамской ассамблее 1948 года Всемирный Совет «церквей» (ВСЦ), центр которого находится в Женеве.

Современный термин «экуменизм» придуман и введен в употребление Джоном Моттом (1865–1955), известным масонским лидером и председателем ИМКА. Произошло это на съезде «Международного миссионерского совета», работавшего в 1910 году в Эдинбурге (Шотландия) под его председательством. Тогда и было положено начало всему экуменическому движению.

Характерно, что Джон Мотт для обозначения этого движения выбрал не западное латинское слово «универсализм» (от universum – вселенная), а греческий аналог – «экуменикос» (откуда – экуменизм), который относится только к Православию как истинному вселенскому вероисповеданию. Очевидно, ближайшей открытой целью такой подмены было стремление замаскировать еретический замысел православным термином, взятым из классического для Православия греческого языка, а отдаленной – возможность рано или поздно отождествить Вселенские Cоборы (по-гречески – Sinodoi Oikoumenikai ) с «Экуменическим советом» (ВСЦ), который в конце концов мог бы провозгласить себя «Вселенским собором».

<…> Итак, понятие «вселенский» – «oikoumenikos», которое всегда относилось к одной Православной Церкви, сегодня применяется к новому, чуждому для Православия движению, называемому «экуменическим». Внешнее сходство, однако, не есть доказательство внутреннего тождества. Как гласит латинская пословица: «Si duo dicunt idem, non est idem», т.е. «если двое говорят одно и то же, это не есть одно и то же». Так же и термин «экуменизм» употребляется Православной Церковью в одном, истинном смысле, а современным экуменическим движением – совсем в другом.

Задолго до появления женевского экуменизма возник, существует и будет всегда существовать истинный православный экуменизм – экуменизм, или вселенскость святой Православной Церкви, основанной Господом нашим Иисусом Христом с целью распространения через нее по всему миру возвещенной Христом Богооткровенной истины и осуществления совершенного Им спасения. Мы дерзаем утверждать, что целиком принадлежим к этому древнему и вечно новому подлинному экуменизму, т.е. ко вселенскости святой Православной Церкви. Между этим православным экуменизмом и современным женевским экуменизмом существуют коренные противоречия и глубокие, непреодолимые догматические различия.

По этой причине мы не можем быть экуменистами в современном смысле слова, ибо мы – настоящие экуменисты как члены Православной Церкви, которая со своего основания называется ВСЕЛЕНСКОЙ! Как нельзя принадлежать к двум разным вероисповеданиям – например, невозможно, будучи подлинно православным, быть одновременно протестантом, – так нельзя, будучи членом святой Православной Вселенской Церкви, участвовать в экуменическом движении, которое – особенно в последнее время – все настойчивей навязывает свои взгляды, глубоко чуждые Православию.

Женевские экуменисты именуют экуменизм «движением Св. Духа в наше время» и считают, что можно говорить по-новому о Боге, о тайне Христа и в особенности о св. Церкви, открыто пренебрегая православными догматами, канонами и Священным Преданием. Но святое Православие не может согласиться с этим; оно не допускает новой редакции догматов, изменения канонов и измены вековым православным преданиям. Православие строго держится принятого от Господа Иисуса Христа и его св. апостолов, ибо хочет остаться верным завету св. апостола Павла: Стойте и держите предания, которым вы научены или словом, или посланием нашим (2 Фес. 2, 15). Разница между взглядами женевского экуменизма и учением св. Православной Церкви настолько велика, что бросается в глаза даже неискушенному в богословии православному христианину, вызывая у него законное недоверие к экуменическому движению.

Каждое неправославное религиозное учение является небогоугодным и откровенно гибельным, ибо дерзновенно подменяет еретической ложью спасительное Богооткровенное учение. Этим оно гневит Бога и удаляет от Него. В Священном Писании Бог засвидетельствовал неоднократно, что не только подменяющие Его идолами, но и проповедающие о Нем неверно вызывают Его гнев. Вот что читаем в книге Иова: Егда изглагола Господь вся глаголы сия Иову, рече Господь ко Елифазу Феманинину: Согрешил, еси ты и оба друзие твои: не глаголасте бо предо Мною ничтоже истинно, якоже раб Мой Иов (Иов. 42, 7). Духовно просвещенный христианин знает, как страшно поверить ложному учению о Боге, Который есть Бог истины (см.: Пс. 30, 6), как страшно искажать Божественные догматы, навлекая тем самым на себя праведный гнев Божий! Недаром св. апостол Павел советует своему ученику Тимофею: Потщися себе искусна составити пред Богом, делателя непостыдна, право правяща слово истины (2 Тим. 2, 15).

Достоинство Православия в том, что оно и только оно из всех так называемых христианских исповеданий всегда правильно учило и учит о Боге, о Христе, об Его святой Церкви и о всех Божественных тайнах, тогда как прочие исповедания содержат истину в неправде (Рим. 1, 18). Оно с самого начала и поныне хранит неизмененными Богооткровенное учение и Священное Предание.

