Мобильная версия
В этом городе я прожила все мои 32 года. Я люблю его за неспешную жизнь. За зеленое убранство улиц. За красоту его храмов.Это красивый город. Здесь удивительным образом соприкасаются, сливаясь воедино, история и современность. Я хочу рассказать вам о нём.
15 мая в Черниговском коллегиуме на Валу (исторический центр города) открылась выставка картин моей любимой художницы Евгении Гапчинской. Её называют "Поставщик счастья №1".
Для меня её картины - это возможность вернуться в детство. В каждой работе яркие, жизнерадостные, очаровательные герои будто-бы из волшебной сказки. Розовощёкие малыши и малышки. Сегодня мне удалось вместе с сестрой и племяшкой побывать на этой выставке. Конечно же нам удалось увидеть лишь крошечную толику работ Гапчинской. Но их обаянию невозможно было не поддаться!!!Евгения родилась 15 ноября 1974 года в городе Харькове. Окончила в родном городе художественное училище и институт, год стажировалась в Нюрнбергской академии искусств.
Первая выставка работ проходила в её квартире, путь художника был непрост. В 2000 году переехала в Киев. Ее картины находятся во многих частных коллекциях и музеях Украины, России, Германии, Франции, Великобритании, Японии и США. Ее работы находятся в коллекциях известных российских и украинских актеров, телеведущих и певцов. Кроме того, ее картины в свое время купил Лучано Паваротти.
Художница сотрудничает с различными журналами в качестве дизайнера, а как иллюстратор – с издательствами «А-Ба-Ба-Га-Ла-Ма-Га», «Розумна дитина», «Фолио». Откопала в недрах интернета её интервью:
Небольшая галерея в центре столицы. Выставка картин. Мягкий свет. В центре – железное ложе, которое скорее принято называть койкой, со множеством старых и «советских» плюшевых зайчиков и медвежат. Со стен галереи смотрят маленькие глазки каких-то непропорциональных детей, ручки и ножки которых в разы меньше их огромной головы. Стульчики, билетики, вазочки, бутербродики, пирожные, собаки, тазики, птички – на первый взгляд, смотрятся вообще как-то очень противоречиво с общепринятыми законами академического изобразительного искусства. Но почему-то здравый разум отказывается искать вроде как банальную логику и подгонять увиденное под общепринятые стандарты. Да какая в этом разница! Главное, что ты чувствуешь! Вот художница Евгения Гапчинская пренебрегает этими самыми академическими канонами (хотя и писала в этом направлении десяток лет), и радует глаз своего почитателя со всего мира довольно таки своеобразной и неповторимой манерой ею придуманного стиля, названия которому нет и не будет никогда!
О своем неповторимом и неопределенном стиле, отсутствии мук творчества, исчерпаемости сюжетов, домоседстве, своей молчаливости, запахе счастья, женском счастье и роли друга-мужчины в своей жизни рассказала художница Евгения Гапчинская изданию UAUA. Ее галерея только что начала свою работу.
UAUA: Много ли людей приходит в Вашу галерею на протяжении дня? Рабочий день только начался, мы только уселись писать интервью, а двери в галерею не закрываются!
ЕГ: Понятия не имею, я не нахожусь здесь целый день. Но в субботу и воскресение я даже боюсь заходить сюда. Потому что около 20-30 человек здесь могут находиться одновременно. Девчонки (работники галереи – Авт.), скажу Вам, даже не могут в туалет отойти, так много здесь людей. А я стесняюсь приходить – ведь все сразу обращают внимание. И я стараюсь, если мне надо привезти в галерею что-то, то в субботу и воскресение захожу через черный вход, либо муж забегает.
Гапчинская
UAUA: Когда люди слышат Ваше имя, я наблюдаю, что в их глазах возникает необычайной теплоты огонек, и кажется, что человек попадает … в детство, наверное. Откуда такая реакция? Потому что каждый сюжет картин – сюжет с детства? Или мы все родом из детства?
ЕГ: Мне в принципе сложно анализировать свое творчество, я не отношусь к тем художникам, которые могут рассказать о своих картинах – концептуально, символически, предать почву и фундамент. Мне всегда было сложно, я даже диплом свой - сдала живопись на пятерку, а перед комиссией выступать и говорить мне было не по себе, я не знаю, или это детство, или нет. Скажем, взрослые будут воспринимать буквально картину, на которой ребенок у лужи пускает кораблик. А для ребенка здесь более важны детали. Он в этой картине видит другие вещи.
В основном мои картины – это про любовь, про взрослые чувства, те же впечатления в Париже от круасанчиков, - это все взрослое. Дети мало находят лирики во французском завтраке, или в крышах, или любви, или в ожидании, или в запахе спинки. Это все – взрослые ощущения, скорее всего женские ощущения. Мне кажется, что больше я пишу про взрослых. Я ни о ком не думаю, это все у меня внутри. И это кажется мне нежным, игривым, смешным. Но дети и сюжеты про детей – это скорее как часть, то, что мне приятно во взрослой жизни. Это как любовь к детям, как любовь взрослых к котятам, щенкам, к вкусной еде, к красивым поездкам. Вообще, это, наверное, букет для взрослых.
UAUA: Это как сказка «Алиса в стране чудес»? В детстве мы ее читаем и видим одно, а перечитывая во взрослом возрасте – другое?
ЕГ: Дети больше рассматривают детали. Если взрослые рассматривают картины, особенно большие – они ловят свои ощущения – любовь, слезы, воспоминания. То дети, смотря на эту же картину, они говорят: посмотри, как бутербродик с колбаской завернут в бумажечке, а тут муха поползла, выползла из лужи с молоком, а потом оставила молочную дорожку, а здесь у него из карманчика торчит кошелечек, а из кошелечечка денюжка! Дети больше рассматривают детали. А взрослые больше ловят ощущения – естественно, каждый свое.
