Поэтому, чем больше мы благодарим, тем более обильно получим смиренный дух и привлечем к себе благодать Божию, которая помогает нам благодарить ещё больше, благодарить Его даже за каждый вдох, который Он нам дает. И в этой динамике благодарения наступает момент, когда мы испытываем большое горе из-за того, что не в состоянии принести Богу ту хвалу, которую обязаны и которую Он заслуживает. Это начало того покаяния, которое рождается из благодарности, и такое покаяние не заканчивается на земле.
---- побудили меня открыть тему о иночестве в целом, и монахах в частности. Надеюсь, будет кому-то полезно и интересно.
"ЧЕМ БОЛЬШЕ МЫ БЛАГОДАРИМ, ТЕМ БОЛЬШЕ УТВЕРЖДАЕТСЯ В НАС ДУХ СМИРЕНИЯ..."
Архимандрит Захария (Захару), духовный сын и преемник старца Софрония (Сахарова).
Беседа с братией монастыря Путна (Румыния) 1 октября 2011 г.
...Монашество является даром Святого Духа, всеобъемлющим даром. Наш отец-основатель, отец Софроний, говорил, что монашество это упражнение для достижения универсальности Господа нашего Иисуса Христа. Когда мы предстаем перед Господом в молитве, особенно на Литургии, и Он видит в сердце каждого из нас всю общину, ни один из братьев там не отсутствует, то Бог находит в этом радость и расширяет наше сердце. И это расширение может достичь того, что охватит небо и землю.
Единство монастыря заключено в лице настоятеля, но и в сердце каждого члена общины. Так что, когда мы будем приносить благодарение за каждого из наших братьев и за дары, которые Бог излил на него, и всегда будем жить так, как если бы находились в присутствии отца настоятеля, мы будем едины и мы будем защищены Божественной благодатью.
Я часто слышал от старцев святой жизни, что послушание является жертвой, приносимой Богу. Это совершенная жертва того, что мы имеем дороже, то есть нашей воли и нашего суждения. И это угождает Богу, Который делает нас причастниками Своей благодати. Но наш отец-основатель научил нас чему-то другому. Он считал, что послушание отнюдь не является жертвой, но скорее привилегией и честью, которые оказывает нам Бог. Через послушание Он дает нам возможность отвергнуть все мирские хлопоты и страстные привязанности. Послушаясь первому слову, исходящему для нас из уст настоятеля, мы всегда остаемся в Божией воле и освобождаем себя, свой разум и свою жизнь, от всякого мирского попечения. Таким образом монах приобретает чистоту ума и чистую молитву...
Отец Софроний говорил, что посредством чистой молитвы в душе монаха происходит величайшее чудо во всем творении: соединение его сердца с Духом Божиим. В этом состоянии он становится причастником божественного состояния Господа нашего Иисуса Христа. Тогда он в полной мере живет в великой и совершенной воле Божией. И, конечно, в Божьей воле есть жизнь.
Таким образом, послушание является не жертвой, но честью, которую Бог оказывает монахам. Поэтому мы видим, что монахи, которые добросовестны в деле послушания, богаты в молитве; и богаты не только в молитве, но и во всей благости Божией.
Когда монах причащается божественного состояния, его дух поднимается в горы вечности, откуда он обнимает небо и землю. И, как говорил наш отец, в своей ходатайственной молитве он приносит Богу все творение. Видите, мы в деле послушания начинаем с очень простых вещей, а заканчиваем тем, что истинно становимся сынами Божьими...
ВОПРОСЫ И ОТВЕТЫ
– Возможны ли чистота ума и чистая молитва в таком монастыре как Путна, со многими послушаниями внутри или за пределами монастыря, со многими посетителями, с большой рассеянностью?
– Я думаю, что в наши дни эта ситуация неизбежна; во всех монастырях происходит одно и то же. Но я считаю, что все же возможно сохранить святость жизни, несмотря на эти отвлечения, которые приходят извне. Если мы добросовестны в деле послушания и в сохранении послушного отношения сердца к нашему духовному отцу, мы будем ограждены, чтобы не видеть суету этого мира.