<…> Как святая Православная Церковь всегда верна Богу и правильно учит о Нем, так и каждый отдельный член ее должен пребывать верным Богу и неуклонно держаться церковного учения, дабы не утратить своей принадлежности к Церкви и не лишиться вечного спасения в соответствии с Символом св. Афанасия Великого: «Если кто хочет спастись, прежде всего должен держаться Вселенской веры. Если кто не хранит ее здоровой и неискаженной, тот несомненно погибнет навеки!» Тайновидец св. апостол Иоанн Богослов велит нам ничего не менять из того, что приняли сначала, т. е. ничего не прибавлять и ничего не убавлять от того, что нам завещал Сам Дух Святый (см.: Откр. 22, 18–19), ибо иначе мы лишаемся участия в Божественной жизни, которой удостаиваются лишь оставшиеся верными до смерти (см.: Там же. 2, 10).

Этот же апостол христианской любви весьма твердо отстаивал исповедание истинной веры: Кто приходит к вам, и не приносит сего учения, того не принимайте в дом и не приветствуйте его. Ибо приветствующий его участвует в злых делах его (2 Ин. 1, 10-11), и потому требовал: Итак, что вы слышали от начала, то и да пребывает в вас! Если пребудет в вас то, что вы слышали от начала, то и вы пребудете в Сыне и Отце (1 Ин. 2, 24). Это значит – кто не пребывает в Богооткровенном учении, завещанном нам Христом через св. апостолов, тот будет чужд Божественной и Животворящей Троице и погибнет навеки.

Нынешний экуменизм отходит от вековой Православной веры и сближается с инославными исповеданиями, которые, подобно друзьям Иова, не говорят правду о Боге, как Божий раб Иов. Поэтому православный христианин, для которого спасение души является самым важным делом в жизни (см.: 1 Петр. 1, 9), не может безразлично относиться к экуменизму, который старается подменить исповедуемую нами Православную веру иным, чуждым и весьма неверным мировоззрением.

Занимаясь вопросом об экуменизме и его погибельности, мы нашли в ходе исследований ряд очень важных оснований, которые не позволяют нам сочувствовать экуменизму и участвовать в нем. Этими основаниями хочется поделиться со всеми искренне верующими и жаждущими вечного спасения во Христе Иисусе Господе нашем, в общении с Его Святой Церковью.
ОСНОВАНИЕ ПЕРВОЕ:
ИСТИНА ВСЕЛЕНСКАЯ, А ЗАБЛУЖДЕНИЕ
НЕ МОЖЕТ И НЕ ДОЛЖНО БЫТЬ ВСЕЛЕНСКИМ


А) ПРАВОСЛАВНАЯ ЦЕРКОВЬ –
НОСИТЕЛЬНИЦА ИСТИНЫ

Cвятая Православная Церковь, подобно спасительному кораблю, плывущему среди мира, лежащего во зле (см.: 1 Ин. 5, 19), основана Господом нашим Иисусом Христом для возвещения миру вернаго словесе – истинного слова (Тит. 1, 9). Как прекрасно толкует свт. Феофан Затворник: «Словом означается все учение христианское, которое есть слово, Христом Спасителем слышанное от Отца и принесенное на землю (см.: Ин. 8, 26; 14, 24), и апостолами силою Духа Святаго распространенное по лицу ее (см.: Мф. 28, 19; Ин. 14, 26; 16, 13). Верно – и истинно слово сие, как исшедшее от Бога, Который истинен есть и верен во всех словесах Своих. Верно оно и в том, что законополагает, и в том, что обещает... Итак, верное есть истинное (слово), то самое, которое от Бога изошло... без прибавки и убавки, и изменения...».

Слово это вверено Церкви и ее служителям – епископам и священникам, которые обязаны проповедовать его чисто, без примеси чужих учений, верно преподавая слово истины (см.: 2 Тим. 2, 15). Чтобы быть полезным и действенным для спасения душ, слово учения должно быть оберегаемо от всего ему чуждого. Это и есть то здравое учение (Тит. 1, 9), которое должен проповедовать епископ. «Здравое учение есть то, которое учит и догматам истинным, и жизни праведной».

Догматикой и этикой исчерпывается содержание Христова учения. Оба они глубоко взаимно связаны и взаимно обусловлены, отчего ни догматика без этики, ни этика без догматики существовать не могут. Ибо и вера без дел мертва (Иак. 2, 26), и дела без веры мертвы (см.: Рим. 4, 2–3). Хотя и бесы веруют и трепещут (Иак. 2, 19), но их вера безполезна, так как она лишена добрых дел. Еретики тоже могут иметь некоторые внешне добрые дела, которые, однако, не спасают, так как не связаны с правильной верой. По толкованию свт. Феофана Затворника (на 1 Тим. 1, 5), истинная, нелицемерная вера «обнимает все догматы; и они все действительно таковы, что коль скоро нелицемерно содержатся сердцем, то непременно вызывают чувства и дела любви и воодушевляют на них. Особенно таковы догматы о Промышлении, Искуплении и будущем блаженстве. Бог все видит и все, что по любви к Нему делается для братий, понимает так, как бы оно непосредственно делалось для Него. Верующий сему как не поспешит через руку брата вложить требуемое в руку Божию?.. Так любовь наитствуется, освящается, множится и укрепляется верою нелицемерною».