UAUA: Дети на Ваших картинах. Вашу манеру невозможно спутать с другими художниками. А Вы уже обозвали свой стиль? На протяжении многих лет в СМИ Вы неоднократно говорили, что названия этому стилю нет и быть не может.
ЕГ: (смеется) Нет, конечно! Я думаю, что я и до смерти никак не назову этот стиль. Наверное, можно найти (название стиля – Авт.), но, в сущности – не легло. Даже нет необходимости, я об этом нигде не пишу, и зачем запихивать творчество в какие-то рамки?
UAUA: А страшно ли было Вам после десятилетия работы отступать от академического стиля?
ЕГ: Это вообще самое сложное, что у меня было. Меня спрашивают – у вас в муках рождаются картины? Да нет у меня мук творчества, мне всегда в радость. У меня никогда не было мучений, жжений внутренних. Но вот это было просто «хрусь». Банальная ситуация – тебя учили 10 лет рисовать, и так ты уже рисуешь. А от этого просто тошнит, это становится невыносимым, и ты чувствуешь себя старым, когда это делаешь. А по-новому не можешь, и не делаешь. И это вот несоответствие в голове, и того, что умеют руки – это страшно.
Гапчинская_картины
Великолепно то, что когда есть фундаментальная школа старой живописи, академической – тогда у тебя есть серьезный фундамент под ногами. Я не превозношу себя, но художники поймут о чем говорю – ты, в общем, можешь рисовать как Рембрандт, можешь как Моне, как Ван Гог. И если ты еще изучал в институте технику и технологию живописи, тебе будет гораздо легче рисовать. Ведь очень многое означает - сама технология, и сложность рисовать живого человека. Когда ты знаешь мышечный каркас, анатомию, владеешь светотенью, когда знаешь, как вставить глаз в глазницу, что нос – это пирамида, глаз – это шар, а веко – это линия, которая натягивается на этот шар, когда ты знаешь костное строение и можешь технически это нарисовать – ты уже можешь нарисовать черный квадрат – да простят меня все. Но это правда, это действительно так. Когда ты прошел фундаментальную школу, которую я так не любила за ее ежовые рукавицы, то это был переломный момент. Более психологический. Мне было очень сложно рисовать – большие головки, маленькие ручки и ножки, сложно было перейти от постановок натурщиков. И тут я рисую человечков – душе приятно, но рукам тяжело справиться. Как это?! Ведь ты не показываешь свои знания анатомии человека!
Гапчинская_картины
UAUA: Первые Ваши работы отличаются от работ, которые Вы пишете сегодня? И сильно ли изменился Ваш стиль?
ЕГ: Когда листаешь большой толстый каталог, ты можешь уже анализировать. Люди, которые раньше покупали мои работы и сейчас – говорят: ой, Женя совсем другая. Я этого не чувствую, и даже страдаю от того, что я всю жизнь делаю одно и то же. Но, по сути, отдаю себе в этом полный отчет, но оправдываю себя только тем, что мне это нравится. Когда я открываю альбомы других художников, то, по сути, тоже понимаю – Моне сходил сума от этих садов и лилий, и тоже в течении 30-ти лет он рисовал эти мотивы. Точно так же Караваджо нравились натурщики с фруктами. Рубенсу нравились обнаженные тела, отягощенные плотью. Поэтому, это мне легкое утешение. Мне кажется, что я не меняюсь, что я рисую одно и то же.
UAUA: Исчерпываются сюжеты?
ЕГ: Бывает, ты чувствуешь, что все исчерпывается. Вот тебе нравится один мотив - купание. Это мой любимый мотив. Я могу не писать год и два, а потом увижу эту нежность, эту пену, или эти развешанные трусики в розочках! Это все в твое сердце как нож вонзается, и тебе опять хочется сесть нарисовать, хотя понимаешь, что … ну …. эту тему писала вдоль и поперек. Наверное, бывает так, что у художника находит отзывы одно и то же. Точно так же как моринисты, которые всю жизнь рисовали море.
Евгения_Гапинская
Сюжеты исчерпываются, а потом что-то цепляешь вновь. И уже не можешь этой темой насладиться. Многие люди говорят – мол, села на этот конек, и его эксплуатирует. А с другой стороны хочется таким людям сказать, хоть они все равно не поверят – но это же меня трогает, и трогает, и трогает! И даже иногда ты садишься и видишь – лодка, море и рыба, рыбак тащит рыбу – это то, что ты увидел когда-то вживую, в туманном серебристом вечере. А потом сажусь, рисую и вижу – эта картинка серебристая, а потом видишь, что будет красиво, когда желтый песок и синее море, а потом облака, как вата. И ты думаешь, как же сделать его вот таким вот пудренно-розовым, вот это таким вот серебристым, или вот таким солнечным и сине-желтым! (смеется…)
Одним людям кажется, что ты эксплуатируешь эту тему, а тебе кажется, что ты ею никак не наешься, никак не насладишься. А потом ты понимаешь, что там было еще одно такое красивое состояние, когда облака были с одной стороны розовые, а с другой фиолетовые, тоже понимаешь – что это все уже просто стыдно рисовать. Но потом я сажусь и думаю – я никому ничего не должна. Я хочу вдоволь этим насладиться. И получается так, как получается.
UAUA:: Дочь, муж – подсказывают сюжеты?
ЕГ: Ну, нет.
UAUA: А участие Насти и Димы, как они Вам помогают?
ЕГ: Настюша поддерживает тем, что всегда была самостоятельная, и скорее, когда мне плохо, или когда устала – она заботится, она вкусно готовит кушать лет с семи, она всегда подогреет молока, укроет. Спасибо, Богу, наверное, что получился такой вот ребенок. А Дима? Дима есть Дима. Дима – это мужчина, все, кем для женщины должен быть мужчина.
Галерея_Гапчинской
UAUA: Преимущественно Вы – домоседка. Это известно!
ЕГ: Я домоседка! И такая, что меня не выколупаешь из дому.
UAUA: А гости? Как часто бываете в гостях, у друзей? И часто ли Вы приглашаете людей в свой дом?