Вы находитесь в довольно большом монастыре, и это позволяет вам быть более богатыми в благодати. Чем больше братьев, тем больше участие в благодати. Я расскажу вам секрет, который, я уверен, вы знаете. Телом Христовым здесь, в этом месте, являетесь ваши святейшества. И каждый одарен Господом лично, как говорит Святой Павел (1 Кор. 7, 7). Этот дар каждого из нас объединяет с Телом Христовым и делает причастниками даров всех членов Тела Христова, видимых, тех, что находятся в этом месте, и невидимых, святых, которые находятся там, где пребывает Царь Небесный.
Но что это за дар, который каждый несет в себе? На самом деле, это духовное, тайное место, которое сокрыто внутри нас. Через покаяние и личную аскезу мы подготавливаем внутри себя, в нашем сердце, это тайное место, из которого наш дух свободным образом предстает перед Богом. Мы наполняем это место духовными состояниями. Там слово Божие является живым, там находится вся смиренная мысль, вся смелость веры с надеждой сверх всякой надежды (Рим. 4, 18), вся наша любовь к Богу и братьям, вся наша надежда на спасение, там собирается вся наша жизнь. С этими духовными состояниями мы приходим на собрание братьев. Это дар, который мы приносим Богу на Литургии. Это дар, который соединяет нас с Телом Христа в этом месте, и через него мы становимся участниками в дарах остальных братьев. Живем, как говорит Святой Апостол Павел в послании к Евреям, в порыве любви и добрых дел (Евр. 10, 24).
Когда на Литургии мы приносим перед Богом Святые Дары, кусочек хлеба и немного вина в чаше, некоторые, казалось бы, незначительные дары, они становятся очень ценными, потому что в них мы все вкладываем все свои дары, все Божественные состояния сердца, всю свою жизнь. И говорим Богу устами служащего священника, но и голосом нашего сердца: "Твоя от Твоих Тебе приносяще о всех и за вся". И Бог делает то же самое. В ответ на наши приношения Он наполняет их Своей жизнью, благодатью Святого Духа, и говорит нам, снова устами того, кто нас представляет, служащего священника: "Святая – святым!" (Святые Дары даются святым). Инными словами, во время Литургии, у нас есть возможность произвести обмен жизней: нашей маленькой и предельной жизни на безграничную и вечную жизнь Бога. В этом обмене жизнями состоит благословение, которому радуемся мы, те, кто живем в монастыре. Поэтому в конце Литургии мы поем песнь победы: "Видехом свет истинный, прияхом Духа небеснаго, обретохом веру истинную".
Главным в монастыре является покаяние, через которое мы подготавливаем то тайное место, из которого можем предстоять перед Богом, и которое позволяет нам во время Литургии произвести этот обмен жизнями. С этой точки зрения, любая работа, которую мы делаем из послушания, чтобы сохранить это место, где служится Литургия, имеет смысл, является благословенной и священной. В наше время не существует пустыни, но если нам удается правильно служить Литургию и производить этот обмен жизнями, мы получим те же плоды, как и отшельники прежней пустыни, если даже не больше.
– Как мы можем начать покаяние, если в миру мы даже не знали, что оно необходимо?
– Я считаю, что, когда мы истинно желаем покаяться, даже трудное прошлое становится благословением, потому что оно поможет нам поддерживать смиренный дух и сокрушенное сердце, то есть именно то, что Бог хочет в нас видеть. Я не думаю, что это является проблемой. Иногда те, кто познали суетность этого мира и лжеутешения страстей, жаждут Бога ещё более горячо и тогда утешение Божие изливается обильно. Это утешение является тем самым, которое преодолевает страсти этого мира. Я думаю, что это имел в виду Святой Апостол Павел, когда говорил, что там, где "умножился грех, стала преизобиловать благодать" (Рим. 5, 20), до тех пор пока есть покаяние.
Познать Бога очень легко, потому что Бог наш есть: "Отец милосердия и Бог всякого утешения" (2 Кор.1, 3). У Него всего лишь одна слабость: Он преклоняется перед сокрушенным и смиренным сердцем. И мы спасены через эту слабость Божию, которая сильнее человеков, как говорит Святой Апостол Павел (1 Кор. 1, 25). Так что, важно иметь сокрушенное, обрезанное сердце, которое несет в себе следы ран Христа. Несомненно, такое сердце всегда будет осенять благодать Божия. Наши Святые Отцы говорили, что дух покаяния как огненное кольцо, которое окружает монаха и не дает ему упасть, потому что такой дух покаяния всегда будет сохранять сердце раненным любовью Божией. Естественно, когда монах будет носить эту рану в своем сердце, он не сможет забыть Бога ни на мгновение и будет отдавать предпочтение не временным, но вечным вещам.