Догматика и этика в полноте содержатся и осуществляются в лоне истинной Христовой Церкви, ибо она основана Господом нашим Иисусом Христом: 1) на истинном исповедании веры во Христа, засвидетельствованном св. апостолом Петром от имени всех апостолов (см.: Мф. 16, 16-18; ср. Ин. 6, 69), и 2) на истинной нравственности, созидаемой на основе спасительной Божией благодати (см.: Тит. 2, 11–12), раздаваемой в Церкви. В таком всеобъемлющем смысле Христова Церковь называется столпом и утверждением истины (1 Тим. 3, 15). Она есть столп и утверждение истины, ибо, по словам свт. Феофана Затворника, она «есть Церковь Бога живаго, Который есть Бог истины, или самая истина. Поэтому все в ней истинно – истинно исповедание веры, истинно освящение Таинствами, истинно облагодатствование, истинна жизнь по Богу, Богом в ней зиждемая, истинна помощь Божия, истинны обетования, оживотворяющие труждающихся в доме Божием, – все истинно в ней. В другом где-либо месте не ищи истины! Есть некоторые подобия истины и вне ее; но настоящая истина только в ней». «Церковь есть столп истины, как твердо и непоколебимо стоящая в истине и хранящая ее; она есть утверждение истины, как успокоительница умов, когда они взволнованы бывают прившедшею ложью».

Хотя после грехопадения, нравственно омрачившего его ум, человек потерял истину, жажда истины осталась в его душе. Но, оторвавшись от Бога, согрешивший человек, несмотря на все свое стремление к истине, не в состоянии сам обрести ее. Те, кто обрели и обретают истину, обязаны этим только Богу, Который открывает им ее. Рассуждая на эту тему, св. Симеон Новый Богослов поясняет, что тут под истиной не следует разуметь ни обыкновенные житейские истины, ни научные истины, не имеющие отношения к вечному спасению души, а истину, относящуюся к Богу, – спасительную истину, указывающую человеку смысл его жизни и средства к достижению вечного единения с воплощенной Истиной – Иисусом Христом (см.: Ин. 14, 6). Об этой Истине св. Симеон Новый Богослов в 37-м слове говорит: «Истина – от Бога, в слове Божием содержится и благодатию Христовой постигается».
Эта усвоенная нами Истина предохраняет нас от гибельного погружения в религиозные обманы и обольщения – от мрачного царства бесов, создающих ереси для погубления душ человеческих!

Хотя, в принципе, Церковь – не от мира сего, но она предназначена пребывать в мире (см.: Ин. 17, 11, 15) и охватить вселенную (экумени) проповедью Божественной Истины. Христова Церковь имеет такое вселенское предназначение потому, что призвана возвещать Истину, открытую нам Спасителем. Истина вселенская и должна быть вселенской! Вселенскость (соборность) <…> есть качество, свойственное Христовой Истине. Заблуждения, ереси, лжеучения, хотя и распространяются в мире, не могут претендовать на вселенскость, ибо ложь есть нечто отрицательное, а потому не имеет законного права навязывать себя всей вселенной. Если же ереси присваивают себе это право, то это происходит путем узурпирования чужих прав!
В качестве носительницы истины, предназначенной для всего мира, Христова Церковь была вселенской с момента своего основания, когда она состояла всего из 120 душ (см.: Деян. 1, 16), возглавляемых 12-тью апостолами. На них была возложена Христом вселенская миссия – распространять истину Христова Евангелия по всей земле: Шедше убо научите вся языки, крестяще их во имя Отца и Сына и Святаго Духа (Мф. 28, 19).
Распространение сей правой веры по всей вселенной было предсказано еще в Ветхом Завете: Во всю землю изыде вещание их, и в концы вселенныя глаголы их (Пс. 18, 5). Это пророчество не может относиться к ересям и лжеучениям, а лишь к Православной вере, ибо она одна преподает без всяких искажений Богооткровенную спасительную Истину.

Понятия «вселенскости» и «православноcти» отождествлялись одно с другим с самого раннего христианского времени. И уже с тех пор св. Церковь говорит о вселенской вере в смысле Православной веры. Это явствует из «Мученичества св. Поликарпа» (II в.), где в обращении стоит: «Божия Церковь в Смирне – к Божией Церкви в Филомелии и ко всем общинам в мире, принадлежащим ко св. Вселенской Церкви». Греческий богослов проф. И. Анастасиу пишет: «То, что было вселенским (экуменикон), то было православным (ортодоксон). Тот, кто не был православным, отсекался от Вселенской, т.е. соборной Церкви, и отвергался ею».
Православные христиане везде и всегда – как в прошлом, так и ныне – чувствовали себя едиными именно благодаря единой вере, хранящейся в Православной Церкви. Как писал св. Василий Великий, благодаря установленным св. Отцами общим символам веры (св. Василий Великий (+ 379 г.) не дожил до Второго Вселенского Собора (381 г.), когда был принят Никео-Цареградский Символ веры как единое всеобщее исповедание Православной веры. – Примеч. авт.), исповедуемым братиями каждой Поместной Церкви, они «от одного до другого конца вселенной, во всех находили себе отцов и братий».
Три Святителя – Василий Великий, Григорий Богослов и Иоанн Златоуст – названы в тропаре «Вселенскими учителями», ибо просвещали мир Православным учением. Вселенские Соборы означают Православные Соборы не потому только, что в них участвовали представители всего тогдашнего христианского мира, а прежде всего потому, что защищали и утверждали Православную истину, проповедуемую вселенским Православием, и ниспровергали ереси и лжеучения. По словам св. Иоанна Златоуста, «Церковь есть столп Вселенной».
Она – вселенская, так как защищает истину, которая есть и должна быть вселенской.
Следовательно, прилагательное «вселенский» в отношении к Церкви имеет не столько количественный и географический, сколько качественный и духовно-вероисповедный смысл. Хотя Вселенская Церковь и не охватывает вселенную географически, это ей вовсе не мешает быть вселенской в сущностном, духовно-догматическом смысле, согласно своему назначению. И, наоборот, хотя иногда ересь больше распространена, чем Православие, – как это было, например, в IV веке при арианстве и позже при иконоборчестве, – однако никогда ересь не может быть вселенской по той простой причине, что она распространяет заблуждения.