ЕГ: В гости? По выходным! Но скажу честно, у меня немного друзей. Раз в неделю я точно хожу к кому-то в гости. И по выходным у меня все с детьми, мы играем в бадминтон, водяные стрелялки, тарелки летающие (смеется), обязательно - одеяло расстеленное, вкусная еда, а дети раздеваются до трусов.
Гапчинская
UAUA: Дни рождения?
ЕГ: Дома – примерно также. Валяемся, наряжаемся в смешные головные уборы, еще что-нибудь. Скажу честно, я плохой организатор таких праздников, когда люди выезжают в другие города, или пишут сценарии прогулок и празднеств. Ресторан – я никогда не получала удовольствия. Мне нравится готовить, люблю, когда заваливает много людей в дом, когда начинается такой хаос, когда дети берут все игрушки и начинают с колясками и мишками блуждать, когда мужчины про свое говорят – про технику, а женщины …. Но ведь это обычный человеческий набор, самый сладкий в этой жизни.
О своем неповторимом и неопределенном стиле, отсутствии мук творчества, исчерпаемости сюжетов, домоседстве, своей молчаливости, запахе счастья, женском счастье и роли друга-мужчины в своей жизни рассказала художница Евгения Гапчинская изданию UAUA. Ее галерея только что начала свою работу.
UAUA: Много ли людей приходит в Вашу галерею на протяжении дня? Рабочий день только начался, мы только уселись писать интервью, а двери в галерею не закрываются!
ЕГ: Понятия не имею, я не нахожусь здесь целый день. Но в субботу и воскресение я даже боюсь заходить сюда. Потому что около 20-30 человек здесь могут находиться одновременно. Девчонки (работники галереи – Авт.), скажу Вам, даже не могут в туалет отойти, так много здесь людей. А я стесняюсь приходить – ведь все сразу обращают внимание. И я стараюсь, если мне надо привезти в галерею что-то, то в субботу и воскресение захожу через черный вход, либо муж забегает.
Гапчинская
UAUA: Когда люди слышат Ваше имя, я наблюдаю, что в их глазах возникает необычайной теплоты огонек, и кажется, что человек попадает … в детство, наверное. Откуда такая реакция? Потому что каждый сюжет картин – сюжет с детства? Или мы все родом из детства?
ЕГ: Мне в принципе сложно анализировать свое творчество, я не отношусь к тем художникам, которые могут рассказать о своих картинах – концептуально, символически, предать почву и фундамент. Мне всегда было сложно, я даже диплом свой - сдала живопись на пятерку, а перед комиссией выступать и говорить мне было не по себе, я не знаю, или это детство, или нет. Скажем, взрослые будут воспринимать буквально картину, на которой ребенок у лужи пускает кораблик. А для ребенка здесь более важны детали. Он в этой картине видит другие вещи.
В основном мои картины – это про любовь, про взрослые чувства, те же впечатления в Париже от круасанчиков, - это все взрослое. Дети мало находят лирики во французском завтраке, или в крышах, или любви, или в ожидании, или в запахе спинки. Это все – взрослые ощущения, скорее всего женские ощущения. Мне кажется, что больше я пишу про взрослых. Я ни о ком не думаю, это все у меня внутри. И это кажется мне нежным, игривым, смешным. Но дети и сюжеты про детей – это скорее как часть, то, что мне приятно во взрослой жизни. Это как любовь к детям, как любовь взрослых к котятам, щенкам, к вкусной еде, к красивым поездкам. Вообще, это, наверное, букет для взрослых.
UAUA: Это как сказка «Алиса в стране чудес»? В детстве мы ее читаем и видим одно, а перечитывая во взрослом возрасте – другое?
ЕГ: Дети больше рассматривают детали. Если взрослые рассматривают картины, особенно большие – они ловят свои ощущения – любовь, слезы, воспоминания. То дети, смотря на эту же картину, они говорят: посмотри, как бутербродик с колбаской завернут в бумажечке, а тут муха поползла, выползла из лужи с молоком, а потом оставила молочную дорожку, а здесь у него из карманчика торчит кошелечек, а из кошелечечка денюжка! Дети больше рассматривают детали. А взрослые больше ловят ощущения – естественно, каждый свое.
UAUA: Дети на Ваших картинах. Вашу манеру невозможно спутать с другими художниками. А Вы уже обозвали свой стиль? На протяжении многих лет в СМИ Вы неоднократно говорили, что названия этому стилю нет и быть не может.
ЕГ: (смеется) Нет, конечно! Я думаю, что я и до смерти никак не назову этот стиль. Наверное, можно найти (название стиля – Авт.), но, в сущности – не легло. Даже нет необходимости, я об этом нигде не пишу, и зачем запихивать творчество в какие-то рамки?
UAUA: А страшно ли было Вам после десятилетия работы отступать от академического стиля?
ЕГ: Это вообще самое сложное, что у меня было. Меня спрашивают – у вас в муках рождаются картины? Да нет у меня мук творчества, мне всегда в радость. У меня никогда не было мучений, жжений внутренних. Но вот это было просто «хрусь». Банальная ситуация – тебя учили 10 лет рисовать, и так ты уже рисуешь. А от этого просто тошнит, это становится невыносимым, и ты чувствуешь себя старым, когда это делаешь. А по-новому не можешь, и не делаешь. И это вот несоответствие в голове, и того, что умеют руки – это страшно.