– Иногда связь с людьми, в монастыре или за его пределами, нас смущает. Мы не знаем, хорошо ли давать им совет или нет, когда они его просят. Как нам поступать?
– Иногда мы в недоумении, потому что думаем по-человечески. Мы не обязаны ни творить чудес, ни помогать людям. От нас требуется сделать из заповедей Божиих единственную основу нашего существования.
Я расскажу вам историю из жизни отцов-пустынников. Однажды в Александрии был бедный отец, который имел бесноватую дочь. Люди в городе сказали ему: "Единственные, кто могут тебе помочь, это монахи, которые приходят из пустыни, но проблема в том, что они не хотят совершать чудес, потому что не хотят терять свой пустынный покой. Это бы привлекло к ним людей, и именно этого они избегают." Этот бедный отец, может, просвещенный Божественным провидением, использовал следующую хитрость. Он позвал одного из этих монахов к себе домой под предлогом, что хочит купить его рукоделие. Когда монах вошел в дом, беснующаяся дочь подошла к нему и дала пощечину. Монах, не сопротивляясь, подставил и другую щеку. Без единой молитвы, только благодаря этому движению, которое дьявол не смог стерпеть, девица упала на землю с пеной у рта, и дьявол вышел из неё. Это показывает нам, что не было никакой необходимости в том, чтобы монах сотворил молитву, но только того факта, что Божьи заповеди были основой всей его жизни, было достаточно, чтобы изгнать дьявола. Может быть, поэтому в Ветхом Завете написано: "десять мыслей я получу от Бога, но только одну озвучу устами".
Простите меня, каждый по мере дара, который ему был дан. Как правило, те, кто говорит много, как это делаю я, предрасположены притягивать к себе беды. Так что помолитесь за меня!
– В чем суть послушания?
– Суть послушания в том, чтобы не доверять своему падшему разуму и самому себе, но Богу, Который может восставить даже мертвых. Это Бог наших отцов, и мы их сыновья и, в свою очередь, и мы становимся отцами.
– Видите ли Вы возможным спасение без страданий?
– Если вы прочтете книгу Аввы Дорофея – одну из самых важных книг для монахов, – то увидите, что он задается тем же вопросом. Книга Аввы Дорофея и книга Святого Иоанна Лествичника являются двумя главными книгами, которые Отец Софроний рекомендовал нам читать до конца жизни.
Однажды Авва Дорофей начал беспокоиться, потому что не видел никаких страданий в своей жизни, так как знал из Священного Писания, что только многими скорбями надлежит нам войти в Царство Небесное (Деян. 14, 22). Поэтому он обратился с этим вопросом к Преподобному Варсанофию Великому. А Преподобный Варсанофий Великий отправил ему письменный ответ, сказав, что те, кто совершают искреннее послушание, избегают страданий.
Также я читал у Святых Отцов, что три вещи являются наиболее приемлемыми для Бога. Первой из них является монашеское послушание. Второй чтобы все наши дела мы совершали с чистой совестью перед Богом. В этом нам очень помогает послушание. И третьей - благодарить Бога в болязнях, неприятностях и унижениях. В этом третьем случае мы понимаем, что страдание имеет большое значение. Мы превращаем энергию боли, которую переживаем, в энергию для нашего диалога с Богом, и, таким образом, изменяем наше душевное состояние в состояние духовное.
Также нужно понимать и слова Святого Апостола Иакова: "Весел ли кто, пусть поет псалмы, и если кто злостраждет, пусть молится" (Иак. 5, 13).
– Иногда слова настоятеля противоречат словам духовника. Как совершать совершенное послушание, не будучи лицемерами?
– Я думаю, что если мы являемся действительно послушными, у нас будет необходимое рассуждение, чтобы совершить послушание обоим. Потому что наше внутреннее отношение и расположение не должно быть таким, чтобы судить, кто прав, но таким, чтобы получить слово, данное нам. И если у нас есть такое отношение, как из настоятеля, так и из духовника, мы сделаем пророков.