Б) ЭКУМЕНИЗМ ПЕЧЕТСЯ О НЕИСТИННОЙ «ЦЕРКВИ»

Нынешнее экуменическое движение вкладывает совсем иное, неизвестное древности содержание в понятие «вселенский». В отличие от святоотеческого понятия о «Вселенской Церкви» (в качественном смысле) – Церкви, защищающей истину, Церкви Православной, не допускающей никакой примеси заблуждения, «экуменическое движение» (в количественном смысле) означает движение, которое объединяет религиозные общества, называемые «церквами» и собранные из всевозможных христианских исповеданий, в которых истина соседствует с заблуждением (см.: Рим. 1, 18).

Исходя из подобного взгляда на понятие «вселенский», д-р Филипп Поттер, бывший генеральный секретарь ВСЦ (экуменической организации «Всемирный совет церквей». – Примеч. ред.), расширяет понятие «экуменический», утверждая, что оно означает не только сближение и общение «церквей», но предполагает «совокупность обитаемой земли». «Следовательно, – говорит он, – экуменическое движение появляется повсюду, где христиане и другие люди (!) стремятся так или иначе работать для единства человечества». Из этого следует, что конечной целью экуменизма оказывается не единство т.н. «церквей» даже в экуменическом понимании, а некое запланированное объединение человечества... Экуменисты все чаще трактуют «вселенскость» географически. «Никакая церковь не может претендовать на вселенскость, оставаясь провинциальной в наш планетный век», – сказано в одном экуменическом журнале.

3 сентября 1967 года нам удалось поговорить с экуменистом-англичанином Майклом Муром, заместителем генерального секретаря ВСЦ по внешним сношениям с англиканской церковью. В ответ на вопрос: «Как Вы понимаете единство Церкви?» он сказал: «Она едина как церковь невидимая». На наш вопрос: «Кто принадлежит к этой невидимой Церкви?» последовал ответ: «Все христиане», т.е. в истинную Христову Церковь включаются все деноминации, группировки и секты, которые давным-давно отлучены Православной Церковью по причине своих еретических отклонений от Христовой истины. Майкл Мур ошибочно переносит свойства торжествующей Небесной Церкви, не видимой для нас, на воинствующую земную Церковь, которая видима, и в земную Церковь, нарицаемую им «невидимой», включает всех еретиков под общим именем «христиан».

«Невидимая церковь» – термин чисто протестантский, и он глубоко противоречит Православному учению о Церкви как единой небесно-земной Церкви, возглавляемой Христом (см.: Еф. 1, 10), членами которой являются только правильно верующие христиане.
В «Пространном христианском катехизисе» митрополита Филарета сказано, что Церковь – вселенска, т.е. соборна, так как она «не ограничена никаким местом, ни временем, ни народностью, а включает в себя истинно верующих всех мест, времен и народов». Св. апостол Павел, который первым назвал Церковь Телом Христовым (см.: 1 Кор. 12, 27), а Христа – Главою Церкви (см.: Еф. 1, 22) и который прекрасно понимал ее невидимую мистическую сущность (см.: Там же. 5, 32), нигде не называет ее невидимой Церковью, а всюду говорит о ней как в видимой величине – обществе, в котором спасаются верующие во Христа, как праведные, так и грешные, где существует видимая иерархия, совершающая видимые спасительные Таинства, через которые мы удостаиваемся невидимой Божией благодати для единения и общения с невидимым Богом. Вы же есте тело Христово, и уди от части. И овых убо положи Бог в Церкви первее апостолов, второе пророков, третие учителей... (1 Кор. 12, 27–28). <…>

Всевозможных неправославных христиан включают в понятие «вселенской Церкви» не только инославные экуменисты, но под их влиянием проф. протопресвитер Стефан Цанков, например, пишет: «Проблема единства Церкви становится слишком сложной и уже не может рассматриваться схоластически самодовлеюще, как это было до сих пор... Неправильно считать, что к мистическому телу Христову (Церкви) принадлежат одни только православные христиане и что за видимой разделенностью не существует невидимое мистическое единство в Церкви Христовой». Вопреки догматам к «невидимому» единству Христовой Церкви часто причисляются инославные исповедания, независимо от их догматических заблуждений, которые отсекают их от общения с Христовой Церковью.