Гапчинская_картины
Великолепно то, что когда есть фундаментальная школа старой живописи, академической – тогда у тебя есть серьезный фундамент под ногами. Я не превозношу себя, но художники поймут о чем говорю – ты, в общем, можешь рисовать как Рембрандт, можешь как Моне, как Ван Гог. И если ты еще изучал в институте технику и технологию живописи, тебе будет гораздо легче рисовать. Ведь очень многое означает - сама технология, и сложность рисовать живого человека. Когда ты знаешь мышечный каркас, анатомию, владеешь светотенью, когда знаешь, как вставить глаз в глазницу, что нос – это пирамида, глаз – это шар, а веко – это линия, которая натягивается на этот шар, когда ты знаешь костное строение и можешь технически это нарисовать – ты уже можешь нарисовать черный квадрат – да простят меня все. Но это правда, это действительно так. Когда ты прошел фундаментальную школу, которую я так не любила за ее ежовые рукавицы, то это был переломный момент. Более психологический. Мне было очень сложно рисовать – большие головки, маленькие ручки и ножки, сложно было перейти от постановок натурщиков. И тут я рисую человечков – душе приятно, но рукам тяжело справиться. Как это?! Ведь ты не показываешь свои знания анатомии человека!
Гапчинская_картины
UAUA: Первые Ваши работы отличаются от работ, которые Вы пишете сегодня? И сильно ли изменился Ваш стиль?
ЕГ: Когда листаешь большой толстый каталог, ты можешь уже анализировать. Люди, которые раньше покупали мои работы и сейчас – говорят: ой, Женя совсем другая. Я этого не чувствую, и даже страдаю от того, что я всю жизнь делаю одно и то же. Но, по сути, отдаю себе в этом полный отчет, но оправдываю себя только тем, что мне это нравится. Когда я открываю альбомы других художников, то, по сути, тоже понимаю – Моне сходил сума от этих садов и лилий, и тоже в течении 30-ти лет он рисовал эти мотивы. Точно так же Караваджо нравились натурщики с фруктами. Рубенсу нравились обнаженные тела, отягощенные плотью. Поэтому, это мне легкое утешение. Мне кажется, что я не меняюсь, что я рисую одно и то же.
UAUA: Исчерпываются сюжеты?
ЕГ: Бывает, ты чувствуешь, что все исчерпывается. Вот тебе нравится один мотив - купание. Это мой любимый мотив. Я могу не писать год и два, а потом увижу эту нежность, эту пену, или эти развешанные трусики в розочках! Это все в твое сердце как нож вонзается, и тебе опять хочется сесть нарисовать, хотя понимаешь, что … ну …. эту тему писала вдоль и поперек. Наверное, бывает так, что у художника находит отзывы одно и то же. Точно так же как моринисты, которые всю жизнь рисовали море.
Евгения_Гапинская
Сюжеты исчерпываются, а потом что-то цепляешь вновь. И уже не можешь этой темой насладиться. Многие люди говорят – мол, села на этот конек, и его эксплуатирует. А с другой стороны хочется таким людям сказать, хоть они все равно не поверят – но это же меня трогает, и трогает, и трогает! И даже иногда ты садишься и видишь – лодка, море и рыба, рыбак тащит рыбу – это то, что ты увидел когда-то вживую, в туманном серебристом вечере. А потом сажусь, рисую и вижу – эта картинка серебристая, а потом видишь, что будет красиво, когда желтый песок и синее море, а потом облака, как вата. И ты думаешь, как же сделать его вот таким вот пудренно-розовым, вот это таким вот серебристым, или вот таким солнечным и сине-желтым! (смеется…)
Одним людям кажется, что ты эксплуатируешь эту тему, а тебе кажется, что ты ею никак не наешься, никак не насладишься. А потом ты понимаешь, что там было еще одно такое красивое состояние, когда облака были с одной стороны розовые, а с другой фиолетовые, тоже понимаешь – что это все уже просто стыдно рисовать. Но потом я сажусь и думаю – я никому ничего не должна. Я хочу вдоволь этим насладиться. И получается так, как получается.
UAUA:: Дочь, муж – подсказывают сюжеты?
ЕГ: Ну, нет.
UAUA: А участие Насти и Димы, как они Вам помогают?
ЕГ: Настюша поддерживает тем, что всегда была самостоятельная, и скорее, когда мне плохо, или когда устала – она заботится, она вкусно готовит кушать лет с семи, она всегда подогреет молока, укроет. Спасибо, Богу, наверное, что получился такой вот ребенок. А Дима? Дима есть Дима. Дима – это мужчина, все, кем для женщины должен быть мужчина.
Галерея_Гапчинской
UAUA: Преимущественно Вы – домоседка. Это известно!
ЕГ: Я домоседка! И такая, что меня не выколупаешь из дому.
UAUA: А гости? Как часто бываете в гостях, у друзей? И часто ли Вы приглашаете людей в свой дом?
ЕГ: В гости? По выходным! Но скажу честно, у меня немного друзей. Раз в неделю я точно хожу к кому-то в гости. И по выходным у меня все с детьми, мы играем в бадминтон, водяные стрелялки, тарелки летающие (смеется), обязательно - одеяло расстеленное, вкусная еда, а дети раздеваются до трусов.
Гапчинская
UAUA: Дни рождения?
ЕГ: Дома – примерно также. Валяемся, наряжаемся в смешные головные уборы, еще что-нибудь. Скажу честно, я плохой организатор таких праздников, когда люди выезжают в другие города, или пишут сценарии прогулок и празднеств. Ресторан – я никогда не получала удовольствия. Мне нравится готовить, люблю, когда заваливает много людей в дом, когда начинается такой хаос, когда дети берут все игрушки и начинают с колясками и мишками блуждать, когда мужчины про свое говорят – про технику, а женщины …. Но ведь это обычный человеческий набор, самый сладкий в этой жизни.
Художница Евгения Гапчинская, счастливая женщина и художник, а также как говорят ее друзья является «поставщиком счастья» решила рассказать о своем секрете успеха, отдыха и счастья.
- Над какими новыми проектами Вы работаете?
- Мне все время кажется, что я вообще ничего не делаю. Но в действительности это не так. Я работаю над ювелирной коллекцией, и над книгой о маленькой Фриде Кало, а еще над новой выставкой.
- Ваш муж помогает вам в работе, ведь он тоже художник по образованию. Наслышаны что он всего себя посвятил Вашему творчеству...
- По существу, да.