Я думаю, что в монастыре настоятель является отцом в Господе всех. И те, кто помогают ему в роли духовников, должны быть его соработниками (1 Кор. 3, 9). Так происходит в нашем монастыре. Святой Паисий Величковский, как вы знаете лучше меня, разделил свое братство на группы по 40 монахов, обозначив для каждой из них своего духовника. Но он был тем, через кого совершалось единство братства. Мы видим то же совершенство монашеской жизни в киновии Святого Пахомия из Египетской пустыни IV-го века.
Я думаю, что решение этой проблемы заключается в нашем внутреннем расположении, в нашей готовности принять первое слово, которое нам дается, и тогда мы не будем поводом к искушению ни для нашего настоятеля, ни для нашего духовника. Отец Софроний говорил нам: "Сделайте из своего духовника – пророка!" То есть он призывал нас быть готовыми принять первое слово духовника, потому что только так легко спускается в сердце духовника слово от Господа для нас.
– Как не роптать на послушании, когда полученные указания нам не кажутся духовными?
– Возможно, указания не будут слишком духовными, но от нас требуется одинаковое отношение при любых обстоятельствах. Мы не должны изменять расположения сердца к принятию первого слова, а сразу же говорить: "Аминь!" Преподобный Варсанофий Великий говорит, что если мы девять раз совершили послушание, а на десятый раз – нет, тогда мы не являемся сыновьями послушания. Потому что, если мы девять раз послушались, а на десятый раз – нет, значит, мы девять раз слушались потому, что это было нам по нраву, а в десятый раз мы не послушались потому, что это не было нам по нраву и, таким образом, каждый раз мы просто исполняли свою волю.
– Что нам делать, чтобы не роптать в такие моменты?
– За все благодарите Бога, как говорит Святой Апостол (1 Сол. 5, 18), потому что мы должны быть такими людьми, которые благодарят Бога. Опять мы возвращаемся к тому, чему нас учит Литургия. В середине Литургии мы говорим: "Тебе поем, Тебе благословим, Тебе благодарим, Господи, и молим Ти ся". Три раза мы благодарим Господа и только один раз просим у Него чего-то, потому что Бог сделал для нас все, кроме воскресения тела, которое совершится позже. Так что мы должны научиться благодарить Бога во всех обстоятельствах и за все, даже в бедах.
Простите меня, я скажу вам еще один маленький секрет, который, подозреваю, вы уже знаете. Если мы сделаем себе привычку постоянно благодарить Бога, Он откроет глаза нашей души настолько, чтобы мы все более ясно видели Его благодеяния к нам и к нашим ближним. Потому что дух благодарности является смиренным духом. Святой Апостол Павел говорит, что мы не приняли духа мира сего, духа гордыни, духа страстей этого мира, но приняли Дух Божий, посредством Которого узнаем дарованное нам от Него (1 Кор. 2, 12). Так что, чем больше мы благодарим, тем больше утверждается в нас дух смирения. У нас нет ничего, чего бы мы не получили (1 Кор. 4, 7), и все наше существо является заемом от Бога. Поэтому, чем больше мы благодарим, тем более обильно получим смиренный дух и привлечем к себе благодать Божию, которая помогает нам благодарить ещё больше, благодарить Его даже за каждый вдох, который Он нам дает. И в этой динамике благодарения наступает момент, когда мы испытываем большое горе из-за того, что не в состоянии принести Богу ту хвалу, которую обязаны и которую Он заслуживает. Это начало того покаяния, которое рождается из благодарности, и такое покаяние не заканчивается на земле.
– Что делать, когда мы чувствуем, что мы потеряли рвение?
– То, что нам очень сильно поможет, – это братская любовь. Будем иметь братскую любовь между собой: во все, что мы делаем, во все, что говорим, и во все, что думаем, будем добавлять капельку любви. Ибо если мы добавим немного любви во все, что делаем, во все, что говорим, во все, что думаем о брате, тогда, несомненно, мы унаследуем большую Божественную любовь, которая является конечной целью всего закона (1 Тим. 1, 5). Ибо "конец закона – Христос, к праведности всякого верующего", говорит Писание (Рим. 10, 4).
Спасибо за тему, Ириша!