Что же означает «невидимое мистическое единство» экуменистов? Этим словосочетанием пока осторожно именуется экуменическая универсальная «церковь». Правда, ВСЦ подается пока лишь как сообщество «церквей», а не как «сверхцерковь» и «всемирная церковь», но «идеал» будущей Una Sancta – «универсальной объединенной церкви» – уже просматривается, и основа ее заложена. Членами будущей «церкви» станут участники экуменизма и ему сочувствующие. Кто же они?
Ревностный экуменист, русский богослов Лев Зандер из Богословского института в Париже откровенно писал: «Состав лиц, участвующих в экуменическом движении, чрезвычайно разнообразен: входя в него, мы должны быть готовы встретиться там не только с православным иерархом, англиканским епископом и протестантским пастором, но и с представителем „либерального богословия“, который не верит в Божественность Иисуса Христа, и с унитарианином, отрицающим догмат о Троице, и с квакером, не приемлющим вообще никаких церковных установлений». Это написано в 1930-е годы. Ныне в ВСЦ входят многие еретические общества: ремонстранты-арминиане из Голландии и некоторые крайне либеральные религиозные объединения, отвергающие даже Крещение, хотя Сам Христос ставит его абсолютным условием спасения (см.: Мк. 16, 16).

Входит и т.н. церковь моравских братьев, которая в противоположность Православному учению об оправдании наряду с верою и делами учит об оправдании одною верою и, ставя действенность Таинств в зависимость от достоинства их совершителя, допускает повторное Крещение, что полностью противоречит 10-му члену Символа веры – «Исповедую едино крещение во оставление грехов».
Теперь в ВСЦ участвуют и несториане, и монофизиты, и иконоборцы (протестанты и их секты), даже некоторые сообщества без всяких церковных признаков, как об этом свидетельствует греческий профессор-догматист Мегас Фарандас, присутствовавший на VI-й ассамблее ВСЦ в Ванкувере в 1983 году: «Протестанты разделились на сотни „церквей“, многие из которых лишены конкретного „верую“, а имеют лишь социальные требования, маскируемые христианскими лозунгами». Вот с какими «христианами» сотрудничают на экуменических конференциях во имя будущей «церкви» православные представители! На них и самые отъявленные еретики считаются равноправными членами мистического тела Христова – Церкви, называются «церквами», не будучи таковыми, и сам экуменический совет в Женеве действует как «Всемирный совет церквей».

Самим этим наименованием Православная Церковь безцеремонно приравнивается ко всем т.н. «церквам», входящим в ВСЦ. Конечная цель такого нивелирования – превратить понятие Церковь из единственного в своем роде (sui generis) понятия в обыкновенное рядовое, т.е. в абстракцию, равно объединяющую разного вида «церкви», что означает полное упразднение догматического понятия о Церкви как единственного явления в мире. Ибо раз существуют разные виды церквей, то, выходит, Церкви как таковой просто нет!

ЭКУМЕНИЗМ ГИБЕЛЕН И ДЛЯ ИНОСЛАВНЫХ
Экуменизм гибелен и для инославных, и для православных.
Путем экуменизма инославные не обретают истину, а обладающие ею православные удаляются от нее. Поясним. Инославные, которые искренне ищут спасительной истины и возрождающей благодати, не могут обратиться к святому Православию, участвуя в экуменизме, ибо они еще сильнее утверждаются в своем заблуждении, так как ВСЦ признает их сектантские и еретические общности «церквами». Какой же истинной Церкви они будут искать, имея свою «церковь» и свои «таинства»?! Св. Киприан Карфагенский весьма мудро говорит, что «еретики никогда не придут в Церковь, если мы будем утверждать их в убеждении, будто и они имеют церковь и таинства». Таким образом, «православные» экуменисты, признавая за еретическими общностями право называться «церквами», губят их для Церкви!

Постоянно духовно-молитвенно общаясь с инославными, сами православные участники экуменизма незаметно заражаются их неправославными и крайне либеральными взглядами и теряют чистоту своей Православной веры. В качестве примера упомянем греческого богослова Никоса Ниссиотиса, испытанного экуменического деятеля и директора Института воспитания молодых экуменистов в Боссе (под Женевой).

Под влиянием общения с инославными он стал таким либералом в богословии, что, вопреки православной догматике, принялся утверждать, будто:

«Есть только одна общность всех верующих во Христа через Дух». (Тем самым Ниссиотис подменяет Православную Церковь некоей «надконфессиональной общностью», упраздняя догматическую истину об единой истинной Христовой Церкви – Православной);

«Церковь универсально едина и раскрывается везде как таковая». (Следовательно, для Ниссиотиса Церковь не только в Православии, а, в качестве экуменической «универсальной церкви», объединяет и неправославных);

«Никакая церковная общность не может жить отдельно и в стороне от других христиан и христианских общностей». (По мнению Ниссиотиса, Православная Церковь не может существовать вне еретических общностей, что совершенно неприемлемо для православного христианина, который знает, что Православная Церковь прекрасно жила до сих пор, не нуждаясь ни в каком общении или союзе с еретиками);

«Все христианские общности требуют обновления и глубокого преобразования». (По Ниссиотису, и Православная Церковь как религиозная общность нуждается в экуменическом «обновлении»!).
На этом Ниссиотис не остановился: к новой экуменической общности он приложил сделанное св. апостолом Павлом сравнение Церкви как тела Христова с различными членами (см.: Рим. 12, 4–8; Еф. 4, 15).