- Ваш творческий успех не нарушил гармонию в семействе?
- В семье меня никогда не было как художника и Димы тоже. Он мой первый друг, он беспокойство, он мама, папа, он любовь, он для меня все. Поэтому никогда не было такого, чтобы мы доказывали друг другу, что я художник, а ты не художник.
Наверное в какой-то момент мы договорились, что так каждому из нас удобно, уютно. И так мы всегда по жизни договаривались, чтобы никто никому не мешал, а только придумывали как друг другу помогать, чтобы ему было удобно на своем месте, а мне на своем.
- Вам удается сейчас уделять достаточно внимания мужчине и ребенку?
- Да, я думаю, что уделяю им достаточно времени. Кормлю их я: продукты все на мне, я сама готовлю. Я очень это люблю.
- Какая кухня Вам нравится?
- Мне нравится детская кухня. Дизайн кухни мы придумали вместе с моим мужем, я рисовала, а он предлагал идеи. Кухня получилась большая и светлая, много белого. А также в дизайн ее вошли желтые и синие цвета как символ мужского и женского, а еще там есть художественный уголок, где можно почитать или порисовать. Современный дизайн нашей кухни оценили друзья и наша дочка, и для нас это самое важное мнение.
Готовить люблю гречневую кашу со сливочным маслом, с соусом песто с имбирем, соевым соусом, еще салаты с редиски со сметаной, и капусту со сметаной.
- Вашей дочери сейчас уже 16 лет. У Вас были трудности с ее воспитанием?
- Нет, у меня не было с ней сложностей связанных с возростом, за что я ей очень благодарна. Наверное они были и я замечала какие-то моменты, но я стремилась не вести себя так, как обращалась моя мама со мной в этом возрасте. И я думаю, что благодаря моему терпению этот тяжелый возраст прошел незаметным. Я видела, но не хотела лезть на вертел, идти на выяснение отношений, вытягивания информации, не влезала ей в душу, не стремилась ее чему-то научить. Просто я помнила, как я обижалась в 14 лет. И я делала все наоборот. И я поняла, что вообще я еще и неплохая мама.
- Ваша дочь тоже рисует?
- Она рисует только потому, что готовится к вступительным экзаменам. Она хочет пойти учиться на дизайн и технологию одежды. Я не одобряю, но поддерживаю. Я считаю, что дизайнеров сейчас очень много, но я поддерживаю, потому что понимаю: у нее своя жизнь.
- Как Вы проводите время с семьей?
- Я пеку им всевозможные вкуснюшки, каждого целую много-много. Мне просто нравится быть рядом с семьей, вместе проводить время.
- Как поставщик счастья №1, Вы можете сформулировать в чем оно заключается?
- Сейчас начну говорить банальность, что счастье для каждого свое. Для меня это три составляющие: Дима, деньги и работа.
- Что дают Вам деньги, чем они Вас привлекают?
- Мне нужны деньги для радости. Они привлекают меня тем, что я, например, могу осуществить мечту Димы. Он мечтал о том, чтобы вставать утром и в трусах идти в сад поливать цветы. Он всегда говорил: когда-то в старосте я смогу это делать. А мне хотелось, чтобы эта его мечта осуществилась не на склоне лет, а намного раньше, сейчас.
- И Вы осуществили его мечту? У вас есть дом с садом и он это делает утром?
- Да.
- У вас есть ювелирная коллекция, расскажите о ней
- Это те вещи, которые я хотела носить сама, но купить такое было невозможно. На протяжении нескольких лет мне предлагали разработать ювелирную коллекцию, но я все время боялась, что я что-то разработаю, а завтра оно будет продаваться на Андреевском спуске, никто ничего не сможет контролировать. Но случилось так, что появился человек, которому я поверила, и ничуть не сомневаюсь в том, что она меня не обманет.
- Это вещи выполнены из драгоценных металлов и ценных камней?
- Да, это аметисты, брильянты, черные брильянты, коньячные брильянты, кораллы.
- А где они будут продаваться?
- В нашей галерее в первую очередь. А потом, посмотрим.
- Вы можете отметить свою самую удачную серию работ, самый удачный проект?
- Нет. Наверное, это могут сделать люди. И потом, из какой точки зрения смотреть? С точки зрения массовой узнаваемости, возможно это "Лиза и ее сны", возможно, серия работ для журнала "Vоgue". Но мне самой могут нравиться совсем другие работы. Я не знаю критериев, за которыми можно об этом судить. Я не стремлюсь уговорить прийти на выставку больше "звезд", больше людей, потому что мне кажется это абсолютно напрасно. И из личного опыта знаю, это не влияет на успешность этой выставки. А успешность определяется просто: картины или покупают, или не покупают. А то насколько это распространят в печати, это - пустышка.
- Где сегодня есть Ваши галереи?
- Галереи есть в Москве, Киеве, Одессе и Днепропетровске.
- Сколько сейчас стоит картина в среднем?
- 5 - 10 тысяч долларов.
- Сколько часов на день Вы работаете?
- Ежедневно, сколько выйдет. Но иногда и ночью, если днем меня нет в Киеве. Иногда вечером, иногда работаю с 6 до 8 утра. Порою работаю запоем по три недели, и ночью и днем. В целом, по желанию. Но стремлюсь приложиться хоть бы немножко ежедневно. Это как воды попить. В последнее время я без этого не могу. Мне нужно хоть бы дотронуться, хоть бы минут 20 поработать, даже если я ночью откуда-то приехала и падаю от усталости.
- Как Вы возобновляете свои силы, как отдыхаете после работы?
- Мне нужно, чтобы я полежала на ковре под одеялом, и, чтобы никого дома не было, чтобы меня никто не трогал. Мне с головой хватает одного такого дня, чтобы прийти к сознание. Даже если я побуду дома 10 -12 часов, у меня проходят все обиды, усталость, плохое настроение. Все уходит куда-то. Это мой любимый способ времяпровождения.
- Любите ли Вы читать и какой литературе отдаете преимущество?