Я вот когда думаю о монахах, понимаю, что в монашество нельзя "уйти". Для того, чтобы быть счастливым на этом пути, к нему нужно прийти. И тогда будет доступно все то, что описано выше в беседе..
И если вокруг одно лихо
И если кругом слишком тонко
Люби всех нас, Господи, тихо... (с)
Оль, согласна.
Но и мне, грешной мирской женщине, многое в статье полезным нашлось. в том смысле что можно применять кое что и своей жизни..
Шелест: Я считаю, что, когда мы истинно желаем покаяться, даже трудное прошлое становится благословением, потому что оно поможет нам поддерживать смиренный дух и сокрушенное сердце, то есть именно то, что Бог хочет в нас видеть. Я не думаю, что это является проблемой. Иногда те, кто познали суетность этого мира и лжеутешения страстей, жаждут Бога ещё более горячо и тогда утешение Божие изливается обильно. Это утешение является тем самым, которое преодолевает страсти этого мира. Я думаю, что это имел в виду Святой Апостол Павел, когда говорил, что там, где "умножился грех, стала преизобиловать благодать" (Рим. 5, 20), до тех пор пока есть покаяние.
ИГУМЕН НЕКТАРИЙ (МОРОЗОВ): «МОНАШЕСТВО – ЗОНА ОСОБОГО РИСКА»
О том, почему монашество – это бескровное мученичество и опасное поле битвы, куда не всем следует ходить; об актуальных и наболевших проблемах современного монашества и многом другом мы беседуем с руководителем информационно-издательского отдела Саратовской епархии, настоятелем Петропавловского храма Саратова игуменом Нектарием (Морозовым).
Помню один замечательный момент, который навсегда отпечатался в моем сознании. Это было в самом начале моего монашества, в 1925 или 1926 году. Я пришел на берег моря и увидел там старца с длинной четкой на триста узлов. Я подошел к нему близко со страхом, свойственным новоначальным, и молча стоял, наблюдая, как он молится. А он сидел на большом камне и тянул четку. Наконец я возымел дерзость все-таки попросить его: «Отче, молись обо мне». Я просил об этом, потому что когда я покинул Францию в двадцать пятом году, то дух «отчаяния» уже владел мною, хотя в менее тяжкой форме, чем теперь. И вот, раздавленный этим отчаянием, я просил его: «Отче, молись обо мне».
Он посмотрел на меня и говорит: «Ты видишь эту четку? Я тяну ее за весь мир. Я молюсь за весь мир. И ты там, в моей молитве». Трудно объяснить, почему и сколько времени нам нужно на ту или иную реакцию, но, в общем, я не ушел с первым словом.
И через некоторое время опять, живя в себе отчаяние тех дней, я сказал: «Отче, молись обо мне».
Он говорит: «Я же тебе сказал, что я за весь мир молюсь. И ты здесь, в этой молитве». Через несколько мгновений опять я повторил мою просьбу, потому что глубока была моя скорбь, и снова в третий раз сказал робко: «Отче, молись обо мне». Он добро посмотрел на меня и говорит: «Я же тебе сказал, что ты здесь, – показывает на четку, – что тебе больше надо? Ты здесь, в этой молитве моей за весь мир». Отошел я, пораженный состоянием духа этого старца. «Я молюсь за весь мир; ты там, чтобы не «расколоться» нам на мелочи, на детали».
архимандрит Софроний (Сахаров)
Все улеглось! Одно осталось ясно — что мир устроен грозно и прекрасно,
Что легче там, где поле и цветы.
Николай Рубцов
А в 1977 году, перед Великим постом схиигумен Силуан, иеромонах Адриан и иеродиакон Ахила отправились из Почаева на Кавказ, чтобы там подвизаться отшельниками и в уединении, вдали от суеты и соблазнов, стяжать плоды Духа Святого.
Ныне о кавказских отшельниках написано немало книг и даже научных диссертаций. Но истории почаевских монахов, которые возлюбили горы Кавказа как место уединённого подвига, ещё ждут своих исследователей.
Как долго находились три почаевских монаха в нерукотворных келиях кавказских гор – неизвестно, но те рассказы, которые дошли до нас из первых уст архимандрита Адриана (Лапина) и архимандрита Ахилы (Орлова) – вызывают изумление и восхищение перед высотой их духовной жизни.