Участие в экуменическом движении дает якобы каждой «церкви» право сохранить свою экклезиологию, хотя на деле ей приходится относиться к другим христианским общностям как равноправным «церквам», в которых якобы тоже действует единый Дух. Будучи экуменистом, Ниссиотис не может придерживаться иного взгляда и потому утверждает: «Хотя в экклезиологическом плане отношение каждой церкви к другой (церкви) остается неизменным, и хотя никакое публичное заявление ВСЦ, например Торонтский документ, не требует от одной церкви признания церквами других членов, участие в Совете означает, что каждая церковь должна осознать, что... не может уже жить для себя, изолированно, что и другие христианские общности облагодатствованы Св. Духом особыми дарами», «что универсальная церковь выходит за пределы исторической церкви, к которой мы принадлежим».

Погрязнув в экуменизме, неправедно учат не только отдельные «православные» богословы вроде Ниссиотиса. Сама Константинопольская Патриархия <...> сделала по случаю 25-летия ВСЦ заявление, в котором экуменическому движению дана высочайшая оценка. Вместо того чтобы порвать с экуменизмом и хранить верность православным догматам и канонам, Патриархия (на наш взгляд, в данном случае все же неверно говорить о всей Патриархии, т.к. подобные высказывания, как правило, составляются в узком кругу небольшой части высших церковных иерархов, дерзающих обнародовать их от имени всей Патриархии. Это, по сути, те же отдельные «православные богословы», взгляды которых идут вразрез с мнением церковной полноты – большинства пастырей и народа Божия. Если же приписывать сомнительные высказывания отдельных экуменистов всей – той или иной – Поместной Церкви, как делают сегодня некоторые неразумные ревнители, то по ошибке можно прийти к убеждению в ее безблагодатности, еретичности и встать на путь раскола. – Примеч. ред.) угодливо и безрассудно именует его «одним из путей, выбранных Господом, дабы людям стала ближе новая заповедь о любви, дабы Церковь уделила больше внимания Его заповеди о примирении и единстве».

Эти льстивые слова догматически неверны. Ошибочно думать, будто Господь выбрал путь экуменизма, чтоб посредством его осуществлять заповедь о любви к людям. Путь экуменизма есть путь синкретизма, путь поддержки разных ересей и, как мы увидим дальше, искажения догмата о Церкви, путь попрания Богоустановленных канонов, путь измены Христу – одним словом, путь отступничества от истины. Следовательно, Бог не выбрал экуменизм, а попустил его в наши апокалиптические времена, да откроются помышления многих сердец (Лк. 2, 35).

Константинопольская Патриархия изменяет самой себе (некорректное, на наш взгляд, выражение. – Примеч. ред.) и своим православным традициям, раболепно высказываясь в угоду экуменизму, основу которого составляет протестантизм со всеми его направлениями, ересями и сектами, объединенными во Всемирном совете «церквей».
Иначе думал в XVI веке о только что появившихся протестантах-лютеранах доблестный защитник Православия Константинопольский Патриарх Иеремия II. После того как по их просьбе он изъяснил сущность Православной веры в трех пространных трактатах и убедился из их ответов, что они противятся истине, Патриарх написал: «Просим вас не утруждать нас более, не писать об этом, не посылать к нам, раз вы светильников Церкви и богословов перетолковываете иначе, и, на словах почитая их и превознося, на самом деле отвергаете и доказываете, что оружие наше безполезно, т.е. святые и божественные их слова, при помощи которых мы могли бы и еще писать и опровергать вас. Итак, избавьте нас от хлопот! Идите своим путем и впредь о догматах нам не пишите!»

Участие православных в экуменическом движении крайне опасно, так как незаметно ведет их к измене православному «верую», заставляя видеть в еретических общностях «церкви», якобы облагодатствованные особыми дарами Св. Духа, и считать Православную Церковь слишком «малой», чтобы называться вселенской. «Вселенской», по мнению экуменистов, может быть лишь «универсальная церковь», т.е. объединение всех существующих «церквей», равных пред Богом. По мнению Висерт-Хуфта (долголетнего генерального секретаря ВСЦ), Иисус Христос живет во всех церквах, независимо от их отличий друг от друга.