- Но в последнее время много читаю на выходных и так, ежедневно какая-то книга лежит у меня в кресле.
Последние две книги, которые я читаю, это о Фриде Кало, меня заинтересовала ее жизнь, этот ее странный, безумный роман, захотелось это прочитать, а потом и нарисовать, и известен мировой бестселлер "Есть, любить, молиться" Элизабет Гилберт.
- Вы смотрите телевизор?
- Нет, телевизор не люблю и не смотрю.
- Вы любите путешествовать?
- Вроде бы люблю, но езжу редко, как правило, на три дня, и хочу скорее вернуться домой.
- Есть на свете такие места, где Вам хочется бывать снова и снова?
- Є. Это Париж.
- Чем Вас так привлекает Париж?
- Он влечет меня какой-то легкостью бытия. Меня влекут странно одеты дети, собачки в пальтишках, молодые люди, которые насвистывают на ходу, смеются. Меня привлекает какая-то бесшабашность и легкость в отношении к жизни, к миру. Мне нравится нереальная красота архитектуры и в то же время какая-то несобранность.
- Куда Вы ходите когда бываете в Париже?
- Я не хожу ни в театры, ни в музее, в них я уже побывала во время первых визитов. Я просто люблю бродить улицами с утра до вечера, не люблю - по магазинам. Хотя около улицы Монторгей есть четыре маленьких магазина одежды, которые я люблю. В такие большое как Лафает я даже боюсь заходить, потому что там огромное количество туристов и горы вещей. Я просто блуждаю улицами. Боготворю рынки, люблю ходить по них, фотографировать. Я боготворю запахи рынков и булочных. Люблю смотреть на лотки с рыбой, на горы креветок, зелени, на колбасы, которые жарятся, на детей, которые снуют под прилавками. Я наслаждаюсь воздухом Парижа.
- Расскажите о своем творческом процессе. Как рождаются Ваши картины? Я видела эскизы, они абсолютно замечательные. Вы делаете их, когда что-то приходит в голову или непосредственно перед работой над картиной?
- У меня есть блокнот, в который я записываю картины, которые я придумываю. Но не на все картины я делаю эскиз. Некоторые я просто записываю словами. В целом, я работаю без эскизов.
- Вы носите блокнот с собой и делаете записи на ходу?
- Нет, он у меня дома. Я зарисовываю вечером то, что мне сегодня пришло в голову. И не всегда доношу до вечера новые идеи. Иногда прибегаю домой и говорю, что сегодня я придумала три классных работы, две записываю, а третью не могу вспомнить, ну просто хоть сядь и плачь. Не донесла. Это немножко неправильно, но я правильно и не хочу.
- Вы занимаетесь коллекционированием?
- Нет. Но я тяну в дом старых игрушечных мишек. Это не коллекционирование, это просто страсть. Не могу перед этим устоять.
- Где Вы их покупаете?
- На блошиных рынках.
- Вы не привозите сувениры из поездок?
- Я не люблю сувенирную продукцию, никогда не покупаю. Не люблю, когда в доме бултыхается этот хлам.
- Насколько большой у Вас гардероб?
- Раньше у меня был совсем маленький шкафчик. В последнее время гардероб разросся. У меня появились платья, которые я не могу никому отдать. Я ношу их по 5 - 6 лет и не могу с ними расстаться. Поэтому у меня сейчас штук 10 зимних платьев и 10 летних. В целом, весь гардероб состоит из платьев.
- Как Вы можете охарактеризовать свой стиль в одежде?
- Наверное, он у меня женско-детский. Последние три года я люблю и ношу только платья.
- А какой стиль интерьера вам нравится?
- Когда все окрашено в белый цвет с серым оттенком. Мне нравится белое и какая-то пошарпаность, потертость, с трещинками, с потертыми углами.
- Вы украшаете свой дом собственными картинами?
- Да, у меня дома есть мои работы. Но их единицы. Это "Розовый зефир", "Я счастливчик", "Пирожок", "Саша Пушкин".
- Творчество каких современных и старых художников Вам нравится?
- О современных даже не знаю что сказать. А из старых это Рембрандт и Ганс Гольбейн старший и младший.
- Вы в свое время пережили трудные времена бесславия, безденежья. Почему они Вас научили?
- Всему: не опускать руку, много работать, ценить то, что есть, ценить тех, кто рядом, радоваться успехам, не грустить, прощать, бороться, искать и не сдаваться. Каждый человек становится таким, которым она является благодаря тому, что прошла в жизнь.
- Что, по вашему мнению, нужно для успеха?
- Наверное, способность забега на длинные дистанции. Потому что можно сегодня выпрыгнуть с каким-то одним проектом, а завтра почувствовать себя крутым, забыться, потерять бдительность. Кроме того, работоспособность и старательность. В нашей стране очень много людей только и ждут выходных. Я часто слушаю радио в машине и там в четверг приветствуют всех с тем, что завтра последний рабочий день, в пятницу приветствуют с тем, что сегодня последний рабочий день. Здравствуйте суббота, здравствуйте пиво!
Но никто не пропагандирует любовь к своей работе. Поэтому, наверное, в нашей стране легко стать успешным и известным просто, если ты любишь свою работу и докладываешь для этого усилия не только по 10 до 18, проклиная шефа, ненавидя работу, целый день, сидя в интернете и радуясь, что скоро придет пятница. Если ты хоть немного больше этого, то в нашей стране ты можешь стать очень известным и богатым. Трудолюбие - это единственный путь к успеху.
- Над какими новыми проектами Вы работаете?
- Мне все время кажется, что я вообще ничего не делаю. Но в действительности это не так. Я работаю над ювелирной коллекцией, и над книгой о маленькой Фриде Кало, а еще над новой выставкой.
- Ваш муж помогает вам в работе, ведь он тоже художник по образованию. Наслышаны что он всего себя посвятил Вашему творчеству...
- По существу, да.