Так в книге «На горах Кавказа» помещён умилительный рассказ о том, как местные военные устроили облаву на «религиозных фанатиков», как они называли кавказских отшельников.
Три отшельника уходили от преследователей по горных тропах, а в небе их сопровождал военный вертолёт, сообщая на землю координаты беглецов.
И вот тропа упёрлась в пропасть. Что делать? Куда дальше? Вдруг впередиидущий монах осеняет крестным знамением пропасть и… по воздуху, в облаках переходит на противоположную сторону. Два других монаха с крестным знамением следуют за ним… Пилот вертолёта в рацию только выкрикнул: «Они идут по воздуху!» Пауза. В ответ – молчание.
Погоня тут же прекратилась. И больше местные власти на монахов облав не устраивали. А тот самый пилот, что лицезрел эту дивную картину с воздуха, впоследствии пришёл к вере и принял монашество.
Тем монахом, который перекрестил пропасть и первым шагнул в бездну, был иеродиакон Ахила (Орлов), самый рослый и сильный из всей почаевской троицы, за спиной в рюкзаке он тащил на себе всё их нехитрое имущество. А за ним следовал иеромонах Адриан (Лапин), который буквально на себе нёс своего пожилого дядю схиигумена Силуана, разменявшего на то время седьмой десяток лет.
По своему глубокому смирению почаевские подвижники скрывали этот факт чудесного перехода через бездну. Но всё же эта удивительная история стала достоянием православной общественности. И когда после выхода книги о кавказских отшельниках духовные чада архимандрита Ахилы как-то в поезде по дороге в Тбилиси, с очередным грузом для отшельников, пристали с расспросами к своему авве, то старец сдался и рассказал некоторые подробности этого перехода.
«Батюшка, а разве вам не было страшно ступить в бездну, на высоте 3 тысячи метров над уровнем моря?» - на что седовласый старец и лаврский духовник Ахила, слегка улыбнувшись кончиками своих тонких губ, кротко ответил:
«Я увидел перед собой Ангела – и меня объял такой духовный восторг, что я ничего больше не видел и не чувствовал».
У архимандрита Адриана его любопытные чада также расспрашивали об этой облаве и переходе через бездну… Но смиренный старец, опасаясь беса тщеславия, кормил своих чад сказками: «Да у нас была такая доска… мы её через пропасть перебросим… так и проходили на другую сторону горы».
Доска? Через пропасть? Длиной в сто метров? Уж легче и правдоподобнее поверить в ангела.
Когда об этой истории узнал святейший Патриарх Грузинский Илья ІІ, то он пригласил трёх почаевских монахов к себе в резиденцию, где они жили некоторое время, и предлагал им остаться в Грузии навсегда.
Но… для этого нужно было выписаться из Почаевской Лавры. Так в 1979 году три подвижника вернулись из Кавказа в родную обитель, помня завет преподобного Амфилохия держаться благословенной Горы Почаевской: «Чтоб и косточки ваши лежали в святой Почаевской земле, по которой ходит Сама Царица Небесная!» - говорил преподобный своим чадам.
(Из книги В. Карагодина "Да будет радость ваша совершенна").
Здравствуйте, батюшка!
Давно меня мучает вопрос как найти духовного отца. Я из верующей семьи, но духовного отца у нас никогда не было. Я давно испытываю потребность в наставнике, но найти его, как оказывается, сложней, чем мужа. Я вот боюсь подойти...
Последнее сообщение
Знаете, мне тоже хочется иметь семейного духовника. Но, увы...
Удовольствуйтесь тем, чтобы исповедоваться всей семьёй у одного священника. Тогда он вас будет знать, сможет хоть иногда совет дать.
Ну и литературу читайте, Евангелие - там всё есть.
А...
... Если да, то как его нашли? Как часто видетесь? Общаетесь ли вне исповеди, по телефону, интернету?...
Что-то все больше ощущаю в нем потребность... И все меньше знаю, как же его найти, как это вообще делается...
У нас в храме три основных...
Последнее сообщение
У нас с мужем есть духовный отец, он же крестный наших детей. По многим вопросам к нему обращаемся, он приходит к нам в гости, или мы к нему. Он очень позитивный, поддерживает в вере и дает ценные советы, а главное молится за нас и мы за него. Он...
Мобильная версия
в том смысле что можно применять кое что и своей жизни..