Но разве могут существовать многие церкви, все одинаково угодные Богу?
Ведь Господь Иисус Христос основал единую Церковь, внутренне объединяемую исповеданием единой веры Православной, неизменной по всему миру и на все века.
На Первом Вселенском соборе в 325 году св. Царь Константин Великий в «Послании к епископам, не присутствовавшим на Соборе», заявил: «Спаситель наш благоволил иметь единую Свою Вселенскую Церковь, дабы могли все члены ее, как бы ни были рассеяны по всем местам, согреваться единым духом, т.е. единой Божественной волей».
Самым безусловным признаком принадлежности к истинной Христовой Церкви служит полное исповедание хранимой в ней Истины. Св. Иоанн Кассиан отмечает: «Без всякого сомнения тот, кто не исповедует веру Церкви, находится вне Церкви». То же самое подчеркивает и Константинопольский Патриарх Иеремия II: «Члены Церкви Христовой всецело преданы истине, а не всецело преданные истине не суть члены Церкви Христовой» (важно отметить, что в данном случае авторы приводят изречения св. Иоанна Кассиана и Патриарха Иеремии, имея в виду членов еретических обществ – протестантов, монофизитов и проч. неправославных участников ВСЦ, но не «православных» экуменистов, которые пока еще официально находятся в лоне Православной Церкви. К сожалению, некоторые ревнители не по разуму могут истолковать эти высказывания неверно и самовольно «отлучить» от Церкви тех или иных нынешних епископов и Патриархов, что канонически недопустимо и опять же ведет к расколу. – Примеч. ред.).


Итак, православный христианин не должен участвовать в экуменизме так как:
1) он подменяет правильное понятие о Церкви как ВСЕЛЕНСКОЙ, в смысле защищающей Богооткровенную истину, неверным для Церкви определением «универсальной» в географически-вселенском смысле;
2) предпочитает количество, а не качество исповедания Истины;
3) навязывает лжеучения, якобы «вселенские», вне Истины;
4) утверждает неправославных в убеждении, будто и они принадлежат к Церкви;
5) следовательно, экуменизм препятствует искренним искателям Истины обрести ее в общении с Православной Христовой Церковью!

Архимандрит Серафим (Алексиев),
архимандрит Сергий (Язаджиев)

источник http://mission-center.com/ru/netraditsi ... prav-nelzy

[Эль Ниньо]

http://www.logoslovo.ru/forum/all/topic_10614/

«От чтения 150 раз «Богородице Дево, радуйся...» бывает человеку великая польза.

Господь показал нам, сколь сильна пред Ним молитва Пречистой Его Матери и сколь действенна прино­симая Ею помощь во всех обстоятельствах. Это воззвание в самых непроходимых местах указы­вало выход: не расположенных к нам располагало, злые сердца неоднократно умягчало, а не умягчившееся посрамляло и удаляло; при полной беспомощности вдруг подавало неожиданную помощь, и притом с такой стороны, с которой невозможно было никак ее ожидать. Чтение 150 раз «Богородице Дево, радуйся...» Гнев Божий отклоняло и самый
приговор Судии Сердцеведца отменяло! О великое дерзновение! О необоримое заступление! От огня страстей изымет, со дна падения подымает «Богородице Дево, радуйся»
С сею молитвою никак не погибнем: в море не потонем, в огне не сгорим; если же сатана, ненавидящий нас, запнет нам путь и сшибет нас, то и тогда вознесем: «Богородице Дево, радуйся...». И воссылая, воспрянем, восстанем, затемненные просветимся, больные душею исцелимся, загрязненные грехами очистимся, убедимся, яко снег, чистотою высшей Небес и чистейшей светлостей солнечных лучей. Мертвые, убитые стра­стями, воскреснем, оживем и в восторге духа воспоем: Христос воскресе! Воистину воскресе!»
=============================================================================================================================================
На седьмом Вселенском соборе церкви святые отцы сказали: «Кто будет со вниманием по 150 раз читать молитву „Богородице Дево, радуйся...", тот обретет над собой особый Покров Матери Божьей».

Сама Царица Небесная дала людям это правило в VIII веке, его придерживались когда-то все христиане, а потом о нем забыли. Преподобный Серафим Саровский напомнил об этом правиле. Благословляя обойти по канавке вокруг Дивеевской обители, старец просил людей прочитать 150 раз «Богородице Дево, радуйся...», тем самым благословил это правило исполнять ежедневно.

=============================================================================================================================================

Богородичное правило *

Богородице Дево, радуйся, Благодатная Марие, Господь с Тобою; благословена Ты в женах и благословен Плод чрева Твоего, яко Спаса родила еси душ наших. (Читается ежедневно 150 раз).

Если по непривычке трудно будет одолевать ежедневно 150 раз, следует читать поначалу 50 раз. После каждого десятка надо читать по одному разу "Отче наш" и "Милосердия двери".

Ниже приводится схема, в которую вкладывал свои молитвы Приснодеве Марии владыка Серафим (Звездинский). Исполняя Богородичное правило, он молился за весь мир и охватывал этим правилом всю жизнь Царицы Небесной. После каждого десятка читаются дополнительные молитвы, например те, которые указаны далее:

Первый десяток.
Вспоминаем Рождество Пресвятой Богородицы. Молимся о матерях, отцах и детях.
О, Пресвятая Владычице Богородице, спаси и сохрани рабов Твоих (имена родителей и сродников), а умерших со святыми упокой в вечной славе Твоей.

Второй десяток.
Вспоминаем Введение во храм Пресвятой Девы Богородицы. Молимся о заблудших и отпавших от Церкви.
О, пресвятая Владычице Богородице, спаси и сохрани и соедини (или присоедини) к Святой Православной Церкви заблудших и отпавших рабов Твоих (имена).