- Ваш творческий успех не нарушил гармонию в семействе?
- В семье меня никогда не было как художника и Димы тоже. Он мой первый друг, он беспокойство, он мама, папа, он любовь, он для меня все. Поэтому никогда не было такого, чтобы мы доказывали друг другу, что я художник, а ты не художник.
Наверное в какой-то момент мы договорились, что так каждому из нас удобно, уютно. И так мы всегда по жизни договаривались, чтобы никто никому не мешал, а только придумывали как друг другу помогать, чтобы ему было удобно на своем месте, а мне на своем.
- Вам удается сейчас уделять достаточно внимания мужчине и ребенку?
- Да, я думаю, что уделяю им достаточно времени. Кормлю их я: продукты все на мне, я сама готовлю. Я очень это люблю.
- Какая кухня Вам нравится?
- Мне нравится детская кухня. Дизайн кухни мы придумали вместе с моим мужем, я рисовала, а он предлагал идеи. Кухня получилась большая и светлая, много белого. А также в дизайн ее вошли желтые и синие цвета как символ мужского и женского, а еще там есть художественный уголок, где можно почитать или порисовать. Современный дизайн нашей кухни оценили друзья и наша дочка, и для нас это самое важное мнение.
Готовить люблю гречневую кашу со сливочным маслом, с соусом песто с имбирем, соевым соусом, еще салаты с редиски со сметаной, и капусту со сметаной.
- Вашей дочери сейчас уже 16 лет. У Вас были трудности с ее воспитанием?
- Нет, у меня не было с ней сложностей связанных с возростом, за что я ей очень благодарна. Наверное они были и я замечала какие-то моменты, но я стремилась не вести себя так, как обращалась моя мама со мной в этом возрасте. И я думаю, что благодаря моему терпению этот тяжелый возраст прошел незаметным. Я видела, но не хотела лезть на вертел, идти на выяснение отношений, вытягивания информации, не влезала ей в душу, не стремилась ее чему-то научить. Просто я помнила, как я обижалась в 14 лет. И я делала все наоборот. И я поняла, что вообще я еще и неплохая мама.
- Ваша дочь тоже рисует?
- Она рисует только потому, что готовится к вступительным экзаменам. Она хочет пойти учиться на дизайн и технологию одежды. Я не одобряю, но поддерживаю. Я считаю, что дизайнеров сейчас очень много, но я поддерживаю, потому что понимаю: у нее своя жизнь.
- Как Вы проводите время с семьей?
- Я пеку им всевозможные вкуснюшки, каждого целую много-много. Мне просто нравится быть рядом с семьей, вместе проводить время.
- Как поставщик счастья №1, Вы можете сформулировать в чем оно заключается?
- Сейчас начну говорить банальность, что счастье для каждого свое. Для меня это три составляющие: Дима, деньги и работа.
- Что дают Вам деньги, чем они Вас привлекают?
- Мне нужны деньги для радости. Они привлекают меня тем, что я, например, могу осуществить мечту Димы. Он мечтал о том, чтобы вставать утром и в трусах идти в сад поливать цветы. Он всегда говорил: когда-то в старосте я смогу это делать. А мне хотелось, чтобы эта его мечта осуществилась не на склоне лет, а намного раньше, сейчас.
- И Вы осуществили его мечту? У вас есть дом с садом и он это делает утром?
- Да.
- У вас есть ювелирная коллекция, расскажите о ней
- Это те вещи, которые я хотела носить сама, но купить такое было невозможно. На протяжении нескольких лет мне предлагали разработать ювелирную коллекцию, но я все время боялась, что я что-то разработаю, а завтра оно будет продаваться на Андреевском спуске, никто ничего не сможет контролировать. Но случилось так, что появился человек, которому я поверила, и ничуть не сомневаюсь в том, что она меня не обманет.
- Это вещи выполнены из драгоценных металлов и ценных камней?
- Да, это аметисты, брильянты, черные брильянты, коньячные брильянты, кораллы.
- А где они будут продаваться?
- В нашей галерее в первую очередь. А потом, посмотрим.
- Вы можете отметить свою самую удачную серию работ, самый удачный проект?
- Нет. Наверное, это могут сделать люди. И потом, из какой точки зрения смотреть? С точки зрения массовой узнаваемости, возможно это "Лиза и ее сны", возможно, серия работ для журнала "Vоgue". Но мне самой могут нравиться совсем другие работы. Я не знаю критериев, за которыми можно об этом судить. Я не стремлюсь уговорить прийти на выставку больше "звезд", больше людей, потому что мне кажется это абсолютно напрасно. И из личного опыта знаю, это не влияет на успешность этой выставки. А успешность определяется просто: картины или покупают, или не покупают. А то насколько это распространят в печати, это - пустышка.
- Где сегодня есть Ваши галереи?
- Галереи есть в Москве, Киеве, Одессе и Днепропетровске.
- Сколько сейчас стоит картина в среднем?
- 5 - 10 тысяч долларов.
- Сколько часов на день Вы работаете?
- Ежедневно, сколько выйдет. Но иногда и ночью, если днем меня нет в Киеве. Иногда вечером, иногда работаю с 6 до 8 утра. Порою работаю запоем по три недели, и ночью и днем. В целом, по желанию. Но стремлюсь приложиться хоть бы немножко ежедневно. Это как воды попить. В последнее время я без этого не могу. Мне нужно хоть бы дотронуться, хоть бы минут 20 поработать, даже если я ночью откуда-то приехала и падаю от усталости.
- Как Вы возобновляете свои силы, как отдыхаете после работы?
- Мне нужно, чтобы я полежала на ковре под одеялом, и, чтобы никого дома не было, чтобы меня никто не трогал. Мне с головой хватает одного такого дня, чтобы прийти к сознание. Даже если я побуду дома 10 -12 часов, у меня проходят все обиды, усталость, плохое настроение. Все уходит куда-то. Это мой любимый способ времяпровождения.
- Любите ли Вы читать и какой литературе отдаете преимущество?
