Из ВКонтактика с приветиком)

Про покаянный канон лучшее.

Сообщение **Трава** » 06 дек 2019, 00:07

Уложила детей, зашла сюда полистать, расслабиться, хорошо что на кухне сижу

про страшный сон - насущное

про богатыря впечатлило) где такого священника поискать)

ВераNika, а есть люди,которые не разговаривают?

Постовые особенности провинциальной епархии
Утро. Весна. Великий пост. Центральный городской рынок епархиального центра, насчитывающего чуть более 50 тысяч жителей.
В молочных рядах под дырявой алюминиевой крышей покупателей не больше, чем продающих.
Слякотно. Серо. Сквозняк.
Аккуратно, боясь поскользнуться на замёрзшем, не успевшем растаять грязном льде и снеге, приподнимая, дабы не выпачкать, подрясник, к рядам с молоком, маслом и сметаной подходит священник. Достаёт из пакета банку с пластмассовой крышкой и покупает литр скоромного питательного продукта.
- Что так мало берёшь, святой отец? – интересуется лукаво улыбающийся продавец из ближайшего посёлка, где ещё живут коровы.
- Так мне больше и не надо, - скромно отвечает священник и аккуратно движется к рыночным воротам. Настроение у батюшки, несмотря на окружающую промозглую серость, хорошее, доброе, постовое, как и быть должно. Хорошо, что молока Черчиллю купил, доволен котёнок будет.
Почему Черчилль? Да прихожане, аккурат перед постом, котёнка ему английской масти подарили. Как его иначе назвать-то, если он первые три дня привыкания к новым реалиям бытия орал как Черчилль в Фултоне? Сейчас уже успокоился, но молоко требует.
- Не знал печали, Черчилля прихожане дали, - перефразировал батюшка известное идиоматическое выражение, но подарку был рад.
Ещё не успел священник покинуть торгующих и продающих, как молочник, успевший «для сугреву» принять стопку домашней, теплом обволакивающей жидкости, оборотился к соседке по бизнесу:
- Вишь, Нюра, а вчера этот же поп в телевизоре распинался, что молоко в пост нельзя пить.
Нюра, расстроенная, что молоко купили не у неё, пересилила недовольство и, поправляя выложенные на прилавке банки с ряженкой, яйца и куриные потрошки, громогласно на все ряды заявила:
- Все они попы одинаковые! Дурят народ, а мы тут мёрзнем без покупателей.
Тема насчёт малочисленности покупателей была в эти дни злободневной, поэтому отклик нашла и до завершения рыночного дня обсуждалась активно, многословно, с прибавлением «а я вот чего про них знаю»…
Вечером батюшка исповедовал.
Постовые исповеди особенные. Многословные и подробные. Священник к ним особенно настраивается. Выслушать надобно, понять, подсказать, а часто и посоветовать.
Настрой сбила вездесущая баба Люба. Она обычно в собор на службы ходит, но во всех приходах её знают, так как только у неё можно узнать, кому когда годовщина, кого как звали, кто где умер и где будет ближайший благотворительный обед.
- Ох, искушение великое, батюшечка, - затараторила баба Люба, не успев даже подойти к исповедальному аналою.
- Что случилось с вами, Любовь? – спросил священник.
- Да не со мной, отец родной, не со мной…
- А с кем же?
- Так видели сегодня вас, дорогой вы мой, как вы и молочко, и сметанку покупали. Наверное, приболели, что пост нарушить решили?
Объяснять бабе Любе священник ничего не стал, но ему начало казаться, что все, кто пришёл к исповеди, смотрят на него с сожалением и непониманием.
После службы батюшку дома встретил вопросительно смотрящий на него Черчилль. Священник налил ему молока и сел готовить воскресную проповедь. Кот, довольно мурча, вылакал предложенное, благодарно посмотрел на священника и улёгся к нему на колени.
Идиллию постового вечера нарушил телефон. Звонил благочинный.
- Со святым вечером, отче, - радостно поприветствовал батюшка своего духовного начальника. - Благословите!
- Бог благословит! – жёстко ответил благочинный. И тут же не вызывающим духовного подъёма голосом резко спросил:
- Объясните мне, пожалуйста, для чего вы сегодня на рынке покупали мясо, молоко и яйца?
- Я Черчиллю молоко покупал… - только и смог сказать священник.
- Какому Черчиллю!? – взорвался благочинный. – Завтра же, после службы, с объяснительной!
И отключил телефон.
Перезванивать священник не стал. Да и что говорить? Решил, что утро вечера мудренее, страсти утихнут, ложь откроется. Ведь пост. Без искушений не бывает.
На следующий день, после службы, батюшка пошёл к благочинному. Объясняться.
Не дошёл.
По дороге его обогнал на машине епархиальный секретарь. Остановился и указал на сиденье рядом.
- Садись, отче. Тебя владыка вызывает. Прослышали уже про твои шашлыки.
Батюшка вздохнул и успокоился. Он теперь точно знал, почему у нас с Англией всегда напряжённые отношения.
Прт. Александр Авдюгин