Третий десяток.
Вспоминаем Благовещение Пресвятой Богородицы. Молимся об утолении скорбей и утешении скорбящих.
О, Пресвятая Владычице Богородице, утоли наши скорби и пошли утешение скорбящим и болящим рабам Твоим (имена).

Четвертый десяток.
Вспоминаем Встречу Пресвятой Богородицы с праведной Елисаветою. Молимся о соединении разлученных, у кого близкие или дети в разлуке или пропали без вести.
О, Пресвятая Владычице Богородице, соедини в разлуке находящихся рабов Твоих (имена).

Пятый десяток.
Вспоминаем Рождество Христово, молимся о возрождении душ, о новой жизни во Христе.
О, Пресвятая Владычице Богородице, даруй мне, во Христа крестившемуся, во Христа облещися.

Шестой десяток.
Вспоминаем Сретение Господне, и пророченное святым Симеоном слово: "И Тебе Самой оружие пройдет душу". Молимся, чтобы Матерь Божия встретила душу в час кончины и сподобила при последнем издыхании причаститься Святых Таин и провела бы душу через страшные мытарства.
О, Пресвятая Владычице Богородице, сподоби меня при последнем издыхании причаститься Святых Таин Христовых и Сама проведи душу чрез страшные мытарства.

Седьмой десяток.
Вспоминаем бегство в Египет Божией Матери с Богомладенцем, молимся, чтобы Царица Небесная помогла бы избежать искушений в этой жизни и избавила бы от напастей.
О, Пресвятая Владычице Богородице, не введи меня во искушение в сей жизни и избави меня от всяких напастей.

Восьмой десяток.
Вспоминаем исчезновение двенадцатилетнего отрока Иисуса в Иерусалиме и скорбь Божией Матери по поводу этого. Молимся, испрашивая у Богоматери постоянную Иисусову молитву.
О, Пресвятая Владычице Богородице, Пречистая Дево Марие, даруй мне непрестанную Иисусову молитву.

Девятый десяток.
Вспоминаем чудо в Кане Галилейской, когда Господь претворил воду в вино по слову Божией Матери: "Вина нет у них". Просим у Божией Матери помощи в делах и избавлении от нужды.
О, Пресвятая Владычице Богородице, помоги мне во всех делах и избави меня от всяких нужд и печали.

Десятый десяток.
Вспоминаем стояние Божией Матери у Креста Господня, когда скорбь, как оружие, пронзила Ее душу. Молимся Божией Матери о подкреплении душевных сил и об отгнании уныния.
О, Пресвятая Владычице Богородице, Преблагословенная Дево Марие, укрепи мои силы душевные и отжени от меня уныние.

Одиннадцатый десяток.
Вспоминаем Воскресение Христово и молитвенно просим Божию Матерь воскресить душу и подать новую бодрость к подвигу.
О, Пресвятая Владычице Богородице, воскреси душу мою и даруй мне постоянную готовность к подвигу.

Двенадцатый десяток.
Вспоминаем Вознесение Христово, при котором присутствовала Матерь Божия. Молимся и просим Царицу Небесную вознести душу от земных суетных забав и направить на стремление к горнему.
О, Пресвятая Владычице Богородице, избави меня от помышлений суетных и даруй мне ум и сердце, стремящееся ко спасению души.

Тринадцатый десяток.
Вспоминаем сионскую горницу и сошествие Святаго Духа на апостолов и Божию Матерь и молимся: "Сердце чисто созижди во мне, Боже, и дух прав обнови во утробе моей. Не отвержи мене от лица Твоего и Духа Твоего Святаго не отыми от мене".
О, Пресвятая Владычице Богородице, ниспосли и укрепи благодать Святаго Духа в сердце моем.

Четырнадцатый десяток.
Вспоминаем Успение Пресвятой Богородицы и просим мирной и безмятежной кончины.
О, Пресвятая Владычице Богородице, даруй мне мирную и безмятежную кончину.

Пятнадцатый десяток.
Вспоминаем славу Божией Матери, которой увенчивается Она от Господа после переселения Её от земли на Небо, и молим Царицу Небесную не оставлять верных, сущих на земле, но защищать их от всякого зла, покрывая их Честным Своим Омофором.
О, Пресвятая Владычице Богородице, сохрани меня от всякаго зла и покрый меня Честным Твоим Омофором.

* В жизни Божией Матери было пятнадцать ступеней, пятнадцать главных моментов, и чтение правила разделено на 15 десятков. На каждом десятке поочередно вспоминаются все главные моменты из жизни Богородицы. Преподобный Серафим Саровский благославлял обойти по канавке вокруг Дивеевской обители и прочитать 150 раз «Богородице Дево, радуйся…» своих духовных чад – дивеевских «сирот» – благословил исполнять это правило ежедневно . Владыка Серафим Звездинский ежедневно исполнял Богородичное правило, причем, исполняя его, он молился за весь мир и охватывал этим правилом всю жизнь Царицы Небесной. Старец схиархимандрит Захария (Зосима) весьма ценил и любил владыку Серафима и называл его «святой архиерей».