- Но в последнее время много читаю на выходных и так, ежедневно какая-то книга лежит у меня в кресле.
Последние две книги, которые я читаю, это о Фриде Кало, меня заинтересовала ее жизнь, этот ее странный, безумный роман, захотелось это прочитать, а потом и нарисовать, и известен мировой бестселлер "Есть, любить, молиться" Элизабет Гилберт.
- Вы смотрите телевизор?
- Нет, телевизор не люблю и не смотрю.
- Вы любите путешествовать?
- Вроде бы люблю, но езжу редко, как правило, на три дня, и хочу скорее вернуться домой.
- Есть на свете такие места, где Вам хочется бывать снова и снова?
- Є. Это Париж.
- Чем Вас так привлекает Париж?
- Он влечет меня какой-то легкостью бытия. Меня влекут странно одеты дети, собачки в пальтишках, молодые люди, которые насвистывают на ходу, смеются. Меня привлекает какая-то бесшабашность и легкость в отношении к жизни, к миру. Мне нравится нереальная красота архитектуры и в то же время какая-то несобранность.
- Куда Вы ходите когда бываете в Париже?
- Я не хожу ни в театры, ни в музее, в них я уже побывала во время первых визитов. Я просто люблю бродить улицами с утра до вечера, не люблю - по магазинам. Хотя около улицы Монторгей есть четыре маленьких магазина одежды, которые я люблю. В такие большое как Лафает я даже боюсь заходить, потому что там огромное количество туристов и горы вещей. Я просто блуждаю улицами. Боготворю рынки, люблю ходить по них, фотографировать. Я боготворю запахи рынков и булочных. Люблю смотреть на лотки с рыбой, на горы креветок, зелени, на колбасы, которые жарятся, на детей, которые снуют под прилавками. Я наслаждаюсь воздухом Парижа.
- Расскажите о своем творческом процессе. Как рождаются Ваши картины? Я видела эскизы, они абсолютно замечательные. Вы делаете их, когда что-то приходит в голову или непосредственно перед работой над картиной?
- У меня есть блокнот, в который я записываю картины, которые я придумываю. Но не на все картины я делаю эскиз. Некоторые я просто записываю словами. В целом, я работаю без эскизов.
- Вы носите блокнот с собой и делаете записи на ходу?
- Нет, он у меня дома. Я зарисовываю вечером то, что мне сегодня пришло в голову. И не всегда доношу до вечера новые идеи. Иногда прибегаю домой и говорю, что сегодня я придумала три классных работы, две записываю, а третью не могу вспомнить, ну просто хоть сядь и плачь. Не донесла. Это немножко неправильно, но я правильно и не хочу.
- Вы занимаетесь коллекционированием?
- Нет. Но я тяну в дом старых игрушечных мишек. Это не коллекционирование, это просто страсть. Не могу перед этим устоять.
- Где Вы их покупаете?
- На блошиных рынках.
- Вы не привозите сувениры из поездок?
- Я не люблю сувенирную продукцию, никогда не покупаю. Не люблю, когда в доме бултыхается этот хлам.
- Насколько большой у Вас гардероб?
- Раньше у меня был совсем маленький шкафчик. В последнее время гардероб разросся. У меня появились платья, которые я не могу никому отдать. Я ношу их по 5 - 6 лет и не могу с ними расстаться. Поэтому у меня сейчас штук 10 зимних платьев и 10 летних. В целом, весь гардероб состоит из платьев.
- Как Вы можете охарактеризовать свой стиль в одежде?
- Наверное, он у меня женско-детский. Последние три года я люблю и ношу только платья.
- А какой стиль интерьера вам нравится?
- Когда все окрашено в белый цвет с серым оттенком. Мне нравится белое и какая-то пошарпаность, потертость, с трещинками, с потертыми углами.
- Вы украшаете свой дом собственными картинами?
- Да, у меня дома есть мои работы. Но их единицы. Это "Розовый зефир", "Я счастливчик", "Пирожок", "Саша Пушкин".
- Творчество каких современных и старых художников Вам нравится?
- О современных даже не знаю что сказать. А из старых это Рембрандт и Ганс Гольбейн старший и младший.
- Вы в свое время пережили трудные времена бесславия, безденежья. Почему они Вас научили?
- Всему: не опускать руку, много работать, ценить то, что есть, ценить тех, кто рядом, радоваться успехам, не грустить, прощать, бороться, искать и не сдаваться. Каждый человек становится таким, которым она является благодаря тому, что прошла в жизнь.
- Что, по вашему мнению, нужно для успеха?
- Наверное, способность забега на длинные дистанции. Потому что можно сегодня выпрыгнуть с каким-то одним проектом, а завтра почувствовать себя крутым, забыться, потерять бдительность. Кроме того, работоспособность и старательность. В нашей стране очень много людей только и ждут выходных. Я часто слушаю радио в машине и там в четверг приветствуют всех с тем, что завтра последний рабочий день, в пятницу приветствуют с тем, что сегодня последний рабочий день. Здравствуйте суббота, здравствуйте пиво!
Но никто не пропагандирует любовь к своей работе. Поэтому, наверное, в нашей стране легко стать успешным и известным просто, если ты любишь свою работу и докладываешь для этого усилия не только по 10 до 18, проклиная шефа, ненавидя работу, целый день, сидя в интернете и радуясь, что скоро придет пятница. Если ты хоть немного больше этого, то в нашей стране ты можешь стать очень известным и богатым. Трудолюбие - это единственный путь к успеху.
Сегодня просто устала. А вот завтра с новыми силами возьмусь за эту тему.
) и обратно мы ехали не из Киева, а из Чернигова. Погуляли по городу, зашли в Троицкий собор, а там мощи святых оказались открытыми и можно было приложиться не через стекло. Вышли оттуда воодушевленные! 
мне будет вдвойне приятно что-то здесь выкладывать. 
Фото не мои. К сожалению, на ресурсе не было указано авторство.
